Болевые точки

Прошедший медиа-форум можно было смело назвать евро-атлантическим, а не евразийским - Россия была представлена весьма скромно, а страны Юго-Восточной Азии вообще никто не представлял

Болевые точки

Кто есть кто?

Если на первом медиа-форуме, состоявшемся в 2001 году, присутствовали гости чуть ли не из всех стран Евразийского континента, в том числе Таиланда, Вьетнама, Гонконга, Малайзии, а россияне численно превосходили все остальные делегации, то на нынешнем форуме доминировали американцы. Именно из США приехали самые почетные гости - Ричард Холбрук и Ричард Перл. Стоит отметить, что они же стали и самыми активными участниками форума, выступая на протяжении всех трех дней, а также участвуя в круглых столах, проводимых Международным институтом современной политики (МИСП).

Насколько уместным было приглашение американцев на форум евразийского формата - вопрос, что называется, интересный. Видимо, у организаторов имелись на то свои причины. Учитывая, что Россия была представлена весьма скромно, а страны Юго-Восточной Азии вообще никто не представлял, нетрудно догадаться, что главное "коммуникативное послание" форума адресовывалось Западу. А если добавить к этому внезапное изменение программы, из которой исчезла предварительно заявленная тема "Трансформация Азии: Китай и другие факторы", то впору ставить вопрос о переименовании форума, например, в евро-атлантический. По образцу Совета евро-атлантического партнерства, действующего в НАТО. Тем более что само НАТО выступало на этот раз соспонсором медиа-форума.

В кулуарах россияне иронично усмехались: мол, в Казахстане сейчас Год России или Год Америки? Многие недоумевали: какая же Евразия без Китая и Индии? Ну, как говорится, всем не угодишь, а то, что нынешний форум получился как минимум отличным от двух предыдущих, нельзя не признать. Налицо если не прогресс, то поиски чего-то нового. Весьма удачной оказалась и идея проведения в рамках форума круглых столов, организованных МИСП.

Присутствие американцев определило общую тональность всего форума, превратившую его работу в противостояние в духе The West and the Rest. Если первый медиа-форум запомнился ожесточенными дискуссиями между израильтянами и арабами, то нынешний прошел в непрерывных стычках между двумя Ричардами, олицетворявшими Запад, и представителями "третьего мира", в авангарде которого выступил глава московского бюро телекомпании " Аль-Джазира" Акрам Хазам.

Диалога не получилось. Порой складывалось ощущение, что те, кто вещает со сцены (преимущественно американцы и англичане), и те, кто сидит в зале, не понимают друг друга. Они говорили на разных языках, и переводчики не могли спасти ситуацию. Родни Пайндер, директор Международного института безопасности журналистов, был, похоже, удивлен сообщением о том, что журналисты в "горячих точках" обычно не имеют доступа к интернету и не могут зайти на сайт его института для того, чтобы получить там полезные инструкции. Неприятие залом звучащей со сцены пропаганды западных ценностей, западного видения мира и западных подходов к решению проблем выражалось в аплодисментах, которыми награждались реплики Акрама Хакима, Виталия Третьякова и других оппонентов Запада. Казалось, еще немного, и прозвучит "Янки, гоу хоум!". Впрочем, надо отдать должное Холбруку и Перлу - они держались достойно.

Презумпция потенциальной виновности

К числу тем, активно обсуждавшихся на форуме, можно отнести антитеррористические акции в Ираке и Афганистане. Несмотря на спад интереса к Афганистану, актуален вопрос: удался ли США и его союзникам модельный эксперимент по построению там демократического общества?

Деятельность антитеррористической коалиции пока не принесла ощутимых результатов: подконтрольна лишь незначительная часть территории Афганистана, на подъеме радикальная исламская риторика, производство наркотиков. Показательно, что представитель НАТО г-н Жан Форне отметил наличие просчетов в действиях организации. По его словам, вхождение в состав коалиционного правительства полевых командиров, ранее контролировавших добычу и сбыт наркотиков, стало серьезной ошибкой. Этот специфический вид бизнеса фактически приобрел статус легального. Перечень просчетов, однако, не исчерпывается только этим обстоятельством. Правительство страны не пользуется доверием большинства населения из-за роста антиамериканских настроений. Экспорт демократических ценностей оказался несостоятелен для страны, находящейся в состоянии перманентной войны.

