За шестой звездой

Радикализация внешней политики Китая ведет к росту противостояния восточноазиатских стран. Особенно опасным последствием может стать приход к власти ультраправых политиков в Японии и милитаризация этой страны

На защиту спорных островов Китай отправляет военные корабли
На защиту спорных островов Китай отправляет военные корабли

Обострение в последнее время целого ряда территориальных конфликтов в Восточной Азии серьезно подрывает и без того хрупкую региональную систему динамической безопасности. Главным нарушителем спокойствия стал Китай, который решил продемонстрировать соседям силу. Однако результат выходит другим: КНР не обретает новый статус, а превращается в колоссальный источник раздражения. Страны АСЕАН пока не готовы совместно противостоять давлению Пекина, однако в массовом порядке усиливают свои военные потенциалы (за 2011 год оборонные бюджеты государств Юго-Восточной Азии выросли на 13,5%). Соединенные Штаты оставили свою идею постепенного ухода из региона и спешно усиливают в нем свои позиции, окружая китайские воды рядом военных баз и передислоцируя в Восточную Азию новые войска и корабли. Наконец, китайская агрессивность разбудила Японию — в Токио не намерены безучастно следить за тем, как Восточно-Китайское и Южно-Китайское моря превращаются в китайские озера.

Время Китая

«Будь хладнокровным и не высовывайся. Не старайся быть первым среди всех — но при этом всегда нацеливайся на большие свершения» — эта фраза Дэн Сяопина стала лейтмотивом всей китайской внешней политики последних тридцати лет. Несмотря на сонм территориальных споров с соседями, Пекин старался не идти на обострение, сосредоточившись на экономическом развитии и улучшении своего имиджа в регионе (исключением стали регулярные кризисы вокруг Тайваня, однако все понимали, что Китай не будет пересекать обозначенные Штатами «красные линии»). Обеих целей, названных Дэном, лидеры КПК в итоге достигли. Китай превратился во вторую экономику мира и по некоторым показателям готовится в среднесрочной перспективе обогнать Америку. В Юго-Восточной Азии же китайцам удалось не только заработать реноме надежных партнеров и развеять стимулируемые Западом страхи вокруг «красной угрозы», но даже превратиться в спасителей региона (во время мирового финансового кризиса именно монетарная политика Пекина спасла ряд экономик АСЕАН от краха).

По всей видимости, после подобных успехов китайские руководители посчитали заветы Дэн Сяопина выполненными и решили перейти на новый уровень — формальное закрепление за Китаем статуса вершителя судеб Восточной Азии. За последние несколько месяцев Пекин предпринял ряд агрессивных шагов, реанимируя или обостряя свои территориальные споры с соседями. Это давало Китаю возможность поиграть мускулами и продемонстрировать свою мощь странам региона. Досталось прежде всего двум державам, более всего протестующим против китайских амбиций, — Японии и Вьетнаму.

Так, китайцы устроили настоящую провокацию, инициировав отправку «группы патриотов» из Гонконга на спорные острова Сенкаку, которые сегодня контролирует Токио. Вполне умеренный ответ Японии (депортация нарушителей и отправка на острова собственной группы патриотов) вызвал буйную реакцию КНР. По всей стране шли акции протеста, население громило японские машины и магазины. А китайские комментаторы соревновались в патриотизме: предлагали отправить группы на острова для «научных исследований» вместе с кораблями и войсками для их защиты, а возможную войну с Японией называли отличным способом смыть те унижения, которые Китай испытывал в прошлом веке.

Обострение конфликта с Вьетнамом вокруг Парасельских островов и Спратли шло в основном в экономическом русле. 21 июня вьетнамский парламент принял «морской закон», согласно которому острова Спратли и Парасельские являются суверенными территориями Вьетнама. Буквально через несколько часов после этого решения китайцы создали на группе спорных островов город префектурального значения Саньша. Более того, китайцы фактически выразили готовность перевести конфликт на международный уровень — они объявили о выдаче лицензий иностранным компаниям на разведку углеводородных месторождений на шельфе спорных островов. Проблема в том, что Вьетнам уже дал соответствующие лицензии, причем, по всей видимости, выбрал для этого «правильных партнеров»: сейчас на шельфе ведут разработку компании трех стран — лидеров региона (российский «Газпром», американская ExxonMobil и индийская ONGC Videsh). Решение Китая и его возможная имплементация с помощью сил ВМФ грозит серьезным конфликтом с Дели, Москвой и Вашингтоном.

