На правах падчерицы

Преобразования в пенсионной сфере при внешнем благополучии продвигаются с трудом. Проблемы выходят далеко за рамки отдельно взятого сектора и приобретают макроэкономический характер

На правах падчерицы

В

осьмилетие пенсионной реформы накопительные пенсионные фонды (НПФ) встречают не в лучшей своей форме. И хотя топ-менеджмент большинства НПФ пытается воспринимать ситуацию на пенсионном рынке как вполне приемлемую, оптимизма у него все же поубавилось. За последние два-три года инвестиционный климат для институциональных инвесторов заметно ухудшился. И даже те положительные изменения, которые произошли в 2005 году и на которые фонды возлагали большие надежды (плановый выпуск ГЦБ, дебют инфраструктурных облигаций), оказались незначительными и временными. В итоге доходность по пенсионным активам никак не может выкарабкаться из отрицательных значений, и катастрофически тает доход, заработанный фондами в лучшие времена.

На эту проблему накладывается чрезвычайно низкая активность населения в пенсионной реформе, с одной стороны, и незначительные по объемам накопления, с другой. К моменту массового выхода нынешних вкладчиков на пенсию социальный вопрос, решение которого фактически было положено в основу пенсионной реформы, обострится еще больше, чем при солидарной системе в условиях старения населения. То есть через двадцать-тридцать лет Казахстан может столкнуться с тем, что ему придется заново кроить социальную политику.

Другой вариант - вкушение победы на социальном фронте - тоже возможен. Здесь не все зависит от самих накопительных фондов. Скорее, волю к победе должно проявить правительство. Да, пенсионный вопрос давно уже стал частным. Но если учесть, что пенсионная реформа проводится в принудительно-обязательном порядке, то логично и государственное участие. Государственный аппарат должен не только декларировать поддержку переустройства социальной системы, но и непосредственно ее оказывать. Теперь, когда реформа забуксовала о системные трудности, это очевидно.

Дефицит и профицит

До того момента, когда неожиданно началась ревальвация тенге, а это было без малого три года назад, одним из главных показателей хорошей работы пенсионных фондов был коэффициент реальной доходности. Участники рынка состязались друг с другом: у кого этот показатель выше, тот и выглядит предпочтительнее для вкладчиков. Укрепление национальной валюты подкосило благополучие абсолютного большинства фондов: практически все они играли долларовыми инструментами, которые приносили определенную маржу, да и еще постоянно росли в цене.

Доходность начала постепенно падать, НПФ находились в растерянности, все еще надеясь на обратный процесс. Но чуда не произошло. И тогда управляющие компании начали сбрасывать долларовые активы, еще больше теряя при этом. Статистика вопила о катастрофе: сначала несколько фондов стали балансировать на грани отрицательной доходности, а постепенно - на это ушло месяцев восемь - в минус ушли все игроки. В накопительных фондах происходящее не драматизировали: дескать, экономика всегда развивается циклично, точно так же развиваются и финансовые институты - подъем сменяет рецессия, и наоборот. Общественность, однако, этим обстоятельством была чрезвычайно недовольна. И потому Агентство финансового надзора как регулятор рынка поступило очень даже практично с точки зрения поддержания реноме реформы: теперь доходность считается не за годичный период, а за три года. Тревожных минусов, таким образом, не видно, зато в отчетности фигурирует приличный прирост пенсионных активов в целом. Справедливости ради нужно отметить, что, действительно, ранее заработанный инвестиционный доход позволяет положительно оценивать текущую ситуацию. Но если учесть наличие острейшего дефицита финансовых инструментов для инвестирования пенсионных активов и то, что в стране фондовый рынок вял (за исключением, пожалуй, только рынка облигаций), предпосылок к тому, что период рецессии уже скоро сменится воодушевляющим подъемом, нет.

Впрочем, даже существующую методику оценки инвестиционной деятельности фонды не приветствуют. По мнению специалистов НПФ, она не стимулирует инвестирование пенсионных активов в длинные, а значит, более доходные инструменты. Нынешний расклад таков: НПФ заинтересованы в высокой доходности даже в ущерб качеству активов и диверсификации. К такому неоправданному риску их подталкивает также законодательная норма по ответственности пенсионных фондов за обеспечение доходности не ниже установленного минимального значения. "Некорректно оценивать работу фондов на базе средневзвешенного коэффициента доходности, - говорит президент АО "АБН АМРО-КаспийМунайГаз НПФ" Наталья Брежнева. - Необходимо разработать и внедрить методику оценки доходности на базе определенного эталонного портфеля, так называемого бенчмарка". По мнению управляющего директора НПФ Народного банка Казахстана Кантара Орынбаева, вообще нужно устанавливать бенчмарк по каждой группе инструментов - государственным ценным бумагам, корпоративным бумагам. Также по-разному должны оцениваться инвестиции в иностранную валюту и в тенге. "Если ты пошел в рисковые инструменты, то должен показывать высокую доходность. При высоких рисках и отсутствии хорошей доходности результаты инвестиционной деятельности должны оцениваться соответствующим образом. Это реально. Но для этого нужно создать собственную систему определения бенчмарка", - считает г-н Орынбаев.

