Избежать нефтяного проклятия

Казахстан находится накануне масштабного нефтяного бума. У страны есть несколько вариантов того, как использовать эту ситуацию для собственного развития

Избежать нефтяного проклятия

Добыча и экспорт нефти в Казахстане очень быстро растут. Однако настоящий бум ждет республику лишь через пять-десять лет, когда добыча и экспорт нефти могут удвоиться. К 2010 году Казахстан, вполне вероятно, будет экспортировать около 1,8 млн баррелей в сутки, что сделает его одним из ключевых нефтеэкспортеров в мире. Среди нефтяных аналитиков установился консенсус, что в ближайшие пять лет резкого падения цен не предвидится, хотя они и окажутся несколько меньше, чем сегодня из-за инфляции. Но если предположить, что баррель нефти в 2010 году будет стоить около 50 долларов, то Казахстан сможет получать 30–33 млрд долларов лишь от экспорта нефти. Если же цены будут выше, то эта цифра, соответственно, возрастет.

Вопрос в том, что с этими средствами, весьма немаленькими для 15-миллионного населения Казахстана, делать. Нефтяные бумы происходили за последние 150 лет во многих странах и регионах – в США в XIX веке, российском Баку в начале XX, затем в Мексике, Венесуэле, Персидском заливе. Во всех этих странах доходы от экспорта нефти для развития местных экономик использовались по-разному. Два наиболее ярких и относительно недавних примера находятся всего в нескольких часах лета от Алматы – на Аравийском полуострове. Хотя Саудовская Аравия и Объединенные Арабские Эмираты и граничат друг с другом и обе изначально были построены на нефти и нефтедолларах, в них сложились совершенно разные экономики.

Зарыть деньги в пустыне

В Саудовской Аравии резкий рост доходов от нефтеэкспорта обеспечивался не столько ростом добычи (как происходит в Казахстане), сколько резким ростом цен: с 1973 по 1980 годы доходы правительства от экспорта нефти выросли с 4,3 млрд долларов до 101,8 млрд (в текущих ценах).

Тогда же мнения саудовской элиты о том, что с этими доходами делать, разошлись. Небольшое число технократов настаивало на том, чтобы средства тратились на экономическую трансформацию – создание конкурентоспособной промышленности, диверсификацию, развитие образования и местного рынка труда. Королевская семья и религиозные лидеры не хотели радикальной экономической и, как следствие, социальной трансформации. Поэтому они предпочитали развивать социальную и транспортную инфраструктуру, а также вкладывать деньги в активы за рубежом – недвижимость, ценные бумаги, золото. К середине 80-х суммарные затраты на строительство аэропортов, больниц, школ, дорог и портов в Саудовской Аравии составили 500 млрд долл в текущих ценах. Причем после многих десятилетий финансовых проблем большинство инфраструктурных объектов строились на широкую ногу. Например, аэропорты в Эр-Рияде и в Джидде оказались самыми дорогими аэропортами своего времени – на них было затрачено 3,2 млрд и 5 млрд долларов соответственно. Они оказались настоящими памятниками архитектуры, к слову, довольно непрактичными.

Саудовские инвестиции в активы за рубежом – от сетей дорогих гостиниц до американских финансовых институтов (например, крупной доли в банке Citirgoup) – с 70-х годов составили, по разным оценкам, от 400 до 600 млрд долларов. Большая их часть (около 80%) пришлась на Соединенные Штаты, с которыми Эр-Рияд поддерживал тесные политические контакты. В США саудовцы инвестировали как в частный сектор, так и в государственный – в определенные периоды Саудовская Аравия была крупнейшим покупателем американских долгосрочных облигаций. Остальная часть зарубежных инвестиций пришлась в основном на западноевропейские страны.

Кроме того, в Саудовской Аравии создали программу социальных субсидий. Правительство решило напрямую субсидировать стоимость коммунальных услуг, топлива, сельскохозяйственной продукции, социальных услуг (как государственных, так и частных). Целью такой политики было улучшение распределения доходов. Частично этого удалось достичь, однако у субсидий оказался побочный эффект: многие граждане предпочитали получать пособия или работать в малоэффективном госсекторе. Частный сектор за пределами нефтяной отрасли развивался очень медленно, причем основная часть занятых в нем приходилась на гастарбайтеров из Южной и Юго-Восточной Азии, которых в стране более 5 млн человек.

