Социальная идеология

Несмотря на серьезные изменения в расходной части бюджета, правительство и Национальный банк надеются удержать инфляцию в коридоре 5-7% в среднегодовом исчислении

Социальная идеология

Правительство Казахстана, выполняя поручения президента страны, изложенные в февральском Послании к народу Казахстана, о повышении с 1 июля этого года зарплаты бюджетникам и госслужащим на 32%, а также введении базовой пенсии в размере 3000 тенге, выплачиваемой всем без исключения пенсионерам по возрасту, внесло поправки в текущий бюджет. Расходная и доходная части увеличены более чем на 100 млрд тенге. Для этого оказалось достаточным изменить лишь два базовых показателя - базовую цену за баррель нефти (с 32,9 долл./баррель сорта "Брент" до 42 долларов) и расчетный курс тенге по отношению к доллару, с 131,7 до 130. В результате этого пересчета изменились и другие макроэкономические показатели, в частности, размеры номинального ВВП и запланированный на год коридор инфляции с 4,9-6,5% до 5-7%. Однако многие депутаты и экономисты сомневаются в том, что правительству удастся удержать инфляцию в этом коридоре, и эффект повышения социальных выплат и заработной платы окажется "съеденным". О мерах, которые предполагают принять правительство и Национальный банк, "Эксперту Казахстан" рассказал министр экономики и бюджетного планирования Кайрат Келимбетов.

Бюджетные новации


Кайрат Келимбетов

- Кайрат Нематович, почему правительство ежегодно уточняет бюджет? Неужели изменения, о которых президент говорил в феврале, а также пересмотр правительством базовых показателей нельзя было сделать раньше, при утверждении бюджета 2005 года в парламенте?

- Бюджет на 2005 год формировался летом 2004 года, соответственно, в основу его формирования закладывались показатели среднесрочной фискальной политики, среднесрочного плана социально-экономического развития. В основе плана макросценария, в том числе роста ВВП, инфляции, курса тенге - основных агрегированных показателей - всегда в таких странах, как Казахстан и Россия, лежит цена на нефть. Изменения цены сказываются на поступлениях и поэтому долго обсуждаются. Если в прошлом году цена, которую мы закладывали в бюджет, составляла 32,9 доллара за баррель, россияне ставили 28, Международный валютный фонд - 33-35, Международное энергетическое агентство - 32-33 доллара за баррель. Это все прогнозы ключевых игроков, которые определяют аналитику. Департамент макроэкономики МЭБП ничего с потолка не берет. У нас нет такой идеологии, что в зависимости от цены может улучшаться планирование номинального ВВП. Цены на нефть - это такая категория, когда все быстро расслабляются. Кажется, что высокая стоимость барреля все время будет сохраняться. А ведь может произойти наоборот. До 1998-1999 года цены росли, а потом произошел резкий обвал до 10 долларов. Многое зависит от ситуации с запасами в США, Западной Европе, объемов добычи на Ближнем Востоке.

- Например, внезапное появление альтернативных источников...

- Да. Когда мы планировали осенью прошлого года и ставили 33 доллара, то очень многие нас спрашивали: не слишком ли амбициозная цена? (Кроме того, надо понимать, что в целом, процентов на 20 расходы бюджета выросли.) Когда же мы уточняем цену (до 42 долларов), то получается и большой рост номинального ВВП. Но к реальному ВВП мы осторожно подходим. Из-за того, что цена на нефть сильно поменялась и номинальный ВВП растет, необходимо пересчитывать доходные показатели. Запланированный рост на 7,9% увеличили всего до 8%.

- 42 доллара за баррель - не слишком ли оптимистичный прогноз?

- Мы взяли прогнозы Международного энергетического агентства, МВФ и посчитали, что в трехлетнем периоде стоимость нефти в среднем составит 40 долларов, хотя эксперты МВФ утверждают, что 42 доллара - это более чем оптимистично. К примеру, ближневосточные страны стараются не ставить больше 40 долларов.

- А почему вы изменили базовую цену нефти, а не, допустим, цену отсечения для тех предприятий, которые перечисляют деньги в Национальный фонд?

- Здесь все зависит от преемственности бюджетной политики. В России, например, цена отсечения всегда вызывает много вопросов. Мы поставили в свое время 19 долларов за баррель на 20 лет, и пока не собираемся ее менять. Даже когда мы подписываем контракты с нефтяными компаниями, считаем цену в пределах от 16 до 20 долларов. Это базовая нефтяная цена. Кроме того, мы, как страна, учимся жить при цене 19-20 долларов, а все что выше этого, направляем в Нацфонд. Но у нас есть, в отличие от России, шесть предприятий, чьи доходы свыше цены отсечения направляются в фонд, а по всем остальным предприятиям они уходят в бюджет автоматически. И цена 42 доллара устанавливается для них. В России все нефтяные предприятия работают по цене отсечения. Как лучше? - это спорный вопрос. И в нашей модели есть субъективный фактор - как определять список. Поэтому со следующего года мы вносим изменения в законодательство: с 2007 года все нефтяные компании будут делать отчисления в Нацфонд. Придем в итоге к совершенно другой формуле сбалансированного бюджета, которая станет регулировать ненефтяной дефицит трансфертами из Нацфонда.