Однако Пекин это, по-видимому, не слишком беспокоит. Китайцы готовы продемонстрировать свою силу и Соединенным Штатам. Так, в прошлом месяце китайские военные, по данным государственных СМИ, испытали свою новую межконтинентальную баллистическую ракету класса Dongfeng («Восточный ветер»). Судя по всему, речь идет о новейшей ракете Dongfeng 41 с разделяющейся головной частью с блоками индивидуального наведения (РГЧ ИН), которая способна доставлять эти блоки на 14 тыс. километров. Как известно, технология РГЧ ИН значительно повышает атакующий потенциал по сравнению с моноблочными аналогами и заметно уменьшает возможности систем противоракетной обороны потенциальных соперников.

Коллективная безответственность

В Вашингтоне к резкому росту китайских амбиций отнеслись более чем серьезно — американцы не готовы отдать Пекину Восточную Азию. Пытаясь сдержать Китай, США в последнее время поспешили принять ряд мер по укреплению своих позиций в регионе. Так, Штаты ведут переговоры с Вьетнамом о базировании своих кораблей на морской базе в Камрани, собираются вернуть войска на Филиппины. В целом, по некоторым данным, США планируют держать в Тихом океане до 60% своего флота. Кроме того, одним из самых громких успехов американцев в Восточной Азии стала нормализация отношений с Бирмой и вывод этой страны из китайской сферы влияния. 12 июля — впервые за 22 года — в Бирму прибыл американский посол. А вскоре Барак Обама снял все ограничения на деятельность американских компаний в этой стране.

По всей видимости, основной упор американцы будут делать на создание в регионе коллективной системы безопасности. Пока же, пользуясь ее отсутствием, Китай предпочитает решать территориальные и иные проблемы с отдельными государствами на двусторонней основе (именно поэтому Пекин отказывается передавать спорные дела на рассмотрение Международному арбитражному суду) и, оказывая на них давление, обычно добивается своего. «США не принимают чью-либо сторону в территориальных спорах,— заявила Хиллари Клинтон перед своим сентябрьским визитом в Пекин.— Но мы верим, что народы региона должны работать вместе, чтобы разрешить эти вопросы без принуждения, запугивания и использования силы». Вполне протокольная формулировка в данном случае прозвучала двусмысленно.

Поскольку создать в Восточной Азии общерегиональную систему безопасности крайне сложно, США делают ставку на АСЕАН. Превращение этой организации из экономической структуры в полноценный блок не только лишило бы Китай возможности навязывать свою волю странам региона, но и решило бы для Вашингтона ряд других проблем. Так, этот институт стал бы гарантией того, что ни один из территориальных конфликтов не перерастет в настоящую войну, которая по цепочке вызовет обострение других региональных споров. Кроме того, система коллективной безопасности сможет отчасти помочь преодолению изоляции Японии. Сегодня Токио, которому не могут простить его поведения в первой половине XX века, считается изгоем. Любые антияпонские действия население поддерживает. Так, визит южнокорейского президента Ли Мен Бака на острова Токто, суверенитет над которыми оспаривает Япония, одобрило более 80% жителей Южной Кореи — притом что это была откровенная провокация со стороны южнокорейского лидера. В Вашингтоне опасаются, что в конечном итоге Китаю удастся сколотить антияпонскую коалицию и таким образом разделаться со своим основным региональным соперником. Подобные идеи в Пекине уже обсуждают — китайская Global Times в редакционной статье предложила, чтобы «Китай поддержал Южную Корею и Россию в территориальных вопросах, чтобы три страны вместе разбирались с Японией».