При этом серьезной диверсификации экономики не происходило – сегодня, как и 25–30 лет назад, экономика Саудовской Аравии зависит от нефтяного сектора. На него приходится 80% доходов бюджета, 45 – ВВП и более 90% – экспортных поступлений. Единственными отраслями, которые удалось развить, стали нефтехимия и строительство, – последнее потребовалось для обеспечения нужд быстрорастущего населения (с 1973 по 2005 годы население выросло с 8,5 до 26,4 млн человек). Результатом отсутствия диверсификации на фоне быстрого роста населения стало резкое падение доходов – с 25 тыс. долларов ВВП на душу населения в 1980 году до 7 тыс. в 1999 году. С тех пор благодаря росту цен на нефть и самой добыче душевой ВВП вновь стал расти – в 2005 году он достиг 9 тыс. долларов. Благодаря громадному притоку нефтедолларов (162 млрд в 2006 году) Саудовская Аравия наконец-то опять может сокращать госдолг (в 2001 году он составил 100% ВВП) и вкладывать в инфраструктуру. Однако Эр-Рияд по-прежнему делает ставку на довольно закрытую экономическую систему, из-за чего секторы за пределами нефти, нефтепереработки и нефтехимии развиваются очень медленно.

Открытость через диверсификацию

Объединенные Арабские Эмираты так же, как и остальные нефтеэкспортеры 70-х годов, пережили нефтяной бум, связанный с ростом цен на нефть и притоком миллиардов нефтедолларов. Однако эти средства расходовались на другие цели, поэтому результаты были достигнуты совсем иные.

В отличие от унитарной Саудовской Аравии, ОАЭ являются федерацией семи эмиратов, каждый из которых управляется автономно. 94% нефти страны находится на территории лишь одного – Абу-Даби. Остальная часть нефти поделена между эмиратами Дубай, Шарджа и Рас аль-Хайма – относительно небольшими игроками.

К 2010 году Казахстан, вполне вероятно, будет экспортировать около 1,8 млн баррелей в сутки, что сделает его одним из ключевых нефтеэкспортеров в мире

Эмир Дубая шейх Рашид еще в 80-е годы понял, что небольших запасов нефти надолго не хватит. Поэтому доходы от нефтеэкспорта вкладывались не в субсидии или скупку недвижимости за рубежом, а в развитие экономически важной инфраструктуры в самом Дубае. Здесь был построен крупнейший в регионе торговый порт Джебель-Али, а с начала 80-х Дубай стал превращаться в региональный центр информационных технологий и финансов. Правительство эмирата создало ультрасовременный Международный финансовый центр (Dubai International Financial Centre) и максимально либерализовало экономику, привлекая иностранных инвесторов. Либерализация касалась всего – торговли, финансов, недвижимости. В результате Дубай стал финансовым центром для всего Ближнего Востока – в последние годы международные инвестбанки стали активно переводить финансовые операции по этому региону из своих офисов в Лондоне в отделения в Дубае.

Кроме финансового центра, имеющего статус свободной экономической зоны, уже в 90-е годы были созданы аналогичные центры Dubai Internet City и Dubai Media City, которые привлекли инвестиции крупных информационных и коммуникационных компаний – EMC, Oracle, Microsoft, IBM, CNN, Reuters и т.д.

Одним из важных секторов экономики стало развитие недвижимости и туризма. Дубай разрешил иностранцам покупать землю и дома в полную собственность, а не на правах долгосрочной аренды. В сочетании с теплым климатом и приморским статусом это привело к буму строительства, в особенности на побережье. Компании Emaar Properties и Nakheel инвестировали десятки миллиардов долларов в реализацию строительных проектов, наиболее известными стали искусственные острова Jumeirah Palm, Jebel Ali Palm, World Archipelago и Dubai Waterfrant. Строительство этих проектов будет завершено в 2008–2009 году, когда они будут центрами дорогих поселений, где будут жить преимущественно иностранцы. Уже сейчас в Дубае живет около 100 тыс. граждан стран Евросоюза, которых в эмират привлекли его открытость, быстрые темпы роста и широкий спектр карьерных возможностей – в финансах, информационных технологиях и туризме. Последний растет с каждым годом на 10–15%. В 2005 году Дубай посетили 6,2 млн туристов (почти в 6 раз больше населения страны). Благодаря этому сектор туризма получил 3,5 млрд долларов доходов. К 2010 году власти Дубая ожидают, что страну посетят 15 млн туристов. Поэтому в туристическом секторе также наблюдается строительный бум – число гостиничных номеров должно вырасти с нынешних 29 тыс. до 44 тыс. в 2010 году.