- Кроме цены нефти вы изменили и еще один базовый показатель - курс доллара...

- Мы для расчетов, но не как ориентир для рынка, берем курс 130-127-124. Наши прогнозы, что курс сильно укрепляться не будет. Сейчас мы обсуждаем, станет ли он укрепляться до 120 тенге за доллар.

Ситуацию с курсом надо рассматривать как меру государственной политики. Есть две цели. Одна цель - таргетирование инфляции. Мы пришли к пониманию, что инфляция однозначно должна быть меньше 10%, сейчас она находится в коридоре 5-7%. Но, с другой стороны, - это вопрос конкурентоспособности. Объявить, что мы только таргетируем инфляцию и не хотим заниматься обменным курсом, нельзя, потому что мы дезавуируем цель построения конкурентоспособного ненефтяного сектора.

Инфляция и как с ней бороться

- Некоторые ваши коллеги из правительства считают, что разговоры о таргетировании не более чем разговоры...

- Таргетирование инфляции - высший пилотаж в экономике. Им занимается не более 20 развитых стран мира. Нам еще к этому надо идти. Мы провозгласили это как цель, но пока занимаемся не инфляционным таргетированием, а сдерживанием инфляционных процессов - они саморазворачивающиеся и очень опасны. Когда-то мы ставили цели на 2004-2007 годы, и выходило чуть ли не 4%. Сейчас коридор поменялся и стабильно находится в пределах 5-7%. Прогноз на этот год был 4,9%-6,5% , но когда мы посчитали влияние 100 млрд денежной массы, то в пессимистичном варианте это 1% роста инфляции, в оптимистичном - 0,5%.

- Вызывает сильное сомнение, что изменение ставки рефинансирования окажет какое-то влияние на рынок. Поскольку ставки по кредитам коммерческих банков, как показывает практика, практически не реагируют на ее изменения.

- Да, это так. Здесь много вопросов. Потому что когда ставка рефинансирования стремительно падала, процентные ставки коммерческих банков стояли на месте. Хотя ставка рефинансирования должна работать как показатель: когда она повышается, то процентные ставки банков должны повышаться и, следовательно, меньше денежной массы должно вливаться в экономику. Но сегодня важно найти более действенные механизмы влияния монетарных властей на процентные ставки банков. Мы этот вопрос внимательно изучаем.

- С монетарными методами ясно, а что собирается предпринять правительство?

- Идеология нынешнего трехлетнего периода - это рост социальных расходов. Население должно ощутить повышение зарплат, пенсий, пособий, но для того чтобы они не были съедены инфляцией, правительство вместе с местными исполнительными органами готово делать все, чтобы не допустить неконтролируемый рост тарифов. Это, во-первых, сдерживание тарифов естественных монополий и субъектов, доминирующих на рынках. Во- вторых, сдерживание роста оптово-розничных цен на коммунальных рынках. То есть методы, скажем так, административные.

- В результате резкого увеличения социальных выплат, денежная масса в экономике значительно увеличится, причем наличная денежная масса. Как правительство собирается контролировать рост цен, тем более что на осень приходится сезонный пик роста цен на овощи, фрукты и ГСМ. Только исключительно административным ограничениями? Или откроет рынки для импорта? И как это скажется на конкурентоспособности отечественных производителей?

- Что касается политики открытости Казахстана, я убежден, что в условиях рынка, на котором живут 15 млн человек, говорить всерьез о таможенных тарифах, о каких-то нетарифных ограничениях - неправильно. Мы должны сказать: "Ребята, живем в условиях открытых дверей". Почему? Да потому что все, кто хочет к нам зайти, открывают дверь туда, куда мы хотим зайти. И ориентироваться нужно на то, чтобы у нас появился доступ на рынки Китая и России, а не на наш небольшой рынок. И еще просить - повысьте то, увеличьте это, изначально консервируя свою производственно-технологическую отсталость. Даже те меры, которые сейчас обсуждаются (улучшение доступа на рынок фруктов и овощей из стран Центральной Азии и Ирана), стимулируют нашу пищевую промышленность. Мы должны заниматься не консервацией старых технологий, но стать средоточием, оптовым центром по поставке этих продуктов соседям, переработке и конкуренции товаров с более высокой добавленной стоимостью на внешних рынках. А говорить о том, что мы что-то сейчас потеряем... Я считаю, это тупиковый путь.

Кроме того, правительство сейчас начинает вместе с Национальным банком искать пути аккумулирования части ликвидности. Например, система жилстройсбережений, паевые инвестиционные фонды. Правда, напомню, что это меры долгосрочные, они прямо сейчас не сработают. Убежден, что начнут меняться структура спроса, структура потребления. Поэтому выше 7% инфляция не поднимется. Мы сумеем ее удержать. А пенсии у нас проиндексированы на 7,7%, то есть с превышением уровня инфляции.

Программа борьбы за производительность труда

- В последние годы производительность труда растет медленнее доходов населения...

- Мы считаем, что методологию расчета изменения производительности труда надо улучшать. Но в последние годы действительно происходил сильный рост социальных индикаторов. Если в прошлом году в целом по стране в бюджетной сфере, включая госслужащих, фонд заработной платы составил 300 млрд тенге, то в ближайшие два года он вырастет до 580 млрд, в 1,7 раза. Кстати, в России аналогичный показатель за три года - рост в 1,5 раза.

- Требуется, видимо, четкая координация денежно-кредитной и фискальной политики?

- Безусловно, поэтому задача по данной координации представляется очень важной. Мы не можем допустить того, чтобы у нас флуктуации (колебания обменного курса - "Эксперт Казахстан") постоянно распространялись не только на цены, но и на расходы. Если посмотреть внимательно на прошлые годы, то, когда в 2001-2003 годах средства в основном направлялись в Нацфонд, макроэкономическая ситуация была более-менее хорошей. В 2004-2005 годах мы все время увеличиваем поступления в бюджет в среднем на 20% в год. Когда бюджетные расходы так растут, они, естественно, начинают давить на курс или на инфляцию. Поэтому четко надо понимать, что стерилизационная функция чрезвычайно важна.

Второе направление - это реформы социального сектора, а именно, здравоохранения и образования. На экономический рост серьезное влияние оказывают инвестиции в человеческий капитал. У нас в течение трех лет в здравоохранение и образование направляются большие деньги. Но есть такое выражение: "не заменять решение проблем попыткой откупиться от решения деньгами". Потому что можно выделить деньги, но если они будут неэффективно израсходованы, то мы не добьемся ни достижения целей, ни эффективности реформ.

- Но ведь и в здравоохранении, и образовании уже приняты программы реформ?

- Хотя госпрограммы реформ и в образовании, и в здравоохранении есть, но внутри них детальный план, я считаю, должен быть доработан. Важно не увлекаться какими-то высокоспециализированными видами медицинской помощи или суперпроектами построения системы МБА в образовании. Сегодня главное - это обычная средняя школа и первичная медико-санитарная помощь. Они должны получить настоящее качество по всей территории страны. Еще одна важная цель - это инфраструктурные реформы. Построение базовой инфраструктуры актуально для последующего развития. Необходимо довести до конца реформы в сфере телекоммуникаций, энергетики, железнодорожного транспорта, несмотря на сопротивление со стороны естественных монополистов. Имеет место, скажем так, несправедливое перетекание капитала из других секторов экономики в эти секторы. Монополии у нас сейчас высокодоходные, тогда как важно обеспечить развитие конкуренции на рынке. Когда это будет обеспечено, начнут падать цены и снижаться издержки для всех экономических субъектов. Еще одна инфраструктурная задача - добиться низких тарифов на телекоммуникации и Интернет, что необходимо и для образования, и для общения с остальным миром. Это очень важные задачи.

- Понятно, что и макроэкономическое регулирование, и реформа инфраструктурных отраслей окажут в целом влияние на ситуацию. И все же, какие меры правительство будет принимать для повышения производительности труда в реальных секторах экономики?

- Прежде всего, это секторальные инициативы, развитие тех или иных отраслей экономики. Есть уже кластерная инициатива по семи пилотным проектам. Ошибочно считать, что определены отрасли-чемпионы, которые обеспечат нам успех. Это просто те потенциальные отрасли, которые в принципе конкурентоспособны и которые могут ориентироваться не только на казахстанский рынок, но и быть экспортоориентированными, прежде всего на рынки России и Китая. Кроме того, на базе этих семи "пилотов" появляется возможность выстроить диалог между правительством и бизнесом, в рамках которого обе стороны должны объединить усилия и сделать конкурентоспособной отечественную экономику. Появится хороший опыт, который можно распространять на все отрасли без исключения.

- На международную конкурентоспособность трудно рассчитывать без инновационного потенциала, а с ним пока не густо...

- Безусловно, инновационная инфраструктура в Казахстане отсутствовала. Поэтому принята индустриально-инновационная стратегия. Мы должны догонять развитые страны не только по индустрии, но и понимать, что сегодня мировая конкуренция сосредоточивается на рынке новых идей. Для этого необходимо построить новую инфраструктуру - переориентировать образование и науку на коммерческий сектор, создать новые финансовые институты - венчурные фонды и т.д. Недавно была принята программа построения национальной инновационной системы, принципиально новой системы управления экономикой. И, конечно, необходимо отдельное направление - улучшение бизнес-климата.

Вот такие направления по повышению производительности труда есть у правительства. Понятно, что это меры долгосрочного характера и, видимо, в ближайшее время они будут оформлены в специальную программу.