Между титрами и зрелищем

Несмотря на то что премьеры в театре оперы и балета им. Абая проходят с аншлагом, проблема привлечения зрителя остается актуальной. Фестиваль оперного и балетного искусства призван способствовать решению этой задачи

Между титрами и зрелищем

В Алматы завершился III Международный фестиваль оперного и балетного искусства. Его второй раз при поддержке Казкоммерцбанка, совместно с Союзом музыкальных деятелей Казахстана, проводил Казахский государственный театр оперы и балета им. Абая. В фестивале приняли участие солисты известных мировых театров. Вместе с артистами театра им. Абая они исполнили ведущие партии в лучших оперных и балетных постановках текущего репертуара. Одной из важных задач фестиваля является мастер-класс — общение и обмен опытом между гостями и казахстанскими исполнителями. Для этого каждый год на фестиваль приглашают опытного дирижера из Италии. На этот раз оркестром руководил Марко Балдери. Наша публика смогла познакомиться с оперной сценой Сеула — примадонной Йонг-Ми Ким и молодым тенором Вон Йонг Ли, неизменными гостями фестиваля — итальянскими певцами — в этом году к нам приехали Антонино Интеризано и Кристина Пиперно, а также примой-балериной Королевского театра Ковент-Гарден Робертой Маркес Барбоса и премьером Английского национального балета Арионэлем Пегуэро Варгасом.

Кармен на Зеленом базаре

Перед открытием фестиваля Казком организовал флеш-моб-акцию с оперными солистами театра им. Абая на Зеленом базаре. Посмотрев видео на пресс-конференции (его можно увидеть и в интернете), гости фестиваля заразились идеей. И хотя она не нова, такой способ популяризации классического искусства активно используется в мире, они никогда не участвовали в акциях подобного рода. Госпожа Йонг-Ми Ким пообещала, что когда возвратится в Корею, она сделает то же самое. А участвовавшая в акции заслуженный деятель РК певица Жамиля Баспакова заметила, что во время исполнения фрагментов оперных партий на Зеленом рынке на лицах торговцев и покупателей отразилось одновременно удивление и восхищение: «По ощущениям — энергетика зашкаливала, чувствовался большой позитив. Мы привыкли петь в зале театра, в своих родных стенах. Это стало обыденностью. Там же было ощущение парения. Было чувство, что ты не на базаре, что как будто поешь не ты, а кто-то другой. Я почувствовала такой же восторг, как и все остальные».

По словам директора департамента общественных связей Казкоммерцбанка Ларисы Коковинец, банк за это время проникся всеми проблемами театра, поэтому не любит слова «спонсор», предпочитая «партнер»: «Мы поняли, что театр представляет собой довольно сложный механизм: это одновременно техническое и творческое производство. Мы делаем все, чтобы спектакль состоялся, знаем, что происходит за кулисами, какой жизнью живут наши артисты и музыканты. Фестиваль — важная площадка для творческого выражения как зарубежных, так и казахстанских исполнителей. Банк готов и дальше работать на популяризацию искусства. Мы хотим, чтобы в театр пришло больше разных зрителей, в том числе молодежь, а прежде всего те, у кого еще нет привычки ходить в театр», — подчеркнула она.

Расширить круг знакомств

Как и в прошлом году, на театральной сцене фестиваля были представлены ставший традиционным балет Петра Ильича Чайковского «Лебединое озеро», а также опера Джакомо Пуччини «Богема». В программу вошли самые зрелищные и кассовые спектакли театра: балет «Анна Каренина» Чайковского и опера «Турандот» Пуччини. В «Анне Карениной» танцевали исключительно наши артисты. В «Турандот» ведущие партии исполнили приглашенные итальянские певцы. Как отметил исполнительный директор Союза музыкальных деятелей Казахстана Валерий Кузембаев, подбор солистов и спектаклей для фестиваля — коллективное решение, но в первую очередь оно зависит от дирижера; на сей раз это стало прерогативой Марко Балдери: «Это тоже творческий процесс — состав солистов не раз обсуждался на художественном совете и с дирекцией театра, и с руководством банка, в частности — с департаментом общественных связей. Решение принимается для публики. Это коллективное задание: показать наш театр и гостей, устроить праздник для любителей оперы и балета. Было решено представить наш театр балетом “Анна Каренина”, а также пригласить новых, еще неизвестных нашим зрителям исполнителей из других мировых театров. У нас уже выступали артисты Большого и Мариинского театров, и наша публика хорошо знакома с русской школой. А вот солисты Гранд-опера и оперы Бастилия (Франция), Ковент-Гарден (Лондон) или Метрополитен (Нью-Йорк) — еще нет. Нужно исправить эту ошибку. В этот раз мы пригласили исполнителей из театра Ла Фениче (Италия), Ковент-Гардена и Английского национального балета, чтобы публика смогла получить представление о новых школах и стилях», — заметил г-н Кузембаев.

[inc pk='1144' service='media']

Еще раз о любви

Фестиваль открылся «Богемой», продемонстрировавшей искусное сопрано Йонг-Ми Ким в образе Мими, а также хорошие вокальные и артистические данные ее молодого партнера Вон Йонг Ли. Сеульских певцов удалось пригласить благодаря дружественным и профессиональным связям, установившимся во время гастролей театра им. Абая в Южной Корее. Отвечая на вопросы журналистов, заслуженный деятель РК певица Жамиля Баспакова призналась, что она в большом восхищении от мадам Ким; слушая ее, она поняла, к чему ей следует стремиться.

«Богема» — грустная история любви поэта и швеи Мими, молодых людей, которые погружаются в свои чувства, еще не понимая, что их надо лелеять и беречь. И только с трагической смертью Мими приходит осознание ответственности за любимых. При этом «Богема» лишена обычного оперного пафоса. Ее персонажи — простые люди, их история близка и понятна почти всем и, наверное, у каждого вызывает свои личные переживания. В противовес ей другая опера Пуччини, «Турандот», тоже повествующая о любви, окрашенной до самого конца трагическими событиями, заканчивается патетично-счастливо. Это связано с тем, что Пуччини умер, так и не успев ее завершить. Оперу дописал другой композитор. Существует мнение, что Пуччини планировал закончить историю совсем не хеппи-эндом: холодная и загадочная принцесса Турандот так и остается для героя, пришедшего с Запада, неприступной твердыней и неразгаданной тайной Востока. Как отметил дирижер Марко Балдери, исполнять Пуччини для него большая радость, поскольку это один из величайших композиторов, раскрывший психологию отношений мужчины и женщины.

Зрелищное искусство

Одна из последних и удачных постановок на сцене театра им. Абая (ее премьера состоялась летом прошлого года), «Анна Каренина», осуществлена известным хореографом Санкт-Петербургского академического театра балета Борисом Эйфманом. Сценограф спектакля Зиновий Марголин и художник по костюмам Вячеслав Окунев — тоже из Санкт-Петербурга. От этого пышного шоу (а именно таким был расцветший в эпоху барокко и рококо балет) и великолепной музыки получаешь огромное удовольствие. В подаче сложного драматического произведения Толстого чувствуется авторская интерпретация и художественное видение. Действие рассмотрено через призму эстетики мироощущения Серебряного века, века декаданса. От этого история Толстого, пересказанная языком музыки и танца, становится ближе и понятнее современному зрителю. Пластика движений танцоров отражает душевные метания и переживания героев. Классическая музыка Чайковского изредка, для усиления драматизма момента, перемежается современными электронными вставками. Постановка выполнена с учетом талантов и возможностей наших артистов и достойно представила наш балет на фестивале. Они танцевали, а не пытались совершить непосильные для них гимнастические трюки. Действие прошло гладко и плавно, радуя глаз красочными костюмами и декорациями.

Представленная в рамках фестиваля и прочно вошедшая в репертуар театра им. Абая опера «Турандот» также была поставлена на алматинской сцене еще в 2007 году при участии петербуржцев: режиссеров Юрия Александрова и Татьяны Карпачевой, а также художника-постановщика Вячеслава Окунева. Это грандиозное костюмированное зрелище с монументальными декорациями и даже с парадным вылетом белого голубя (что, на мой вкус, уже излишне, но вполне в духе версальских забав), сопровождаемое еще более величественной музыкой Пуччини. Отличные вокальные данные итальянских исполнителей — тенора Антонино Интеризано и сопрано Кристины Пиперно — только подчеркнули великолепие оперы и стали изюминкой постановки. Не отставали от итальянцев «великие и смешные» Пинг, Панг и Понг (Болат Жомартов, Дархан Жолдыбаев, Нуржан­ Бажекенов), приправляя комичными моментами страшную сказку.

[inc pk='1145' service='media']

Неизменный атрибут фестиваля — «Лебединое озеро» — также представляет собой яркий костюмированный спектакль с впечатляющими декорациями. Правда, в прошлом году чувствовался разительный контраст между приглашенными солистами и нашими танцорами, которые не танцевали, а как будто старались исполнить гимнастические номера. Конечно, и в этот раз гости (английские премьер и прима) танцевали изящнее, демонстрируя изыски художественной хореографии и пластики. Но наши танцоры тоже старались не отставать и двигаться художественно — как говорят, под музыку. Не считая одного досадного момента в начале первого действия, связанного с падением некого молодого артиста в белом костюме, определенно можно констатировать, что прогресс в отечественном балете налицо. «Лебединое озеро» — прекрасный спектакль, способный доставить удовольствие зрителям любых возрастов. Тот, кто не видел и не слышал его «вживую» на сцене театра, лишился важных переживаний. Отдельно хочется отметить профессионализм оркестра и хора нашего театра, благодаря их мастерству всегда получаешь удовольствие­ во время спектакля.

Мировая практика

Хорошо, когда событие вызывает не только переживания, но и мысли. В этот раз фестиваль заставил меня задуматься над темой языка исполнения оперы. Как оказалось, это серьезный вопрос, на который трудно дать однозначный ответ. На данный момент среди наших музыкантов и журналистов превалирует взращенная на волне критики советского прошлого точка зрения, что перевод оперы делали только в СССР и для не очень грамотных передовиков производства, в то время как согласно международной практике ее принято исполнять на языке оригинала. Как оказалось, это мнение не абсолютно и справедливо лишь отчасти. Зарубежные оперы исполнялись и исполняются в Германии, Франции, Великобритании, да и в той же Италии (колыбели оперного искусства) на родных языках этих стран.

Дело в том, что далеко не все артисты настолько хорошо знают итальянский язык и глубоко его понимают, чтобы естественно и артистически петь на нем. Не говоря уже о широкой публике, приходящей в театр. К тому же итальянский — не единственный язык, на котором написаны знаменитые и часто исполняемые классические произведения. Французский, немецкий, английский, русский и т.д. — знать все языки, петь без акцента, а тем более прочувствовать дух народа — довольно трудно. Конечно, певец может выучить партию. Но это не выход для публики в зале, не знающей языка. Знание либретто не спасает дела. Конкретные слова и фразы во время прослушивания не артикулированы и лишены смысла.

[inc pk='1146' service='media']

Лично мне симпатична другая точка зрения: оперу надо исполнять на том языке, на котором ее слушают, т.е. на языке, понятном публике. Кстати, ее разделял Дмитрий Шостакович. В документальном фильме «Дмитрий Шостакович», снятом в 1975 году Оксаной Дворниченко, композитор сказал следующее: «Моя точка зрения такая: опера должна исполняться на том языке, на котором ее слушают. Так, если опера ставится в Берлине, то ее должны петь по-немецки, если в Лондоне, то ее надо петь по-английски, в Париже надо петь по-французски».

Чтобы было с чем сравнивать

В самом деле: прекрасно, если «Евгения Онегина» в Ковент-Гарден исполняют на английском языке. Хотя, например, «Хованщину» Мусоргского англичане (надо отдать им должное) пытались петь по-русски. Правда, есть еще проблема хорошего перевода, которая связана и с другой проблемой — певучестью языка. Ведь первоначально стихи ложатся на музыку. Например, русская оперная певица Антонина Нежданова расположила языки по убыванию «певучести» следующим образом: итальянский, украинский, русский, французский, немецкий, английский. Но это ее личная точка зрения.

На каком языке петь, а главное слушать (ведь все в итоге делается для слушателя) — дело вкуса и ситуации. И очень хорошо, когда в этом вопросе не существует предвзятых точек зрения, а есть выбор и возможность сравнивать.

Опера с самого начала развивалась как интернациональное искусство. Хотя решающего вклада итальянской школы никто не отрицает. Но все-таки классическое искусство — не народное итальянское творчество, а международное. И это подтверждает как существование прекрасных оперных творений, созданных французскими, немецкими, русскими и другими национальными композиторами, так и вполне законное желание исполнять и слушать их на языке оригинала.

[inc pk='1147' service='media']

Дело техники…

Вопрос о переводе был спровоцирован и тем, что во время прослушивания оперы (не будем лукавить — и просмотра: ведь опера, что немаловажно, это еще и зрелище) приходилось постоянно смотреть на экран с титрами, висящий сбоку сцены. Это было не очень удобно и мешало воспринимать спектакль целиком. Сильно препятствовал восприятию оперы прозаический, нелитературный, а часто и вовсе бессмысленный перевод того, что пели на сцене. Покопавшись в интернете, я обнаружила, что проблема перевода — это еще и вопрос технологии. Например, статья Эрика Скелли посвящена решению проблемы языкового барьера восприятия оперы в театрах США. Переведенная опера, конечно, решает проблему ее доступности для аудитории и дает возможность понять, что поют персонажи на сцене, но в то же время она обнаруживает определенное затруднение. В идеале опера — это гармоничный союз музыки и слов. Музыка усиливает природные ритмы и звуки языка, на котором написано либретто, уверен Скелли. Выход журналист видит в применении и совершенствовании технологии подачи субтитров. Сейчас уже давно разработаны системы, управляемые компьютером и призванные облегчать чтение во время просмотра спектакля. Благодаря некоторым из них уже можно слушать оперу на нескольких языках, при желании можно отвернуть экран и вообще обойтись без титров. Даже разработана специальная система для слепых, где титры передаются через радиосигнал ручной клавиатуры Брайля. Эрик Скелли отмечает, что как только субтитры впервые ввели в восьмидесятых в театрах, сразу же появились и выступившие против них оперные пуристы, считавшие, что это мешает и отвлекает от действия. Правда, сегодня с внедрением новых технологий число недовольных значительно сократилось.

И мастерство перевода

Но главное, о чем следует позаботиться театру (и прежде всего нашему), — это качественный литературный перевод. Без него любая самая дорогая и совершенная техника не сработает. Думаю, что не стоит отказываться и от имеющейся у нас традиции исполнения оперы на языке, понятном большинству зрителей. Ведь и это тоже мировая практика, чему существует множество подтверждений, в том числе и в цивилизованной Европе.

Перевод играет важную роль в культуре. Хороший перевод обогащает язык новыми образами, делает произведение понятнее, включает его в ассоциативный контекст и расширяет горизонт смыслов. Какое, например, огромное историко-культурное значение имел перевод Библии на народные языки. С другой стороны, желание выучить оригинальный язык оперы, прочувствовать дух народа — важный творческий и профессиональный ориентир для оперного исполнителя. Поэтому слова, сказанные на фестивале корейской певицей Йонг-Ми Ким: «Во мне бьется сердце итальянской примадонны», — прозвучали убедительно-проникновенно.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Риски разделим на всех

ЕАЭС сталкивается с трудностями при попытках гармонизации даже отдельных секторов финансового рынка

Экономика и финансы

Хороший старт, а что на финише?

Рынок онлайн-займов «до зарплаты» становится драйвером развития финансовых технологий. Однако неопределенность намерений регулятора ставит его развитие под вопрос

Казахстанский бизнес

Летная частота

На стагнирующий рынок авиаперевозок выходят новые компании

Тема недели

Под антикоррупционным флагом

С приближением транзита власти отличить антикоррупционную кампанию от столкновения политических группировок становится труднее