Возможно ли переломить неудачно складывающийся для сил коалиции ход событий? Эксперты НАТО не проявляют ни особого оптимизма, ни пессимизма. По их мнению, сейчас преимущественно реализуется запланированный ими сценарий. Непонятны, правда, конечный результат и окончательные сроки его исполнения.

Больше определенности относительно ситуации в Ираке. По мнению Ричарда Перла, обстановка в стране вполне благоприятна: свергнут тоталитарный режим, большинство населения с оптимизмом смотрит в будущее, полным ходом идет процесс восстановления производственной и социальной инфраструктуры. Отдельные же очаги сопротивления инициированы горсткой лиц, ранее входивших в состав иракской армии. На вопрос, по каким критериям определены большинство и "горстка" населения, ответа фактически не последовало. От этого у присутствовавших создалось впечатление о субъективном характере оценок.

Аналогично этому не получил освещения и вопрос о подлинных мотивах антитеррористической кампании. Стандартная реплика об устранении источника терроризма контрастировала с обвинениями в борьбе за иракскую нефть.

На семинаре, прошедшем в Международном институте современной политики, прозвучала точка зрения казахстанских экспертов относительно причин начала боевых действий в Ираке. По их мнению, в массовом сознании сложились три точки зрения. Согласно первой, США повсеместно навязывают американский миропорядок, закрепляя тем самым сегодняшний статус однополярного мира. Режим Саддама Хуссейна стал удобным объектом для начала практической реализации доктрины. Хотя определенная часть солидарна с официальной позицией США. Вместе с тем опросы разных социологических служб показывают, что тех, кто видит причины проведения иракской кампании в становлении американского гегемонизма, - явное большинство.

Определенный интерес вызвали комментарии Ричарда Перла о целесообразности начала боевых действий, если источник угрозы хотя бы потенциально обозначен. Применительно к Ираку это прозвучало следующим образом: в стране не найдены средства массового поражения, но есть убежденность в их наличии. Превентивные шаги - более эффективное средство, чем политика выжидания. Для подкрепления собственной позиции г-н Перл привел пример Северной Кореи, представляющей, с его точки зрения, явную угрозу миру. Логика подобных рассуждений не вызывает сомнения в том, что понятие "презумпция невиновности", возможно, скоро будет заменено на более адекватное: презумпция потенциальной виновности. Отстаивание подобного рода тезисов будет способствовать эскалации силовых приемов как наиболее эффективного способа выстраивания международных отношений по заданному образцу.

Демократия "из-под палки" напоминает идею Мао Цзэдуна, говорившего, что, если в результате атомной войны погибнет часть человечества, оставшиеся будут жить при коммунизме. Пересечение идеологемм - явное свидетельство того, что времена меняются, но идея светлого будущего ценой хотя бы и многочисленных жертв остается вечно молодой.

Глобальность цензуры

Содержание дискуссии на медиа-форуме дает повод для неутешительных выводов: глобализация порождает новые формы ограничения свободы слова, напрямую связанные с национальными интересами. Показателен пример, отмеченный еще на предыдущем форуме Стефаном Паулом, корреспондентом ZDF (Германия): репортеры из стран, не принимавших участие в конфликте, не были допущены на пресс-конференцию Тони Блэра и Джорджа Буша во время их встречи в Северной Ирландии. С тех пор тенденция ограничения работы журналистов только упрочилась. Продукция журналистов, как средство легитимации действий правительства, становится все более политизированной, одномерной. Но этот аспект не носит исключительно наднациональный характер. Аналоги отчетливо просматриваются и во внутристрановой проблематике.

В Казахстане, как показывает практика последних лет, ключевыми игроками в реализации той или иной степени свободы слова являются владельцы изданий, а также государственные органы. Многочисленные СМИ в совокупности своей представляют аудитории спектр мнений, государство преимущественно посредством законодательства поощряет либо ограничивает эту тенденцию. Вместе с тем выделение звена, определяющего степень свободы, произошло сравнительно недавно. Год или два назад в качестве основного элемента рассматривались журналисты. Разработка кодекса профессиональной этики, который должен был гарантировать честность и активность информации, из-за зависимости журналистов от политических ориентаций владельцев изданий не дала желаемого результата. В связи с этим дискуссии развернулись по вопросу независимых СМИ.