Однако первопричиной дискуссий по поводу несовершенной методики является отсутствие возможности инвестирования в те активы, которые могли бы приносить неплохой доход. Дефицит инструментария, в силу неразвитости фондового рынка, в Казахстане существовал всегда. И НПФ изначально приходилось бороться за расширение линейки финансовых инструментов. АФН постепенно шло на уступки. Казалось бы, со временем этот вопрос будет попросту закрыт. Но нет. В последнее время хроническая болезнь обострилась.

Наиболее привлекательный инструмент для фондов - МЕУЖКАМы, но этих ГЦБ, которые эмитирует Министерство финансов, на рынке нет. В первой половине 2005 года ведомство разместило два выпуска бумаг, индексированных по инфляции, но НПФ умудрились купить их в одном случае по нулевой ставке, а в другом - по мизерной (0,01%), потому что доходность определялась в ходе аукциона при жесточайшей конкуренции между инвесторами. К середине года стало ясно, что Минфин больше не собирается размещать свои долговые обязательства, потому что дефицита бюджета нет, напротив, имеется профицит.

"Одна из главных системных проблем - инфляция опережает доходность НПФ. Мы под пристальным вниманием государства, оно устанавливает инвестиционные лимиты, и это правильно, здесь большая социальная составляющая. Пенсионными деньгами нельзя рисковать. Сейчас мы должны покупать не менее 25% ГЦБ, но их нет. Чтобы связать эту массу, выпускаются ноты Нацбанка. У них низкая доходность - всего около 2% годовых, но мы вынуждены покупать. Мы просто обязаны это делать. Если государство не выпускает бумаги, пусть снизит лимит. Тогда с этими деньгами мы пойдем за рубеж, - заявил "Эксперту Казахстан" президент НПФ "Капитал" Серик Мейржанов.

В этом же году появился совершенно новый инструмент - инфраструктурные облигации. НПФ давно бились за то, чтобы инвестировать пенсионные деньги в реальный сектор экономики. И такой момент настал. Однако инвестиционные компании и фонды, самостоятельно управляющие пенсионными активами, не совсем удовлетворены результатом. Инфраструктурные облигации для них интересны, потому что, во-первых, есть поручительство, во-вторых, эти бумаги обеспечивают неплохой доход - первый выпуск был размещен по ставке инфляция плюс 0,45%. Однако возникают вопросы юридического характера, и их надо решать. Необходимо законодательно пересмотреть порядок и пределы ответственности государства по этим инструментам. Кроме того, дебютная эмиссия осуществлена всего на 1 млрд тенге, что, конечно, для фондов очень мало.

Если оценивать совокупный инвестиционный портфель НПФ, то становится ясно, что его диверсификация условна. Такие относительно новые инструменты, как аффинированные драгоценные металлы, паи отечественных и зарубежных инвестиционных фондов, практически не пользуются спросом. "У нас есть небольшие вложения в драгметаллы, но сказать, какова по ним доходность, будет возможно только спустя год работы по ним. Волатильность на этом рынке слишком высокая. Что касается иностранных ПИФов, мы к ним присматриваемся, выбираем момент. Такого не бывает, что сегодня для фондов какой-то инструмент разрешили, и все сразу купили. А отечественные ПИФы, на мой взгляд, неинтересны. Они работают на том же поле, что и мы. Так какой смысл входить в эти инструменты через них?" - считает г-н Орынбаев.

Сегодня большинство фондов предпочитает работать с инструментарием в тенговом эквиваленте, за исключением, пожалуй, НПФ "ГНПФ". Он тщательно диверсифицирует свои риски, но страдает его доходность. Если в 2006 году он выйдет за пределы минимального значения доходности (К2 минус 3%), то может ответить за это своим собственным капиталом. Этот факт тоже говорит в пользу того, что методика оценки инвестиционной деятельности должна быть изменена.