Приданию Дубаю статуса финансового и туристического центра помогло развитие транспортной инфраструктуры – в 80-е годы был построен международный аэропорт Дубая, в нем с 1985 года базируется государственная компания Emirates. Она поставила своей задачей превращение Дубая в транзитный аэропорт для пассажиров из Европы в страны Азии и Австралию, с чем прекрасно справилась. Развитие авиации будет происходить и дальше – в феврале 2006 года власти Дубая объявили о том, что в ближайшие десять лет инвестируют 15 млрд долларов в создание авиатранспортного центра, который будет заниматься техническим обслуживанием и лизингом самолетов, а в перспективе – даже их производством. К 2015 году в Дубае в авиационном секторе будут заняты 30 тыс. человек. Ежегодно 8 тыс. студентов будут выходить из стен специального университета, обслуживающего потребности авиации. Расположен он будет рядом с новым международным аэропортом Джебель-Али, который станет главным транзитным аэропортом на Ближнем Востоке. Как надеются в Дубае, авиационный центр станет обслуживать не только местную компанию Emirates, но и авиакомпании соседних стран. В последние годы около 50% всех мировых заказов на новые самолеты пришлось на ближневосточные авиакомпании, которые до 2020 года собираются удвоить свой воздушный флот.

Даже богатый нефтью эмират Абу-Даби собрался пойти по стопам Дубая. Доходы от экспорта нефти Абу-Даби аккумулировались в специальном инвестиционном фонде (Abu Dhabi Investment Authority), в котором в настоящее время находится 250 млрд долларов, – это крупнейший инвестиционный фонд в арабском мире. Как заявил в марте 2006 года Саид аль-Хаджери, директор фонда, часть этих средств будет использована для модернизации инфраструктуры эмирата по дубайской модели. А также на инвестиции в быстрорастущие развивающиеся страны.

«Открытая экономика и ставка на коммерчески успешные, а не грандиозные, но малоэффективные проекты – это то, что отличает ОАЭ (и прежде всего Дубай) от соседней Саудовской Аравии. Опыт ОАЭ, где была построена довольно динамичная экономика, где удалось развить не только нефтяной сектор, но и другие отрасли, ранее совершенно нетипичные для Ближнего Востока, имеет смысл перенимать и другим нефтедобывающим странам, которые хотят перейти к развитию других отраслей», – рассказала «Эксперту Казахстан» Ранда Алами, экономист Оксфордского института международных отношений.

Колею выбираем сами

Сложившаяся структура промышленного производства Казахстана характеризуется значительным перекосом в сторону добывающего сектора, особенно нефтегазовой промышленности. Однако это не способствовало развитию перерабатывающей промышленности, даже нефтегазовой отрасли страны, и тем более не стало фактором индустриального процветания Казахстана. Прямое перераспределение приоритетов в пользу добывающих отраслей промышленности и направление львиной доли инвестиций на создание мощностей для добычи сырья, а также слабая поддержка отечественного производителя готовой продукции ведет к тому, что Казахстан в ближайшее десятилетие столкнется с непреодолимыми сложностями в экономическом развитии и прежде всего с невозможностью подъема реального сектора. Такой однобокий путь развития чрезвычайно опасен своей зависимостью от конъюнктуры мирового рынка.

По мнению иностранных инвесторов, Казахстан должен снизить налоги – в условиях глобальной тенденции к более низким налогам эта мера более чем необходима

Конечно, имеются факторы, не позволяющие быстро изменить стратегию, направленную в настоящее время на экспорт сырой нефти. Подавляющая часть проектов нефтегазового комплекса связана с сырьевым направлением развития, поскольку стремления иностранных инвесторов и партнеров в совместных предприятиях далеко не всегда совпадают с интересами казахстанской стороны (в частности, относительно создания нефтеперерабатывающих и нефтехимических производств). Поэтому в каждом отдельном случае необходимо тщательно взвешивать все за и против, с тем чтобы найти приемлемый механизм увязывания целей национального развития страны со стремлением иностранных компаний к получению прибылей. Наличие в контрактах только пункта «Добыча-продажа» и отсутствие требований комплексного использования сырья (как это делается во многих странах) однозначно ведет к превращению Казахстана в сырьевой придаток тех самых 50 конкурентоспособных стран, в число которых мы так стремимся войти.

Столь разный опыт (Саудовской Аравии и ОАЭ) по использованию для собственной экономической выгоды нефтяного бума явно говорит в пользу открытости экономики и ведущей роли частного сектора. «Нефть не является проклятием, она может оказаться очень большим благом. Все зависит от того, как этим пользоваться», – говорит Боб Гринер, эксперт британского Агентства торговли и промышленности (UKTI). Казахстан может использовать позитивные примеры Великобритании, США, Норвегии и ОАЭ, где развитие нефтяного сектора позволило повысить доходы и диверсифицировать экономику, создав возможности для быстрого роста в других секторах. По мнению главы представительства ЕБРР в Казахстане Андре Куусвека, среди ближневосточных нефтеэкспортеров опыт ОАЭ является весьма полезным для республики. Впрочем, ценен и опыт соседней Саудовской Аравии – «это то, что не нужно делать».

Чтобы повторить опыт Дубая, Казахстану стоит выполнить все те шаги, на которые пошел Дубай еще 20–25 лет назад. Они заключаются, во-первых, в открытии экономики, причем не только для крупных инвесторов, но и для мелких, которые готовы работать на нишевых проектах – от нефтедобычи (многие мелкие месторождения неинтересны для крупнейших компаний) до строительства, недвижимости, финансов, телекоммуникаций. Конкуренция повышает эффективность экономики в целом, а участие глобальных игроков – конкурентоспособность в мировом масштабе. Во-вторых, «правительство Казахстана должно принять долгосрочную стратегию развития, а не пытаться мыслить короткими промежутками времени», – полагает Дафни Тер-Сакарян, старший экономист лондонского центра EIU.

По мнению иностранных инвесторов, Казахстан должен снизить налоги – в условиях глобальной тенденции к более низким налогам эта мера более чем необходима. Следующим шагом станет перераспределение нефтяных доходов в другие секторы – но не через госбюджет (как в Саудовской Аравии), а через финансовую систему на рыночных, конкурентных принципах (как в Дубае). И последним шагом станет привлечение иностранных инвестиций не только в нефть, газ и металлургию, но в другие секторы с более высокой долей добавленной стоимости.

Для разумного использования доходов от добычи нефти целесообразно разработать план государственного инвестирования и часть нефтедолларов тратить на проекты по развитию других отраслей народного хозяйства, в частности:

•  инфраструктуры (автомобильного, железнодорожного, трубопроводного транспорта), сельского хозяйства, наукоемких экспортных производств и т.п.;

•  образование и здравоохранение, соответствующие мировому уровню;

•  улучшение экологической и демографической ситуаций.

Безусловно, субсидировать отстающие секторы экономики следует с осторожностью, чтобы не посадить их на дотации (как это произошло, к примеру, с сельским хозяйством Советского Союза). Кроме того, доход от продажи сырья, поступающий в общество, контролируется очень узким кругом людей, что вызывает резкую социальную поляризацию. Этому может препятствовать только политика открытости расходования этих средств. И здесь Казахстану не нужно изобретать велосипед: ошибки других стран в осуществлении нефтяных проектов должны послужить ему очень полезными уроками. Если изъятие природной ренты будет направлено на развитие высокотехнологичных производств, то экономика действительно будет продвигаться вперед, причем за счет повышения именно национальной конкурентоспособности и стимулирования нового качества роста.

Статьи по теме:
Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?