"Кислотный тест" по-японски

"Кислотный тест" по-японски

"Кислотный тест" по-японски

Мураками Рю. 69. Все оттенки голубого. - Амфора, 2004. - 380 с.

Рю Мураками - однофамилец хорошо знакомого нашему читателю Харуки Мураками - широко известен в Японии. Сейчас становится популярным и у нас. На русский язык переведены его романы "69" , "Все оттенки голубого", "Дети из камеры хранения". Два первых произведения вышли отдельным изданием. "Все оттенки голубого" в 1976 году получил престижную литературную премию Рюноскэ Акутагавы. "69" был опубликован позже, в 1987 году.

Оба повествования ведутся от первого лица и носят автобиографический характер. В "69" автор рассказывает о своих школьных годах подросткового нонконформизма, а точнее о самом выдающемся из них - 1969-м. "Все оттенки голубого" - уже не юношеский нигилизм с его игрой в революцию, а эксперимент над собственной жизнью: махровая наркомания и садомазохизм. Наблюдается взросление автора как героя жизненных историй, но не как профессионального писателя. "69" по уровню мастерства и глубине уступает более раннему "Все оттенки голубого".

"69" - история подростка по имени Кен. Роман скуп на описание внутренних переживаний героя, которые сводятся в основном к сексуальным и психологическим проблемам юношеского самоутверждения. Кену не хватает в жизни чего-то яркого, привлекающего всеобщее внимание - не хватает праздника. Заручившись поддержкой товарищей, он задумывает "революцию" в отдельно взятой школе, а потом - "фестиваль утренней эрекции".

Роман пестрит именами популярных в среде японской молодежи западных писателей и музыкальных групп 60-х. Они даже вынесены в названия глав: Cheap Thrill, "Лед Зеппелин", Velvet underground и т.д. Но складывается впечатление, что в понимании героев все это так и остается веяньем моды. Все попытки Кена рассуждать на серьезные темы смазываются посредственными комментариями его внутреннего монолога, когда он признается, что сам не знает о чем говорит. И хотя он уже прочитал и полное собрание сочинений Жана Поля Сартра, и "В поисках утраченного времени" Марселя Пруста, и "Улисса" Джеймса Джойса, и "Капитал" Карла Маркса, и сочинения Дьердя Лукача и многое другое - его душе милее простые комиксы и плащ с капюшоном фирмы McGregor.

Герой "Всех оттенков голубого" (все тот же автор, который называет себя собственным именем Рю) более глубок и подлинен. Он не стремится демонстрировать свою эрудицию, и его не беспокоит проблема самоутверждения, ему интересны собственные наркотические переживания и границы психических состояний. Взглядом стороннего наблюдателя он описывает внешние события и поступки сотоварищей-наркоманов. Их жизнь - карнавал наркотического безумия, которая без антуража внутренних экзистенциальных исканий Рю, выглядела бы, мягко скажем, низменно. Здесь автор не говорит ничего нового после "Кислотного теста" Тома Вулфа и экспериментов Станислава Гроффа. Привлекает по-японски изысканная эстетика полуреальных, полубредовых состояний сознания героя. Она оказывается обратной стороной нравственного падения и сумасшествия, когда низменное становится дверью в возвышенное, когда ад и рай меняются местами.