Инициатива ненаказуема

Новаторство чилийской пенсионной системы, равно как и казахстанской (поскольку нами эта модель скопирована), заключается в том, что ответственность за формирование пенсионных накоплений переносится на самого работника. По идее, каждый человек трудоспособного возраста должен иметь индивидуальный пенсионный счет (ИПС), на который перечисляется 10% от заработной платы. Но на практике мы наблюдаем неполный охват населения.

На старте реформы, в 1999 году, количество открытых ИПС едва приближалось к 3 млн. В 2004 году их было зарегистрировано 6,974 млн, а по состоянию на 1 ноября 2005 года количество вкладчиков составило 7,452 млн - и это при том что экономически активного населения по официальной статистике в стране 7,2 млн человек. Никакого парадокса в этом нет. Во-первых, все еще остается очень много дублирующихся счетов, во-вторых, работающих пенсионных счетов всего около 5 млн. То есть около 2 млн человек все еще остаются неохваченными накопительной пенсионной системой. Это и фискально-непрозрачные категории граждан, занимающиеся индивидуальной трудовой деятельностью, и сельское население страны.

"Государству надо вести целенаправленную пропагандистскую компанию по охвату населения. У самих НПФ на это денег нет, - считает Серик Мейржанов. - В противном случае это приведет к тому, что государство будет вынуждено решать социальные вопросы тех людей, которые не охвачены пенсионной системой. Государство уже ввело базовую пенсию, и ее нужно будет увеличивать".

Если раньше остро стоял вопрос по задолженности работодателей в НПФ - еще года три назад эти долги достигали 30-33 млрд тенге, то теперь, с помощью налоговых органов и введения ответственности (вплоть до уголовной) работодателей, долги по перечислению пенсионных взносов удалось сократить до 5-6 млрд тенге. Это расценивается фондами как положительный фактор, поскольку когда деньги в системе, они приносят инвестиционный доход. В то же время начинает проявляться проблема незначительных накоплений на счетах вкладчиков. Прошло 8 лет, а пенсионные сбережения очень часто имеют символические значения. Г-н Мейржанов считает, что увеличивать 10-процентную ставку перечислений нецелесообразно: "Беда заключается в том, что в стране есть серые зарплаты. В иных крупных компаниях официально начисляют лишь пятую часть зарплаты, и только с этой суммы перечисляются взносы. Что говорить, если бюджетники имеют большие накопления, чем бизнесмены. Но тенденция к раскрытию зарплат есть. Если в начале года рост пенсионных накоплений по стране был порядка 9 млрд тенге, то в ноябре он составил уже 14 млрд".

Недостаточность пенсионных накоплений в будущем может сказаться на слишком низком коэффициенте замещения заработной платы пенсией. В настоящее время казахстанские пенсионеры получают приблизительно 30% от своей заработной платы, но в перспективе коэффициент замещения может уменьшиться, и это при том что в развитых странах он составляет 70-80%.

По прогнозу Всемирного банка, ставки замещения в Казахстане начнут быстро снижаться уже тогда, когда рабочие со стажем менее 20 лет работы при солидарной системе начнут выходить на пенсию, поскольку их более низкие солидарные пенсии будут лишь частично компенсироваться размерами накопительных счетов. Ожидается, что в 2010 году средний пенсионер будет получать общую пенсию, равную немногим более трети средней заработной платы. К 2040 году средняя пенсия может снизиться до 15% средней заработной платы, поскольку солидарная система будет постепенно вытесняться, а стоимость аннуитетов накопительной системы, которые фиксируются на дату выхода на пенсию, не будет поспевать за ростом базовой зарплаты. В наиболее невыгодных условиях окажутся женщины: их пенсии снизятся примерно до 10% средней заработной платы, что ниже текущего уровня социального пособия.

Зависимость от социальных пособий по старости, по мнению экспертов ВБ, в будущем будет только расти. "Текущие оценки показывают, что только приблизительно 53% населения трудоспособного возраста будут делать отчисления в накопительную систему, - говорится в докладе Всемирного банка "Новые пенсии в Казахстане: проблемы переходного периода". - Это приведет к тому, что в рамках программы социальной помощи пенсии будут выплачиваться 35% населения пенсионного возраста, когда реформа будет полностью завершена".

По сути, государству нужно уже сегодня готовиться к тому, что ему придется увеличивать расходы на программы социальной помощи. По прогнозам ВБ, эти расходы в 2030 году будут составлять 0,4% ВВП, в 2040 году они возрастут до 1% ВВП, а в 2050 году - до 1,5% ВВП. Эти цифры могут быть еще выше, если пенсионная реформа не достигнет своей цели. Главная же идея, о которой неустанно нам твердили отцы пенсионной перестройки - сделать старость граждан более достойной, - остается недостижимой.

Чтобы как-то снизить негативные последствия перевода пенсионной системы на накопительный режим, Всемирный банк предлагает по крайней мере три инициативы. Первая: распространить опыт гарантированной минимальной пенсии на накопительную систему посредством установления базовой минимальной пенсии, так называемого демогранта, которая определит минимальные рамки для выплат и уровень, ниже которого будет осуществляться субсидирование пенсионных выплат. Вторая: увеличить пенсионный возраст для женщин до 63 лет, что значительно повысит способность реформированной системы поддерживать пенсии выше уровня бедности для многих работников. Третья: создать стимулы, которые повысят участие в накопительной системе и поднимут уровень пенсионных сбережений на накопительных счетах низкооплачиваемых работников.

Первая из этих инициатив уже внедрена в жизнь. Но вполне возможно, что предназначение базовой пенсии со временем будет изменено. Так, эксперты ВБ советуют применять демогранты лишь для групп населения, находящихся на грани бедности, в настоящее же время базовую надбавку получают все пенсионеры без исключения.

Об увеличении пенсионного ценза для женщин сразу на пять лет власти пока говорить не решаются: и без того слишком болезненным оказалось повышение пенсионного возраста для граждан, осуществленное несколько лет назад. Но в частных НПФ считают, что вопрос поднимается достаточно справедливо, потому что женщины не могут наработать себе пенсию. Так что в ближайшие годы он, вероятно, будет решен. Таким образом, будет повышена ставка замещения заработной платы, потому что одновременно удлинится этап накопления и сократится срок пребывания на пенсии.

Что же касается создания стимулов для участия в накопительной системе, то чиновники, по всей видимости, еще не нашли их и вообще плохо себе представляют, как можно реализовать эту инициативу. Специалисты накопительных фондов убеждены, что эту проблему предстоит решать только на макроэкономическом уровне через рост благосостояния граждан. Можно усилить мотивацию граждан в пенсионном обеспечении и через систему добровольных и профессиональных пенсионных взносов. Например, как предлагает Наталья Брежнева, обеспечить условия максимального комфорта для вкладчиков добровольных пенсионных взносов как в свою пользу, так и в пользу третьих лиц, исключить двойное налогообложение добровольных и профессиональных пенсионных взносов.

Надо двигаться дальше

Сейчас Казахстан активно ведет переговоры с Всемирным банком о конвертации части внешнего долга путем выпуска последним производных ценных бумаг в тенге. На V конгрессе финансистов прозвучало несколько интересных предложений по созданию новых финансовых инструментов. Однако эту махину пенсионным фондам не сдвинуть с места в одиночку.

Все то положительное, что достигнуто в рамках пенсионной реформы, - это результат взаимодействия накопительных фондов с властью. Но, как показывает опыт, практически все новации предлагались снизу, так как НПФ виднее, где пробуксовывает система. Однако далеко не всегда их предложения воспринимаются оперативно и правильно. При этом инициативность исполнительных и регулятивных органов остается на крайне низком уровне.

В прошлом году речь шла о том, что Министерство финансов будет регулярно публиковать график выпуска государственных ценных бумаг на каждый последующий финансовый год. Но уже 2005 год показал, что ведомство не выполняет своих обещаний. О выпуске ГЦБ на ближайшую перспективу ничего не известно. Бюджет-2006 сверстан с дефицитом, но будут ли эмитироваться ГЦБ - большой вопрос.

Непоследовательность и непредсказуемость поведения главного эмитента страны негативно отражается на пенсионной системе в целом. НПФ не знают, на что им рассчитывать, как формировать свою инвестиционную политику. Кроме того, это отражается и на цене заимствования корпоративным сектором: здесь ставки формируются с оглядкой на Минфин. Несмотря на оживление в корпоративном секторе, он выпускает либо низкодоходные бумаги, либо вообще с отрицательной доходностью.

Исправить ситуацию в сфере государственных заимствований можно только за счет улучшения качества бюджетного планирования. Если дефицит не будет чудесным образом превращаться в профицит, что стало уже традицией, то и эмитентская дисциплина Минфина наладится. А это обязательно благоприятно отразится на инвестиционных возможностях фондов.

[inc pk='489' service='table']