Недоперезагрузка

Текущая повестка дня заставляет конкурентов за региональное лидерство Ислама Каримова и Нурсултана Назарбаева договариваться или хотя бы делать соответствующий вид. На уровне же бизнеса и бытового общения по-прежнему наблюдаются нервозность и недоверие

Ислам Каримов и Нурсултан Назарбаев возобновили общение в дружественном ключе
Ислам Каримов и Нурсултан Назарбаев возобновили общение в дружественном ключе

Cостоявшийся официальный визит узбекского лидера Ислама Каримова в Астану и последовавшие за ним 26 сентября телефонные переговоры должны были наметить курс двусторонних отношений. У каждой из стран есть свои злободневные проблемы, от решения которых зависит в том числе и региональная безопасность.

Продолжающееся снижение уровня жизни населения в Узбекистане плодит армию гастарбайтеров, одним из основных направлений для которых остается Казахстан. Зависшими в воздухе остаются вопросы, связанные с попаданием сотен узбеков в трудовое рабство в Казахстане. Заметно возросшая угроза исламского экстремизма заставляет Нурсултана Назарбаева зондировать почву в тех странах, которые после вывода американского контингента из Афганистана могут стать основным транзитным маршрутом для радикалов. И если казахстанский лидер все больше напирал на решение этой проблемы, то Ислама Каримова волновала тема строительства соседями гидросооружений, так как страна испытывает острый дефицит воды.

Видимо, поэтому президент Узбекистана послал ключевому союзнику Казахстана в регионе, России, одобрившей проект киргизской гидроэлектростанции «Камбарата-1», четкий сигнал, что из-за воды в Центральной Азии может случиться «не только серьезное противостояние, но и война». И Ислам Каримов, и Нурсултан Назарбаев не хотят строительства ГЭС — по крайней мере, именно такой вывод можно сделать из тональности их официальных заявлений. Из контекста выступлений глав государств было заметно, что их объединяют общие страхи. Через несколько месяцев бессменному узбекскому диктатору исполнится 75 лет. Немолод и глава Казахстана. На этом фоне аксакалы советской партийной закалки, похоже, стали хоть немного прислушиваться друг к другу.

В товарищах согласья мало

Ташпулат Юлдашев, независимый политолог, живущий в изгнании в США, говорит, что официальное руководство Узбекистана относится к Казахстану без особых симпатий. «Декларативные заявления, которые звучат с обеих сторон, не меняют сути. Сегодня узбекский истеблишмент не готов к реальному сотрудничеству с Казахстаном, во многом это определяется непосредственным отношением Ислама Каримова к своему казахскому визави», — отмечает г-н Юлдашев.

На формальный статус визита намекает и один из лидеров оппозиционного движения Узбекистана, проживающий в статусе политического беженца в Ирландии Абдуджалил Байматов. «Во время антитеррористических учений стран ШОС, прошедших в июне в Таджикистане, узбекская сторона запретила транзит военной техники из Казахстана через свою территорию. В узбекской тюрьме сидит студент из Алматы Ермек Космагамбетов — только за то, что узбекские пограничники нашли в его ноутбуке фильм религиозного содержания. Узбекистан ввел 15-процентную акцизную ставку на казахстанскую муку, на границе месяцами простаивают фуры с грузом, их не пропускают таможенники. Ни один из этих вопросов не обсуждался в ходе визита, так как существует взаимная договоренность не замечать “шероховатостей” в отношениях», — отмечает г-н Байматов. Он вспоминает и о том, что узбекская элита неоднократно критиковала власти Казахстана за излишний прорусский крен во внешней политике, что не может не раздражать Ислама Каримова, взявшего курс на антироссийскую риторику.

Системное напряжение

Уровень нервозности в отношениях на высшем политическом уровне зачастую передается и на бытовой. В феврале этого года в городе Чирчик, в 30 километрах от Ташкента, начались националистические выпады против живущих здесь представителей казахского этноса. Через мобильные телефоны стали распространяться оскорбительные песни в их адрес, записанные местной молодежью титульной нации. Конфликт удалось предотвратить, введя в город специальные войска.

Вместе с тем в Узбекистане проживает самая крупная в СНГ казахская диаспора — вторая в мире после той, что в Китае. На территории Узбекистана расположен анклав Каракалпакстан с преимущественно казахским населением, о борьбе за независимость которого время от времени начинают писать местные издания. Президент РК Нурсултан Назарбаев даже как-то откровенно заметил, что именно в отношениях с Узбекистаном существует «дестабилизирующий потенциал и порох». Ярким примером такого эффекта стало, например, давление на казахский культурный центр в апреле 2008 года, которое совпало с окончанием визита Ислама Каримова в Казахстан. Министерство юстиции «выявило грубые нарушения» в его работе, что тогда явилось основанием для приостановления его деятельности.

Бизнесу мешает политика

В конструкции двусторонних отношений приоритетными могли бы стать экономические связи двух государств, отмечает ташкентский аналитик Баходир Сафоев. По его словам, базой системы взаимного экономического сотрудничества служит партнерство в реализации проектов по транзиту энергоносителей. Да и в целом динамика торгово-экономических отношений выглядит достаточно убедительной: в 2011 году объем взаимной торговли составил 1,95 миллиарда долларов, что на 24% превышает показатели предыдущего года. За первое полугодие 2012 года эта цифра составила 925 миллионов долларов. Казахстан входит в пятерку основных торговых партнеров Узбекистана, наша доля в общем товарообороте составляет здесь порядка 10%. Однако это вовсе не говорит о том, что казахстанский бизнес не испытывает на себе давление административного узбекского аппарата.

В начале июля этого года прокуратура города Кувасай в Ферганской области наложила арест на счета Кувасайского цементного завода — третьего по мощности в республике, 60,4% акций которого принадлежат казахстанской United Cement Group. Генеральная прокуратура обвинила руководство в финансовых махинациях и уклонении от уплаты налогов — стандартная схема местных властей при желании отобрать успешный бизнес.

Еще в начале 1990-х Ислам Каримов, провозглашая свою доктрину демократического развития, говорил о том, что в стране утверждается приоритет экономики над политикой (в одно время с ним об этом говорил и казахстанский лидер), однако именно политические амбиции перечеркивают все попытки создать цивилизованную экономическую модель в Узбекистане.

Волевым решением узбекской стороны продукция из Казахстана в Узбекистан не попадает, на границе изымают даже конфеты. Пограничники отговариваются традиционной фразой, что узбекский президент не жалует Казахстан. Ташкент также установил высокие акцизные налоги на ряд товаров и тарифы на транзит грузов через свою территорию. Казахстанские предприниматели перед визитом Ислама Каримова на совете экспортеров предложили применить к Узбекистану экономические санкции.

Чай, лепешка и DAMAS

В сознании рядовых казахстанцев современный Узбекистан чаще всего ассоциируется с самаркандскими лепешками и брендами UzDaewoo — Nexia, Matiz и Damas. Собственное автомобилестроение — главная гордость нынешнего поколения узбекистанцев. Правда, когда дело доходит до покупки ими машин, патриотизм спадает. Входя в тридцатку мировых автопроизводителей, Узбекистан протекционистскими методами жестко ограничивает как ввоз иностранных авто в страну, установив крайне высокие таможенные пошлины, сопоставимые со стоимостью транспортного средства, так и административными методами контролирует внутренний рынок продаж.

[inc pk='1105' service='media']

Автомобили, произведенные в Узбекистане, «для своих» обходятся почти в полтора раза дороже, чем для покупателей в Казахстане. Об этом говорят и данные представителя компании «Туранказ Моторс» по Южно-Казахстанской области Сухроба Раматова, который отмечает, что в свете нехватки валютной выручки узбекская сторона не чинит особых препятствий для поступления на казахстанский рынок продукции асакинского завода.

«С казахстанской стороны не возникает никаких проблем для доставки и реализации узбекских автомобилей. В основном идет завоз машин марки Nexia, стоимость которых на казахстанском рынке сейчас составляет 1 миллион 205 тысяч тенге (в Узбекистане за новую Nexia покупатель заплатил бы свыше 2 млн тенге). Новая марка Chevrolet Malibu и уже выпускаемые бренды Chevrolet пока не особо котируются в Казахстане в силу их дороговизны», — говорит Раматов.

Отношение же к казахстанским инвесторам в Узбекистане в настоящее время благожелательным назвать трудно. Работник Кувасайского цементного завода рассказал на условиях анонимности, с чем пришлось столкнуться как руководству, так и рядовым служащим во время захвата местными властями доходного предприятия. «Если ты казах или из Казахстана, к тебе будет особо пристальное внимание, — говорит он. — Бесконечные налоговые проверки, намеки на то, что нужно отстегивать, тем более казахстанцам. Местные власти только и ждут повода устроить разбор полетов и “прихватизировать” активы. Фискальное законодательство здесь работает только на “верхушку”, так называемые налоговые льготы для инвесторов — хорошая уловка, и не более».

Скромное обаяние Казахстана

Трудовая миграция узбеков в Казахстан — это уже давняя тенденция. Раньше сюда бежали от преследования властей местные журналисты и правозащитники. Теперь, в силу ужесточения режима в самом Казахстане при прежнем главе администрации президента, такая тенденция сошла на нет. Многие узбекские активисты раскритиковали решение казахстанских властей о выдаче в середине июня этого года 28 узбекистанских беженцев обратно на родину, где их ждали пытки и неоправданно жестокие приговоры. Это решение осудил и Комитет ООН против пыток, отметив, что оно сводит на нет надежды представителей гражданского сектора Узбекистана на получение правовой помощи в Казахстане. Поэтому сегодня северный сосед для узбекистанцев интересен, в первую очередь, с точки зрения применения своих трудовых навыков.

По официальным данным, в РК проживает свыше 450 тысяч узбеков, что составляет около трех процентов населения страны; еще примерно 500 тысяч находятся здесь в качестве трудовых мигрантов. Первое, с чем столкнется гражданин Узбекистана, приехавший на заработки в Казахстан, — это паутина миграционной бюрократии. В отличие от граждан из стран Таможенного союза, у узбекистанцев куда меньше привилегий в ходе пребывания на территории соседней республики. Оно ограничено всего одним месяцем. Несмотря на то, что две страны расположены рядом, колорит жизни в них разительно отличается.

Свобод в Казахстане больше. К примеру, количество так называемых блокируемых сайтов намного меньше, чем в Узбекистане, где, по оценкам организации «Репортеры без границ», пользователям недоступны свыше 60 ресурсов оппозиционной направленности, включая официальные сайты международных организаций. Казахстанским журналистам дозволено в разумной мере критиковать лидера государства и его окружение, что в Узбекистане, скорее всего, повлечет за собой уголовную ответственность за «оскорбление президента». И самое бросающееся в глаза — то, что число сотрудников правопорядка на улицах здесь в разы меньше, чем в Узбекистане, который признан международным сообществом полицейским государством, что вызывает у простых жителей, попадающих из Узбекистана в Казахстан, ощущение когнитивного консонанса.

Искренность нужна в массах

Потепление в отношении двух лидеров, скорее всего, кажущееся. Внешнеполитические маневры Ислама Каримова в отношении большинства партнеров непредсказуемы, и вчерашний союзник может превратиться в противника. Вспомним хотя бы узбекскую переориентацию в российском направлении после андижанских событий 2005 года. Сегодня у Ислама Каримова появился общий с Нурсултаном Назарбаевым водный интерес — и не более.

Видимо, особых послаблений от нынешнего улучшения отношений не стоит ждать и бизнесу. После визита узбекского лидера не произошло прорыва в создании благоприятной атмосферы для казахстанского бизнеса в Узбекистане. Нет предпосылок для него и в обозримом будущем: Казахстан активно интегрируется с Россией, а Узбекистан от этого процесса уклоняется.

Можно с большой долей вероятности предполагать лишь одно: число трудовых мигрантов из Узбекистана в Казахстане будет расти, а добрососедское отношение казахстанцев к приезжающим на работу узбекистанцам может переключить часть потока гастарбайтеров с российского направления. Главное — чтобы искренность, которой недостает в верхах, чувствовалась на бытовом уровне.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики