Cтарое правительство борозды не портит?

Cтарое правительство борозды  не портит?

Переназначение премьер-министром Казахстана Даниала Ахметова изначально являлось предсказуемым. Несмотря на то что с момента отставки правительства до совместного заседания обеих палат парламента, на котором, собственно, и был назначен г-н Ахметов, из предположений различных экспертов можно было составить список из 10 и более кандидатов на пост премьер-министра. Откинем из этого числа тех, которые  изначально считались непроходными. Но при любом раскладе 4-5 человек в кадровом резерве на высший правительственный пост у президента были. Он решил ничего не менять, предложив лишь другую структуру правительства. Отныне у нас только один вице-премьер, что нельзя не считать весьма логичным. Институт заместителя премьер-министра во многом дублировал работу министерств и других государственных структур, что снижало уровень ответственности за принимаемые решения. Почти все министры ожидаемо сохранили свои посты, а наиболее заметным стало назначение на пост министра финансов Натальи Коржовой.

Теперь у нас новое правительство, но его можно считать старым. И не хотелось бы, чтобы вот это новое стало работать с теми же ошибками, что и прежнее. По мнению г-на Назарбаева, «каких-либо серьезных ошибок, которые бы повлияли на наши дела, на исполнение программ», старое правительство не допустило. И именно поэтому, «учитывая преемственность практических действий исполнительной власти», Даниал Ахметов сохранил свой пост. Вот только более чем за два года своего премьерства г-ну Ахметову приходилось выслушивать в свой адрес достаточно серьезную критику со стороны президента (я уж не рассматриваю критику со стороны бизнеса или НПО). Правительство не раз обвиняли в инерции, в том, что кабинет министров пользуется плодами прежних правительств, не привнося в свои действия никакой энергичной динамики.

К примеру, в августе 2004 года Нурсултан Назарбаев заявил о том, что «14 месяцев назад (когда премьер-министром стал Даниал Ахметов. – «ЭК») были поставлены задачи новому правительству в области развития социальной инфраструктуры нашей страны, но из всех этих программ была принята только жилищная». «Даже если правительство завершит эти программы до конца года, то с момента получения моих поручений в июне 2003 года пройдет полтора года, – констатировал глава государства и продолжил: – Не слишком ли долго готовятся структурные реформы, ведь после принятия этих программ нужно еще подготовить план мероприятий и пакет законопроектов, а на это уйдут еще месяцы». Правительству было настоятельно рекомендовано подготовить программы по реформированию образования, здравоохранения, электронного правительства, легализации теневой экономики etc. Нурсултан Абишевич, а ведь мы большинства из этих структурных программ так и не дождались. А те программы, которых дождались, подверглись резкой критике со стороны общественности.

Тут достаточно вспомнить многострадальную жилищную реформу, за ходом реализации которой «Эксперт Казахстан» наблюдает уже давно. Правительство г-на Ахметова свою деятельность по реализации Жилищной программы оценивает положительно, ставя себе в заслугу количество сданных квадратных метров жилья. Но ведь изначально в качестве основных целей программы значилось отнюдь не количество сданных квадратных метров, хотя и эта цель тоже присутствовала. А прежде всего за счет резкого увеличения предложения – снижение цен на недвижимость.  И обеспечение доступа к «качественному недорогому жилью» тем, кто до настоящего времени в силу материального положения не мог его получить через коммерческую ипотеку – бюджетникам, молодым семьям и т.д. Отсюда и была провозглашена знаменитая цифра – 350 долларов за кв. м. Итоги первого года реализации программы показывают, что ни одна из этих целей достигнута не была. Более того, пресловутые 350 у.е. за кв.м тоже являются во многом условными.

Уже давно говорится о том, что крупные холдинги должны избавиться от сопутствующего бизнеса. Но ввиду того, что эта идея так и остается идеей, президент вынужден вновь о ней напомнить. «Что такое скрытый внутренний сговор, те, кого это касается, очень хорошо знают. Теперь и мы знаем, и должны это разрушать ради того, чтобы банки снижали проценты по кредитам, а в эту сферу пускать иностранные банки, создавать ниши для отечественных компаний», – говорит он.

Можно вспомнить и о том, что иностранные инвесторы не раз заявляли: государственные органы Казахстана учитывают интересы зарубежных бизнесменов, работающих, в частности, в нефтегазовом секторе, не в полной мере. А в результате недостаточной оценки последствий поспешно принимаемых актов правительство вынуждено иногда срочно вносить поправки и дополнения в только что принятые государственные законы. Подобная спешность, естественно, не придает инвесторам дополнительной уверенности в  том, что их бизнес в нашей стране будет успешным.

В целом, претензий к прежнему правительству под руководством Даниала Ахметова было достаточно много. Возможно, «серьезные ошибки», которые не допустил кабинет министров, это нечто большее, чем провал государственных программ. Инфляцию удается удерживать на более-менее просчитываемом уровне, национальная валюта только укрепляется, промышленность вроде работает. Вот только не оставляет ощущение, что все эти блага – лишь за счет нефти и газа. Растущие цены на углеводороды позволяют вкладывать дополнительные инвестиции в решение социальных проблем населения, наполнять бюджет. Но как-то тревожно становится за вторую половину текущего года, когда бюджет начнет формироваться исключительно за счет ненефтяного сектора (нефтяные доходы пойдут в Национальный фонд). Но ведь ненефтяного сектора у нас сейчас практически нет. Уже несколько лет в стране не прекращаются дискуссии, что его необходимо развивать, но до сих пор так ничего и не сделано конкретного. Те бизнес-примеры, которые на слуху, так или иначе связаны с минеральными ресурсами и энергетикой. У вас нет ощущения, что мы действительно живем по инерции?