В здоровом теле - здоровый дух?

В здоровом теле - здоровый дух?

Они не романтики и не мечтатели, не думают ни о карьере, ни о смысле жизни - Hymypoika, "Молодые боги" Юкка-Пекка Сиили в постпубертатный период. Чем живет и дышит финская молодежь? Режиссером выбран один-единственный ракурс - сексуальный. Видимо, он является средоточием проблем молодых финнов. Впрочем, Фрейд считал секс средоточием проблем всего человечества. В начале фильма мы видим довольно безоблачное существование: ни тебе проблем экономических, ни политических, ни социальных. А жить скучно! Как развлечь себя? Раздеться и всем вместе выбежать голыми на улицу, чтобы поздравить друга с днем рождения. Устроить вечеринку с однокашниками в шикарном особняке, доставшемся в наследство от родителей, напиться и опять всем вместе голыми выбежать на улицу водить хороводы. Но бегать голыми и совокупляться тоже скучно. Ребята решили взбодриться: снимать свои половые акты на видеокамеру, потом вместе их просматривать, обсуждать и вручать приз за лучший ролик. А затем - смонтировать фильм. Но это не от безделья - за сексуальными забавами скрываются серьезные психологические проблемы.

После однообразных 60 минут просмотра (герои озабочены одним и тем же), события начинают стремительно развиваться. Как выясняется, это не просто всплеск гормонов, а симптом душевной болезни. Мания неврастеничного юноши по имени Таави все снимать на камеру становится навязчивой идеей для всех остальных. Привычка Таави - сублимация вытесненной детской травмы: 8-летний мальчик снял на камеру половой акт родителей, из-за чего те покончили с собой. У Йери, лишенного моральных ориентиров, тоже не все в порядке. Очередной эксперимент наносит ему душевную рану. Сами, который никак не может снять свой "фильм", совершает насилие над влюбленной в него сестрой Йери и, раскаявшись, кончает жизнь самоубийством.

Фильм производит гнетущее впечатление. Все умерли, если не физически, то морально. Из-за узости выбранной перспективы он ничего не говорит о духовных аспектах жизни героев. Правда, дважды происходит обмен книгами (видимо, финская молодежь их читает). Но это настолько второстепенно (книги - повод к любовной интриге), что режиссер не счел нужным упомянуть их названия. Одна из них была названа редкой. Может это подлинник Камасутры? Странным выглядит и самоубийство родителей Таави. Даже в традиционной культуре, где господствовали запреты, до такого не доходило. Вспомним историю Ноя и его сыновей. Постыдно, по-хамски, но никто же не умер. А тут продвинутое европейское общество ХХI века.

Короче, фильм оставляет ощущение недоразумения. Списать ли это на субкультурные особенности финнов или на замысел режиссера? Скорее, последнее. Картина - продукт догматического кино и клиповой культуры. Хороший саундтрек, свой стиль эротической драматургии. Вывод - Фрейд опять прав: конфликт либидо и суперэго неразрешим, даже если социальные поводья ослаблены.