Однако по сей день нет четкой, а главное, общепринятой дефиниции "независимая пресса". Это понятие, привнесенное еще в перестроечный период, сегодня явно некорректно из-за доминирования среди масс-медиа негосударственных изданий. В развитых странах вообще не прибегают к этому термину, предпочитая делить СМИ на государственные и частные (по форме собственности). Скорее всего, дебаты о независимых СМИ - отход от более насущных проблем, к примеру, от вопросов о полноте спектра взглядов отражаемой проблематики, доступности для аудитории, что, собственно, и входит в понятие свободы слова.

СМИ Казахстана из-за разности оценки причин событийного ряда и его последствий представляют достаточно полный спектр мнений (оппозиционных, проправительственных). Иная ситуация сложилась с доведением этих мнений до аудитории. Доступность СМИ характеризуется рядом параметров: тиражами изданий, географией распространения, уровнем монополизации СМИ. Возможность масштабной трансляции альтернативных позиций не сопряжена напрямую со свободой слова, что является поводом для исполнительных структур говорить о благополучии в медиа-сфере Казахстана. Однако если свободу слова рассматривать как возможность доведения до аудитории плюрализма мнений, то ограничители типа отсутствия финансовых средств, монополизации СМИ (особенно если это ведет к сужению спектра мнений) безусловно играют свою роль.

Можно констатировать, что по крайней мере по одной из составляющих "свободы слова" - отражению спектра мнений - ситуация в РК выглядит отнюдь не плохо. Впрочем, не стоит испытывать иллюзий по этому поводу - национальные и международные СМИ взаимосвязаны, а за кордоном со свободой слова уже давно обращаются довольно свободно. Крупнейшая американская медиакомпания Sinclair Broadcasting Croup, например, запретила своим региональным станциям выдавать в эфир программу под названием "Павшие". Причиной запрета стало намерение телеведущего и журналиста Теда Коппела показать фотографии и зачитать имена более 530 американских солдат, погибших в Ираке с начала военной операции. По мнению медиакомпании, Тед Копелл и телеканал АВС намеревались осветить только один аспект войны с целью повлиять на общественное мнение и склонить его против военных действий в Ираке. Подобный сюжет отлично показан в голливудском фильме "Свой человек", где собственник телеканала CBS запрещает отделу новостей трансляцию важного интервью.

А катарский телеканал "Аль-Джазира" ввел у себя цензуру. Раньше журналисты телеканала самостоятельно выбирали телематериалы для трансляции. Теперь под запрет попали сцены насилия, изображение трупов женщин и детей. Очевидна связь введения цензуры на катарском канале с влиянием администрации США, неодобрительно относящейся к тому, как телеканал освещал события в Ираке.

Власти любой, самой демократичной страны имеют достаточно возможностей для давления на прессу. В исследовании "Служба общественного вещания: сравнительное правовое исследование", подготовленном Тоби Менделом, одним из руководителей международной организации "Статья 19" (Лондон), и изданном под эгидой ЮНЕСКО, про отношения государства и корпорации Би-би-си сказано следующее: "Структура управления, как внутренняя, так и властная, не способствует практическому обеспечению уважения независимости, несмотря на формальные гарантии... Грубое вмешательство в работу Би-би-си - редкое явление, хотя и не совсем неизвестное, но менее явное и более утонченное давление, несомненно, существует".

Выступавший на форуме посол Испании в Казахстане Франциско Паскуаль де ла Парте задал вопрос представителям западных СМИ, почему организация басков ЭТА именуется ими "сепаратистской", а не "террористической". И получил ответ от агентства "Рейтер": такова, мол, наша редакционная политика. Аналогичный вопрос Виталия Третьякова (Россия) о чеченских террористах вообще остался без ответа. Ричард Перл упрекнул "Аль-Джазиру" в том, что он рекламирует действия бандитов и террористов в Ираке, а Акрам Хазам заявил, что они показывают борьбу иракского народа.

Для большинства журналистов во всех странах, как, впрочем, и в Казахстане, честность и объективность существуют лишь в рамках так называемой "редакционной политики". Сложившиеся реалии отнюдь не отменяют корректность понятия "свободы слова". Главное, пожалуй, в наличии как можно большего количества альтернативных точек зрения и альтернативной прессы.

[inc pk='732' service='table'][inc pk='733' service='table'][inc pk='734' service='table']