[inc pk='1120' service='media']

Однако пока такого союза не получается — во многом из-за противоречий внутри АСЕАН. Значительная часть стран организации, чьи экономики во время кризиса выжили в том числе и благодаря китайским деньгам, не имеет проблем с Пекином и не разделяет желания Филиппин и Вьетнама идти на конфронтацию с КНР ради островов, на которые эти две страны претендуют. Дошло до того, что на последнем саммите АСЕАН даже не было принято итоговое коммюнике — Камбоджа, председатель организации, сорвала процедуру, не желая, чтобы в документе вообще упоминались территориальные споры в Южно-Китайском море. В итоге попытки Хиллари Клинтон уговорить АСЕАН все же найти общий антикитайский язык привели лишь к тому, что во время последнего визита в Пекин ее демонстративно не принял будущий глава КНР Си Цзиньпин. «Американским политикам, которым кажется, что они могут озолотиться на Китае и одновременно держать его в узде, следует помнить старую поговорку о том, что нельзя одновременно иметь пирожное и съесть его», — написало 4 сентября агентство «Синьхуа».

Япония сама за себя

Но радоваться Китаю рано. Не исключено, что активизация китайской внешней политики в итоге выйдет Пекину боком — вместо достаточно аморфного Вашингтона, связанного закупленными китайцами американскими долговыми обязательствами, Китаю в борьбе за лидерство придется столкнуться с агрессивной Японией. Слабость американских позиций и ненадежность их оборонных гарантий, неспособность стран региона создать коллективную систему безопасности и, наконец, обязательство соблюдать многочисленные условности ради того, чтобы даже случайно не оскорбить соседей напоминанием об обидах более чем полувековой давности, — Япония устала от всего этого. В стране все громче звучат голоса ультраправых политиков, призывающих вспомнить о национальной гордости и требующих от правительства защищать честь государства и жестко отвечать на любые провокации. И, по всей видимости, правительство их услышало. Пробой сил стал недавний конфликт с Китаем вокруг островов Сенкаку. Игра стоила свеч и по другой причине — Япония не может потерять эти острова: в их территориальных водах находятся залежи углеводородов, добыча которых поможет стране, отказавшейся от ядерной энергетики, ослабить зависимость от импорта энергоносителей. Именно поэтому после китайского демарша японцы отказались от политеса и соблюдения статус-кво. Если до конфликта часть островов Сенкаку находилась в частной собственности (японские власти эту землю фактически арендовали, и китайцев такая ситуация устраивала), то 10 сентября правительство Японии приняло решение о выкупе трех из пяти островов — Уоцуридзима, Китакодзима и Минамикодзима — за 26 млн долларов. Сама сделка прошла утром 11 сентября. «Это просто передача части японской земли из рук частных владельцев в собственность государства. Никаких проблем с другими странами эта передача создать не должна», — заявил генеральный секретарь кабинета министров Японии Осаму Фудзимура. Аналитики не исключают, что в ближайшее время от Токио можно ожидать и других резких шагов — накануне ноябрьских парламентских выборов правый национализм фактически превратился в политический мейнстрим, и все не согласные с такой линией политики и чиновники подвергаются остракизму. В списке пострадавших оказался даже посол Японии в Китае Уичира Нива — первый выходец из бизнеса на дипломатическом посту, — который всего лишь заявил, что национализация островов может вызвать серьезнейший кризис в отношениях с Пекином. Японские СМИ незамедлительно обрушились на посла с жесткой критикой, а вскоре стало известно о его увольнении.

Самая яркая фигура ультраправого лагеря — губернатор Токио Синтаро Исихара, призывающий активно защищаться против китайской экспансии. «Китай демонстрирует, что с легкостью врывается в чужие дома. Пора нам закрыть все двери и запереть наши острова», — заявил Синтаро Исихара. В противном случае, по его словам, Япония может превратиться в «шестую звезду на китайском флаге». Именно Синтаро Исихара был автором идеи выкупа островов и даже создал под это специальный фонд (в который, к слову, население очень быстро перечислило миллионы долларов). Аналитики не исключают, что в ближайшем будущем взгляды Исихары станут официальной позицией страны — сына губернатора Токио Нобутеру Исихара, генерального секретаря ЛДПЯ, называют одним из наиболее вероятных кандидатов на пост премьер-министра Японии. Если Синтаро Исихара станет премьером, то благодарить он должен будет прежде всего неосмотрительных китайцев.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности