Опять двадцать пять

Опять двадцать пять

Социологи утверждают, что пропорционально росту экономики государства должна крепнуть уверенность его среднестатистического подданного в сегодняшнем, завтрашнем и последующих днях. Экономика в Казахстане растет, а вот с пропорциями сложнее. Как говорил популярный герой киноленты Гайдая, меня терзают смутные сомнения.

И вот что удивительно, эти сомнения становятся все сильнее после очередной правительственной аранжировки на тему реализации целей, поставленных президентом. По логике должно быть как раз наоборот, потому что цели хотя и высокие, но достижимые. Однако в исполнении правительства бравурная музыка возможных свершений «Время, вперед!» в который уже раз превращается в незатейливый мотивчик. Видимо, дело в том, что вместо предложения внятного механизма действий для покорения очередных экономических вершин правительство в своих программах ограничивается художественным пересказом поставленных задач. Причем задачи каждый год новые, а меры, предлагаемые органом высшей исполнительной власти, одни и те же на протяжении многих лет.

«Правительство справилось с поставленными перед ним три года назад задачами», – говорит его глава Даниал Ахметов и в подтверждение приводит социально-экономическую статистику. Статистика «соглашается» – таки да, вроде бы справилось: ВВП растет, зарплата увеличивается, дома строятся, промышленность развивается, сельское хозяйство уже пытается держать голову, инфляция в узде. А живущий во мне среднестатистический подданный, безрезультатно пытаясь отыскать позитивные последствия всего этого изобилия применительно к себе, огорчается: почему не вижу? Надежда купить жилье в Алматы, которая еще три года назад теплилась, окончательно растаяла, суммы, откладываемой на получение сыном хорошего высшего образования, уже не хватит даже для хорошего среднего, инфляция потихоньку «ест» мои пенсионные накопления, из отечественных товаров в доме присутствует только хлеб, все остальное преимущественно китайское, местами российское, кое-где европейское.

Но ВВП же растет?! Растет. Но не стараниями правительства, а в основном благодаря высоким ценам на сырьевые ресурсы. Отнимем от ВВП экспорт и прибавим к инфляции цены на недвижимость, останутся меры правительства.

Между тем в нашей стране действительно накоплен потенциал для прорыва на новый качественный уровень, только надо перейти от политики выживания к политике устойчивого развития. Очень сомнительно, что меры, предлагаемые правительством на очередные три года, позволят это сделать. Собственно, и мер-то никаких нет. Только декларативные заявления. Инфляция будет в пределах 5–7,3%, рост ВВП на уровне 8,5%, увеличатся объемы промышленного производства и повысится производительность труда. Как, за счет чего? Механизмов нет. Правительство делает ставку на развитие кластеров. Но как развивать то, что до сих пор находится в стадии согласования, и правильность выбора кластеров не очевидна. Вряд ли «текстильный кластер» за несколько лет сможет превратить казахстанскую легкую промышленность в отрасль, способную конкурировать с соседним Китаем, который уже давно одевает полмира. Инфляция будет сдерживаться за счет стерилизации денежной массы и повышения кредитных ставок. Но деньги нужны для развития реального сектора экономики и желательно под небольшие проценты. Кроме того, не так уж и эффективны эти чисто монетарные меры в борьбе с инфляцией, если ее природа имеет немонетарный характер. Казахстан будет наращивать объемы внешнеторгового оборота, заявляет правительство и не объясняет, чем, собственно, торговать собирается кроме сырья.

Будут созданы условия для научно-технического прогресса. И опять декларация. Потому что импорт передовых технологий не способен обеспечить прорыва в отечественной науке, без которой никакого научно-технического прогресса не будет.

Новая концепция Национально фонда на первый взгляд вселяет уверенность, что нефтяные деньги не будут расходоваться направо и налево. Вместе с тем тот факт, что они не будут расходоваться практически вообще, огорчает. Потому что правильное их расходование могло бы как раз и обеспечить в какой-то мере тот самый качественный прорыв в развитии экономики.

Лично я далека от мысли, что правительство состоит из «врагов народа» и намеренно разрабатывает заведомо провальные программы. Мне понятно его желание оперативно реагировать на поставленные главой государства задачи коротким и емким: «Сделаем!». И неважно, что пока неизвестно как. Над этим министерства и ведомства будут думать потом. Может быть, поэтому программа социально-экономического развития на 2006–2008 годы, впрочем, как и предыдущие, не содержит никакой конкретики и принципиальной новизны.

Отечественные экономисты утверждают, что неуспех бюджетных программ в Казахстане связан с нерешенностью вопроса методического планирования. Поэтому в погоне за ближайшими целями теряются долгосрочные ориентиры и принимаются решения, неэффективные для достижения конечного результата. Вот и получается, что вместо достижения конечной цели – формирование государства, способного обеспечить благоприятные условия для всех своих граждан, правительство то борется с инфляцией, то с монополистами, то вдруг бросается помогать отдельной категории населения, провоцируя опять-таки всплеск инфляции и ответные действия монополистов.

Представляя программу действий на среднесрочную перспективу, премьер-министр выразил уверенность, что все задачи будут выполнены. Вполне возможно, что и через три года средняя температура по больнице окажется 36,6, если сохранится благоприятная внешняя конъюнктура на сырье. Но качественных изменений в лучшую сторону не происходит – вот в чем беда. Более того, не исключено, что они могут произойти в худшую. Лично у меня уверенности в том, что через три года я все-таки смогу купить квартиру, отправить сына учиться в хороший вуз и покупать товары отечественного производства, по-прежнему нет.