Фестивальные хроники: информация для размышления

Самыми интересными событиями кинофестиваля "Звезды Шакена" стали визит буревестника кинореволюции Питера Гринуэя и демонстрация картин семьи бесстрашных поэтов-паломников "диких земель" Махмальбафов

Фестивальные хроники: информация для размышления

Похоже, что кинофестиваль "Звезды Шакена" (если не считать "мелких" огрехов по организационной части), вошел в новый виток развития. После прошлогодних традиционных возлияний и демонстрации восточного гостеприимства нынешний антураж фестиваля был на удивление скромным, а сам он, кажется, действительно направленным на развитие молодого кинематографа. В конкурсной и информационно-гостевой программе представлены фильмы молодых режиссеров из разных стран мира (Израиля, Турции, США, Франции, Германии, России, Латвии, Белоруссии, Таджикистана), а жюри, соблюдая цивилизованные стандарты и стремясь оправдать новый международный статус фестиваля, раздало всем сестрам по серьгам. О том, что в сознании организаторов произошел существенный сдвиг, можно было судить по тому, что культовой фигурой нынешнего фестиваля стала не ушедшая на покой некогда популярная актриса, а ныне здравствующий и снимающий экстравагантные картины режиссер современного элитарного кино Питер Гринуэй. Его фильмы стоят на одном уровне с творениями Ларса фон Триера и Такеши Китано.

Целлулоидная пленка и зайчик Energizer

Питер Гринуэй - знаменитый британский кинорежиссер, ныне проживающий в Голландии, был приглашен на фестиваль как почетный гость и привез третью и заключительную часть своей знаменитой киноэпопеи "Чемоданы Тульса Люпера".

"Творчество г-на Гринуэя, как нам кажется, заинтересует многих. Это будет полезная встреча не только для молодых кинематографистов, но и для профессионалов", - сказала на пресс-конференции генеральный директор "Звезд Шакена" Венера Нигматулина. Но далеко не все из присутствовавших на пресс-конференции профессионалов разделяли это мнение. Похоже, что большая часть аудитории слышала это имя впервые. Все же это не помешало знаменитому режиссеру произвести фурор местного масштаба: три из четырех заданных журналистами вопросов были адресованы Гринуэю. Это вызвало недоумение и раздражение остальных "уважаемых людей", видимо, испытывающих острый недостаток внимания со стороны прессы. Сцены пресс-конференции: роковой и одиозный Гринуэй, восседающий за длинным столом в Silk Way City среди малознакомых коллег по цеху, чиновников и бизнесменов, Гринуэй, пробующий праздничный торт, поданный поваром в белом колпаке, - напоминали фантасмагорические эпизоды то ли из "Отсчета утопленников", "Повара, вора и его жены", то ли из "Чемоданов Тульса Люпера".

В отличие от его поэтических и туманных картин мотивы прибытия Питера Гринуэя в Казахстан оказались более прозаическими, но не лишенными провокационной претенциозности. "Во-первых, я хотел сделать рекламу своим фильмам в тех странах, где, может быть, о них не слышали. Во-вторых, я хочу заняться энерджайзингом, вдохнуть новую жизнь в местную кинематографию. В-третьих, я хотел бы снять фильм на русском или казахском языке и приехал разведать финансовые возможности такого проекта. Фестивали, как этот, являются хорошим подспорьем, чтобы самые разные фильмы нашли свою аудиторию". Намерений своих режиссер не скрывает. Они самые воинственные: Гринуэй по-прежнему эксплуатирует идею революционного переворота в кинематографе.

- Доводилось ли вам смотреть казахстанские фильмы?


Питер Гринуэй

- Для европейцев очень трудно найти информацию о казахстанском кино. Мне нужно взглянуть на фильмы, выпущенные за последние пять лет. Во-первых, мои ожидания не очень оптимистичные, потому что ваши фильмы основаны на целлулоидной пленке: топтание на месте, ретроспектива поглощения, уход в прошлое. В них нет движения вперед. Необходимо, чтобы фильмы были современными, основанными на hi-tech. Во-вторых, эти фильмы рассчитаны на узкую аудиторию, они не мейнстримовского направления. Но они и не влились в общую струю, что является позитивным фактором. В-третьих, есть такая тенденция в мировом искусстве, называемая монокультурой. Это когда одна культура начинает доминировать над другими. Поэтому западным зрителям не знакомы фильмы из этого региона. Я сам не хожу в кино, потому что убежден, что современные фильмы скучны и предсказуемы. Это мертворожденные фильмы. Современный массовый кинематограф утомительное и скучное занятие. Я сейчас живу в Голландии, хотя по происхождению англичанин, и могу заверить, что голландцы ходят в кино раз в два года. Поэтому наша общая цель - заново изобрести кинематограф, чтобы люди вновь заинтересовались кино.

- Нельзя ли расценивать приезд английского режиссера в Казахстан или Россию с целью снять фильм на русском или казахском языках или поездку режиссеров из России и Казахстана в Америку или Англию, чтобы снимать там, как новый виток в развитии кинематографа?

- В ходе глобализации этот процесс неизбежен. Очевидно, что культуры все больше и больше будут пересекаться и смешиваться. Но я бы хотел, чтобы казахстанское кино отличалось от голландского, чтобы оно не было повторением, а стало уникальным явлением. Посмотрите на свои прически и одежду, где ваша национальная самобытность? Вы дублируете западную культуру. Где ваше лицо? Не позволяйте вашему национальному кинематографу уподобляться и имитировать западный.

- Национальное кино личностно? Если бы вы увидели нас одетыми в национальные костюмы, то посчитали бы, что так мы выражаем свою индивидуальность?

- Для меня главное - характер человека, его энергия, лицо. Не стоит тратить силы, чтобы имитировать западную культуру.

Слова Гринуэя звучат как революционные лозунги и призывают к бунту: "Нынешний массовый синематограф пассивен. Он не отличается ни интерактивностью, ни мультимедийностью. Поэтому в него надо вдохнуть новую жизнь и вызвать рождение нового кино! Фильмы, которые все мы смотрим, - типичные имиджевые фильмы. Сейчас человеческая психология нуждается в расширении и обогащении акустического и визуального опыта. Существующее кино не соответствует этим требованиям. На смену традиционному кино должно прийти новое. Я знаю, что вы выросли на стандартном кино, снятом по учебникам. Надо прекратить тиранию текста, экрана и камеры! Кинематограф должен быть интерактивным и мультимедийным. В этом случае ответственность будет нести зритель, а не художник. Когда зритель создает образы и вкладывает смысл сам, он не пассивный реципиент, а активный творец. Пабло Пикассо говорил: "Главное не то, что видишь, а то, что рождается в голове". С этой своей позицией, прямо скажем, провокационной по нынешним временам, Гринуэй познакомил студентов Жургеновской академии, где прочитал лекцию. Не исключено, что его будоражащие сознание идеи дадут в будущем всходы.

Прерванное дыхание, затмение разума

Другим информационным сюрпризом фестиваля оказался показ трех картин семьи Махмальбафов ("5 часов пополудни", "Кандагар" и "Бродячие псы"). Фамилия Махмальбаф известна тем, что ее носит уникальная и талантливая семья, в которой фильмы снимают все: сам Мохсен, его жена Марзиех Мешкини, дочери Самира и Хана и сын Майсам. Все они образуют компанию Makhmalbaf film house. "Кандагар" сняли еще до теракта в Нью-Йорке 11 сентября. В 2001 году лента завоевала "Приз экуменического жюри" на кинофестивале в Каннах. Фильмы Махмальбафа - это полудокументальное кино, герои которого играют сами себя. Они живут, страдают, мечтают, влюбляются, ненавидят, равнодушно отворачиваются и убивают друг друга на фоне унылых, а иногда и жестоких пейзажей, завораживающих непостижимой тайной далекой, словно другая планета, дикой, но все-таки Ойкумены, Земли, населенной людьми. Их нравы, обычаи и законы ужасают и шокируют, заставляя задуматься о немалой части мира, охваченной войной, которой неведомы гуманность и достижения цивилизации.

"Кандагар" Мохсена Махмальбафа - история афганской девушки, живущей и работающей журналисткой в Канаде, но вернувшейся на родину из-за сестры, которая подорвалась на мине и потеряла обе ноги. Полученное увечье подорвало жизненные силы девушки, подтолкнув ее к мысли о самоубийстве в день последнего солнечного затмения ХХ века. Нафаз, узнав о планах сестры, пересекает ирано-афганскую границу и пытается добраться до далекого Кандагара, то пешком, то на разбитой повозке, чтобы спасти девушку.

По дороге она встречает разных людей, которых судьба забросила или определила быть в этом забытом Богом месте. Но для большинства героев фильма, проносящихся в кадре и остающихся в нем на время, чтобы рассказать свою трагическую историю, эта земля - родина. Во время просмотра прерывается дыхание от безразличия, удушливого и покрытого песками пустыни. Кандагар становится символом затмения разума, Армагеддоном человечества.

Махмальбафам, наблюдающим за окружающей действительностью и ведущим свой правдивый, политический репортаж, удается наполнить его художественными образами и поэзией. Главные герои их картин, как правило, вызывают симпатию. Они наивны и беззащитны, пытаются, но не могут противостоять навалившейся на них действительности.

Так, в фильме Марзии Мешкини "Бродячие собаки" рассказана история двух несчастных, но милых в своей беззащитности и наивной доверчивости сирот, сестры и брата, которые остались без крова и вынуждены скитаться как бродячие собаки. Абсурдные законы бюрократического государства отобрали у них мать, которая сидит в тюрьме. А ее сын и дочь пополнили огромную армию таких же, как они, голодных и бездомных детей-бродяг. Марзия Мешкини смело, с бесстрашием настоящего художника показывает, что в обществе, находящемся в состоянии перманентной войны, где царят средневековые маскулинные нравы, главными жертвами становятся самые беззащитные - женщины и дети.

Впечатляют и шокируют кадры, когда мужчины холят и лелеют своих собак для того, чтобы посмотреть на их грызню, а голодные оборванные дети становятся зрителями этих жестоких утех. Об этом мире можно судить не только по его будням, но и по его "праздникам". Картины семьи Махмальбафов заставляют задуматься о неоднородности человеческого мира, а иногда и об утопичности торжества идеалов разума и прогресса. Они как будто приподнимают изолирующую культуру паранджу, под которой отнюдь не всегда оказывается манящее экзотическое лицо Востока.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики