Проверка на честность

Редакционная статья

Проверка на честность

То, как в мире пытаются бороться с отмыванием доходов и финансированием терроризма, напоминает знакомый многим случай из медицины. Когда болезнь невозможно вылечить, несмотря на огромное количество разных лекарств. Так и с нелегальными доходами – более 50 лет в разных странах придумывают рецепты по борьбе с ними, создают FATF (Financial Action Task Force on Money Laundering), международную группу по борьбе с финансовыми злоупотреблениями, а нечистые на руку и кошелек дельцы по-прежнему процветают. Естественное желание предпринимателя – получить максимум прибыли при минимуме затрат – сразу попадает в разряд криминальных, как только начинает нарушать налоговые и прочие законы той страны, в которой работает. Набить чемодан деньгами в наших условиях достаточно легко. Вопрос в том, что потом с этим чемоданом делать. Принесешь в банк – банкиры, которые уже ориентированы как своей службой безопасности, так и государственными спецслужбами, должны заинтересоваться (если они, конечно, честные банкиры) происхождением денег. Начнешь перечислять на карточку – та же ситуация. По сути, борьба с отмыванием доходов почти полностью прерогатива банковских учреждений. Так как эта деятельность входит в достаточно серьезное противоречие с обязанностью хранить банковскую тайну, во многих странах, активно борющихся с отмыванием денег, существуют нормативные акты, ограничивающие распространение банковской тайны и снимающие ответственность со служащих финансовых учреждений за сообщение сведений о клиентах органам по борьбе с финансовыми преступлениями.

Не секрет, что на каждый запрет найдется сразу несколько вариантов, как его обойти и избежать строгого банковского контроля. К примеру, смуфтинг, когда денежный депозит разделяется на меньшие суммы, не требующие предоставления отчета об их источнике. В международной торговле весьма популярен так называемый мини-войсинг: при ввозе товаров происходит подделка регистрации кредитных и таможенных деклараций, которые могут скрывать сделки при пересечении границы. Имущество, полученное незаконным путем, например украденный автомобиль, можно обменять в трансграничных или внутренних бартерных операциях, используемых для легализации. Межбанковская система электронной связи, которая используется для совершения платежей и передачи информации, может быть не включена в отчет по борьбе с отмыванием денег, а взяточничество банковских служащих облегчит маскировку крупных незаконных перемещений между счетами.

Эксперты, оценивая эффективность противодействия отмыванию денег, делят страны на три условные группы. Первая группа – страны, которые наиболее активно борются с финансовыми преступлениями (Германия, США, Франция, Великобритания). Во вторую же входят страны, заработавшие имидж «налогового рая» (офшорные территории), а также те, кто достаточно небрежно проверяет источники поступающего капитала (страны Южной Америки, к примеру). И третья, наиболее многочисленная группа, куда входят Казахстан и Россия – страны, в которых наблюдается недостаточно строгий и эффективный финансовый контроль, но которые предпринимают попытки поставить законодательным путем преграды на пути легализации денежных средств, имеющие на практике из-за ряда причин довольно незначительный эффект.

FATF уже давно требует, чтобы Казахстан обратил более пристальное внимание на борьбу с теневыми доходами. Круговорот нефтедолларов, любовь казахстанских бизнесменов к офшорам, практически непрозрачная информация о состоянии того или иного предпринимателя не могут не служить причиной подобных опасений. Легализация капиталов, которую Астана провела в 2001 году, по большому счету, закончилась неудачей – 500 млн выведенных в свет долларов – слишком небольшая сумма, учитывая, что теневой оборот оценивается в триллионы.

Законопроект, предусматривающий создание в стране финансовой разведки, спорный по многим параметрам. Цель действительно благая, но вызывает сомнения, что с принятием закона в существующем виде она будет достигнута. Наибольшие споры вызывает то, что этот институт, который будет наделен широкими финансово-запретительными полномочиями, войдет в структуру Генеральной прокуратуры. В связи с чем может возникнуть правовая коллизия – бизнесмены, уличенные в отмывании доходов, не смогут обжаловать это обвинение в прокуратуре, как того требует законодательство. Ведь прокуратура, собственно, их и обвиняет. Да, нас будут кормить обещаниями, что финансовая разведка станет полностью самостоятельным подразделением. Но мы-то знаем, что это будет не так.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Риски разделим на всех

ЕАЭС сталкивается с трудностями при попытках гармонизации даже отдельных секторов финансового рынка

Экономика и финансы

Хороший старт, а что на финише?

Рынок онлайн-займов «до зарплаты» становится драйвером развития финансовых технологий. Однако неопределенность намерений регулятора ставит его развитие под вопрос

Казахстанский бизнес

Летная частота

На стагнирующий рынок авиаперевозок выходят новые компании

Тема недели

Под антикоррупционным флагом

С приближением транзита власти отличить антикоррупционную кампанию от столкновения политических группировок становится труднее