Оно нам надо

Казахстан готов к процессам региональной интеграции. Однако ситуация осложняется тем, что наши соседи по региону представляют эти процессы несколько иначе, нежели мы

Оно нам надо

На состоявшейся в начале декабря в Бишкеке 4-й министерской конференции по Центральноазиатскому региональному экономическому сотрудничеству (ЦАРЕС) министры экономического блока из Афганистана, Азербайджана, Китая, Казахстана, Киргизии, Монголии, России, Таджикистана и Узбекистана вновь, как и во время прежних аналогичных региональных форумов, говорили о необходимости реализации совместных межгосударственных проектов, в частности в области транспорта, энергетики и торговли. Но к единому решению, помимо носящего декларативный характер совместного заявления, министры так и не пришли, договорившись продолжать консультации по интеграционным процессам. И это не случайно: страны Центральной Азии, к примеру, планируют создать подобие общего рынка либо единых таможенных/налоговых пошлин уже более 10 лет. Однако каждый раз, как дело доходит до обсуждения конкретных вопросов, президенты той или иной страны дают отбой инициативам - они-де вредят национальным интересам государства. И дело здесь не только в личных амбициях глав государств - кто достоин быть лидером, а кто нет. Но и в том, что пять государств Центральной Азии различны по своему экономическому развитию.

Раздельно объединяться нельзя

Центрально-Азиатский регион - это свыше 4 млн квадратных километров территории с населением свыше 55 млн человек, с 2-3% мировых разведанных запасов нефти, 7% газа, 5% гидроэнергетического потенциала, более 20% запасов угля, запасами цветных металлов мирового значения. Данные по Туркмении в эти показатели входят, однако Ашхабад уже давно дистанционировался от интеграции, поэтому про Туркмению члены ЦАРЕС не говорят, хотя фактически эта страна расположена в Центральной Азии.

Анализ динамики товарооборота между странами Центральной Азии в последние годы свидетельствует о том, что объем взаимной торговли несколько вырос после периода сильного сокращения в середине 90-х годов. Так, товарооборот между Казахстаном и Узбекистаном в 2004 году достиг уровня 1995 года (429 млн долларов). Товарооборот между Киргизией и Казахстаном достиг 313 млн долларов по сравнению с 202 млн долларов в 1996 году.

Роль главного интегратора в Центрально-Азиатском регионе играет... Россия. Товары и услуги, произведенные в странах ЕврАзЭС, при их перемещении через внутренние границы ЕврАзЭС, не облагаются таможенными пошлинами. "Формально это зона свободной торговли, создан таможенный союз", - говорит кандидат экономических наук Кайрат Садвакасов. Однако на практике еще велик объем изъятий из режима свободной торговли, например между Казахстаном и Узбекистаном со стороны Ташкента - около 100 товарных позиций (продукция металлургии и сельского хозяйства), со стороны Астаны - алкогольные и безалкогольные напитки, табачные изделия, рис. Данные изъятия способствуют развитию контрабанды и тем самым наносят ущерб экономикам стран. Кроме того, существуют многочисленные административные барьеры в приграничной торговле.

Другой важный вопрос - вступление Казахстана во Всемирную торговую организацию (ВТО). Постепенно Казахстан примет международные технические стандарты, и будет необходима их гармонизация со странами ЦА, нечленами ВТО, чтобы не создавать технические нетарифные барьеры во взаимной торговле. Опыт Киргизии, уже вступившей в ВТО, показал, что эти проблемы решаемы. Актуальна также проблема реэкспорта, когда, пользуясь лазейками в таможенном законодательстве каких-либо из стран ЦА, товары третьих стран через зону свободной торговли ЕврАзЭС попадают на рынки остальных стран ЦА, получая тарифные льготы и подавляя в итоге внутреннее производство. В частности, в Казахстане такая ситуация сложилась с производством ковров.

Стихийно сложилась межрегиональная кооперация в текстильной отрасли. Страны Центральной Азии в основном производят хлопок-сырец, а его сертификация, продажа и перевалка в страны Европы и Россию, производство конечной текстильной продукции осуществляются в третьих странах, в частности в Прибалтике. Правда, создавая текстильно-хлопковый кластер, Казахстан пытается поменять правила игры: открыть сертифицирующие лаборатории, развить собственное производство и сбыт конечной продукции.

Такие разные причины

В 2004 году все страны ЦАРЭС испытали стремительный экономический рост в результате таких факторов, как резкое увеличение экспорта энергии, высокие цены на товары, включая золото (за исключением хлопка), увеличение иностранных инвестиций и улучшение макроэкономического управления. Темп экономического роста составил 10,2% в Азербайджане, 9,4 в Казахстане, 7,1 в Киргизии, 10,6 в Монголии, 9,5 в КНР, 10,6 в Таджикистане, 7,7% в Узбекистане. Хотя источники экономического роста похожи, существуют и важные различия. В случае с Азербайджаном и Казахстаном нефть является основной движущей силой экономического роста, при этом стоимость экспорта увеличилась в 2004 году в этих странах на 32 и 54% соответственно. Для Монголии благом стали высокие цены на товары и улучшение условий в сельском хозяйстве. В Таджикистане экономический рост обусловлен восстановлением страны после гражданской войны. В КНР продолжается бурный рост производственного сектора и частные инвестиции.

В Киргизии, по версии экспертов Азиатского банка развития, происходит экономическое восстановление, поддерживаемое крупными экономическими реформами. Но с этим утверждением можно поспорить, вероятнее всего, аналитики АБР основывались на данных, полученных до свержения режима экс-президента Аскара Акаева. В настоящее время Бишкек не может похвастаться ни привлечением крупных иностранных инвестиций, ни осмысленной политикой в области промышленного производства. Еще в одной проблемной стране, Узбекистане, рост основан на иностранных инвестициях в сектор природного газа и крупном экспорте. В данном случае выводы очевидны: правительство Узбекистана заключило ряд выгодных соглашений, в частности с российским Газпромом, по развитию нефтегазового сектора страны.

Среднесрочная макроэкономическая перспектива является благоприятной, при этом ожидается, что годовой ВВП каждой из стран будет расти в пределах 9-10% в 2005-2007 годах. Однако эффективность в разных странах будет значительно отличаться, что вполне логично: богатые нефтью страны будут занимать лидирующее положение.

Более долгосрочные перспективы также положительны: к 2015 году ВВП на душу населения может удвоиться и дойти до 2 тысяч долларов, а уровень бедности, как планируется, снизится вдвое. Представитель ООН Калман Мицзей как пример оптимистичного сценария называет ежегодный рост ВВП в Казахстане и Киргизии в размере 50%. Это, однако, будет зависеть от продолжающихся высоких доходов от природных ресурсов, "адекватных инвестиций в инфраструктуру", благоприятного климата для развития частных предприятий. А также большей региональной интеграции, которая поможет преодолеть помехи в торговле, инвестициях и развитии. Критическим фактором в этом процессе будет поддержание политической стабильности или избежание, по крайней мере, гражданских конфликтов.

Стремительный экономический рост уже привел к увеличению дохода на душу населения. Однако неравенство в доходах резко выросло, а расходы социального сектора ЦА остаются низкими, что замедляет процесс сокращения бедности. Регион фактически стоит перед лицом очень серьезных проблем, связанных с бедностью.

Сделать упор на энергетике

Организация ЦАРЕС, не имеющая юридического статуса, - это лишь неформальный консультативный форум - делает попытку объединить страны Центральной Азии и их сопредельные государства. Вице-министр финансов Китая Ли Янг сообщил "Эксперту Казахстан", что КНР благодаря улучшению регионального сотрудничества планирует привлечь в страну больше капитала и технологий. По мнению Ли Янга, у ЦА есть хороший потенциал для развития, прежде всего благодаря человеческим ресурсам. Пекин готов "в прагматичном и активном виде" вести переговоры с другими странами организации, прежде всего в вопросах организации приграничной торговли, транспорта и энергетики.

"Учитывая близость быстрорастущих рынков, таких как Китай, Индия и Россия, и принимая во внимание увеличившийся доступ для транзита к морю через Афганистан, у Центральной Азии достаточно выгодное месторасположение, и она может воспользоваться этими выгодами", - говорит президент Азиатского банка развития (АБР) Харухико Курода.

О необходимости сделать упор на развитии совместных энергетических проектов "Эксперту Казахстан" заявил и министр финансов Афганистана Анвар Уль-Хаг Ахаду. По его словам, Афганистан готов расширять энергетическое сотрудничество, прежде всего с Узбекистаном и Таджикистаном, где Кабул в настоящее время закупает электроэнергию. Кроме того, в числе национальных задач министр обозначил создание транспортной инфраструктуры, в чем могут поучаствовать и казахстанские компании. "Афганистан часто называют мостом, соединяющим Азию с Европой, и мы хотели бы соответствовать этому определению", - сообщил г-н Ахаду.

Действительно, энергетические проекты (как и проекты в нефтегазовой сфере) являются одними из наиболее привлекательных для интеграции. К примеру, проект по строительству гидроэлектростанции "Сангтуда-1" в Таджикистане, который эта страна не сможет профинансировать самостоятельно. Азиатский банк развития и Всемирный банк совместно рассматривают варианты государственного кредитования, а Европейский банк реконструкции и развития и Международная финансовая корпорация - вложения в акционерный капитал. В конце октября все четыре организации провели встречи с правительством Таджикистана, РАО "ЕЭС России" и американской фирмой AES. Если проект будет реализован, ГЭС начнет вырабатывать 2700 ГВт электроэнергии в год, большую часть которой можно будет экспортировать в соседние страны. Кроме того, подходит к завершению первая фаза проекта по возведению линий электропередачи "Север-Юг" в Казахстане и "Баткен-Канибодом" в Киргизии и Таджикистане. Вице-министр Казахстана Гани Узбеков предлагает также рассмотреть возможность совместных инвестиций в развитие нефтехимического производства, продукция которого весьма востребована, в частности в странах Азиатско-Тихоокеанского региона.

Спрос, а не предложение

Впрочем, несмотря на явную заинтересованность стран Центральной Азии в реализации совместных проектов (в Бишкеке еще обсуждались трансграничные водные вопросы и вопросы межгосударственных торговых отношений - наиболее серьезные проблемные точки в регионе), складывается ощущение, что некоторые государства используют бизнес-площадку для решения собственных, в том числе и политических, вопросов. Министр внешних экономических отношений, торговли и инвестиций Узбекистана Рустам Азимов озабочен тем, что его страна участвует в ничтожно малом количестве межгосударственных проектов. По словам г-на Азимова, Узбекистан играет в Центральной Азии "особую роль" во многом благодаря географическому месторасположению, историческим и этническим причинам. Он говорит также о том, что, в случае когда в финансировании проектов участвуют внешние финансовые доноры, условия предоставления кредитов и займов зависят от того, какой конкретной стране эти деньги предоставляются. Ташкент же выступает за унификацию финансовых условий.

Премьер-министр Киргизии Феликс Кулов считает, что в правительствах Центральной Азии много сторонников протекционистской политики "во всех случаях и по любому поводу". "Пока мы воздвигаем барьеры, мировая экономика движется вперед", - считает он. По мнению киргизского премьера, в Центральной Азии и сопредельных государствах нужно создать единую транспортную и коммуникационную системы. В качестве приоритетного проекта г-н Кулов назвал строительство железной дороги из Киргизии в Китай. Этот проект обсуждается в Киргизии уже несколько лет, и даже начинали прокладывать первые километры пути, однако впоследствии стройку заморозили из-за отсутствия финансирования.

"Сотрудничество в рамках ЦАРЕС основывается прежде всего на спросе, а не на предложении, - сказал "Эксперту Казахстан" вице-президент АБР Джозеф Айхенбергер. - Определенные шаги для того, чтобы построить более зрелую диверсификационную экономику, сделаны, но следует признать, что интеграции еще многое мешает, в том числе вопросы политических ограничений".

Отрегулировать аспекты

Гани Узбеков, возглавлявший казахстанскую делегацию на конференции в Бишкеке, пользовался у местных журналистов повышенным спросом. Не секрет, что в Киргизии Казахстан и Узбекистан считают странами, которые, используя свои географические размеры и финансовые возможности, любыми способами "задвигают" попытки интеграции, предпринимаемые Киргизией и Таджикистаном. Представители СМИ упорно пытались выяснить, почему правительство Казахстана ставит барьеры на пути киргизских предпринимателей, г-н Узбеков столь же упорно просил не говорить общих слов, а назвать конкретные факты подобной дискриминации. "Лгут те, кто говорит, что Казахстан замыкается в себе. Мы заинтересованы в региональном сотрудничестве", - сообщил Гани Узбеков "Эксперту Казахстан". "Да, мы медленно развиваемся, к примеру в рамках ЦАРЕС, но это движение поступательное. Приоритетные направления выбраны. Организованы рабочие группы и комиссии. Проходит упрощение таможенных процедур. Создан комитет по содействию торговле", - говорит вице-министр финансов.

Вице-министр торговли и индустрии Болат Смагулов также оптимистичен в своих оценках: "Да, есть аспекты, которые нужно отрегулировать, прежде всего национальные интересы каждого из государств ЦА. Но мы заинтересованы в стабильности в регионе, в снятии технических барьеров в торговле, в создании условий для предпринимателей, инвестиций. Та позиция, которую занимает Казахстан, подтверждается выводами международных институтов".

Однако подобный оптимизм, как кажется, скорее политическая корректность в высказываниях, нежели реальная оценка ситуации. Мы уже предпринимали попытки объединения. Однако больше просуществовавшая на бумаге, нежели проявившая себя настоящими проектами, организация "Центрально-азиатское сотрудничество" в итоге вошла в состав ЕврАзЭС. Да, страны заинтересованы в интеграции, однако на той же конференции представители различных официальных делегаций в кулуарах обменивались мнениями о том, что из-за значительной разницы в экономическом развитии и степени политической свободы, а также сложных межстрановых отношений государствам ЦА очень сложно создать единую организацию. К примеру, правительства Узбекистана и Киргизии предлагали проекты, которые один из членов казахстанской делегации назвал "вчерашним днем". "Мы уже давно так не работаем, ни в таком стиле, ни в таком формате", - сказал "Эксперту Казахстан" собеседник.

Если Казахстан действительно намерен развивать региональное сотрудничество, нам придется становиться донорами. Помогать той же Киргизии (с Узбекистаном, правда, подобное вряд ли произойдет), улучшать свое экономическое состояние, чтобы перевести переговоры из нынешней плоскости "богатый с бедным" в плоскость равных отношений. Вот только тема донорства пока малопопулярна в казахстанских правительственных кругах. Мы не готовы или не хотим помогать своим соседям в Центральной Азии.

[inc pk='499' service='table'][inc pk='500' service='table'][inc pk='501' service='table']
Статьи по теме:
Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?