Как раскачивать дырявую лодку

Эффективность ответных мер государства по обеспечению госбезопасности, когда обстановка целенаправленно дестабилизируется извне, оставляет желать лучшего

Как раскачивать дырявую лодку

Владимира Козлова, руководителя оргкомитета незарегистрированной партии «Алга!», межрайонный специализированный суд по уголовным делам Мангистауской области приговорил в начале октября к семи с половиной годам лишения свободы за покушение на конституционный строй и создание преступной группировки. Учитывая, что уже осуждены два экс-акима Жанаозена, три бывших топ-менеджера компании «Разведка Добыча “Казмунайгаз”», генеральный директор компании «Мунай-Экология» и, разумеется, непосредственные зачинщики, череда процессов, связанных прямо или косвенно с беспорядками 16 декабря 2011 года, практически завершена. Осудить осталось только первого замакима Мангистауской области Айткулова – на этом вопрос будет закрыт. Но в корень зреть, кажется, так никто и не пожелал.

Без горизонта

Корреспонденты «Эксперта Казахстан» побывали в 2011 году в Жанаозене дважды. Один раз весной и второй раз — в середине лета. За три месяца, которые разделяли эти командировки, ситуация радикально не изменилась. Больше того, она радикально не изменилась, как мы поняли, и по сравнению с 2010-м, и с 2009 годом. Весной 2011 года руководящий состав РД КМГ говорил о происходившей забастовке как о какой-то хронической болезни, которая приходит каждый год, как только на улице устанавливается более или менее теплая погода. Причем имя Мухтара Аблязова как организатора мелькало постоянно. Атмосфера была крайне нервозная, но предположить, что дойдет до кровопролития, тогда никто не мог.

В нашем репортаже (см. статью «Стачка больше, чем жизнь» в «Эксперте Казахстан» № 28–29 от 18 июля 2011 года) мы показали, как нам кажется, довольно убедительно, что требования бастующих были совершенно бессмысленны. Речь, прежде всего, шла о моментальном повышении оклада в три раза при среднем ежемесячном заработке около 250 тысяч тенге. Забастовщики были искренне убеждены в своей правоте.

Как показало время, для некоторых из бастующих стачка оказалась действительно чем-то большим, чем их жизни, которые они потеряли. Хотя когда мы ставили этот заголовок, мы лишь имели в виду, что люди готовы тратить дни напролет на забастовку, вместо того, чтобы просто жить.

Небольшая группа молодых людей спровоцировала полицию на применение оружия. И полиция повела в этой ситуации себя предельно непрофессионально. Офицеры и рядовые не научены, как действовать в подобных случиях. Никто об этом никогда, как оказалось, не задумывался. И уж тем более не проводил отбор в полицию, исходя из психической устойчивости кандидатов.

Как в пустыне

В действительности проблема Жанаозена была — и остается, потому что она никуда, несмотря на вынесение приговоров, не делась — в полном отсутствии перспектив у этого населенного пункта. Город находится в пустыне. Единственная работа здесь, которая кормит опосредованно и немногочисленный малый бизнес, — это добыча нефти. Однако эта нефть на промыслах Узеня заканчивается. КМГ утверждает, что можно провести разведку на других участках поблизости — просто это пока экономически нецелесообразно. Но, в любом случае, и на этих новых месторождениях нефть не бесконечна и ее там не много. Акимат же позволял бесконечно селиться в городе оралманам, которые были убеждены, что черная жидкость — это национальное достояние — прокормит всех, осчастливит каждого, кто придет на эту землю. А ведь на одного работающего жителя района приходилось пять-семь иждивенцев. Небольшой проблеск надежды — это железная дорога на Иран, которая проложена недавно. Но в любом случае для станции, пусть и большой, население в 122 тысячи человек совершенно избыточно.

Вот это — базовая причина, по которой РД КМГ отказывалась строить в городе объекты социальной инфраструктуры: скоро он просто перестанет быть нужен как компании, так и жителям. Вместе с тем властями разных уровней на компанию, насколько нам известно, постоянно оказывалось давление, говорилось о «социальной ответственности». Кончалось тем, что РД КМГ все-таки выделяла огромные деньги, передавая их в акиматовские фонды, но куда они девались потом — оставалось большой загадкой. Которая становилась еще более неразрешимой, если учесть, что местные чиновники были почти сплошь выходцами из нацкомпании, да и некоторые областные тоже.

На самом деле Жанаозен должен был оставаться просто очень большим вахтовым поселком, куда люди приезжают самое долгое на две недели. Как это и было в 70-е годы прошлого века. Тогда отсутствие инфраструктуры не давило бы так на психику работников.

Итак, средства выделялись. Об этом постоянно сообщалось в корпоративных изданиях, сюжетах, с трибун. Но ничего не менялось. Люди чувствовали себя неудовлетворенными и обманутыми. И почему-то, совершенно в духе современного общества, приходили к выводу, что их утешит лишь в три раза большая зарплата. Которую компания просто не могла себе позволить платить.

Страшно далеки от народа

Описанные проблемы в Жанаозене появились не в 2011 году. Они достаточно ярко проявились уже в середине двухтысячных, и год от года только усугублялись. Нурсултан Назарбаев в одном из своих интервью заявил, что, по его мнению, в Жанаозене имел место обычный спор между работниками и работодателями, которым воспользовались люди, преследовавшие свои преступные цели. Но это не был рядовой трудовой конфликт, иначе он не вспыхивал бы каждую весну. Главным виновником ситуации была исполнительная власть — от низа до самого верха, которая изо дня в день, из месяца в месяц, из года в год игнорировала имеющуюся болезнь.

Вот что говорит директор Центра актуальных исследований «Альтернатива» Андрей Чеботарев: «На мой взгляд, уровень мотивации работы подавляющего большинства чиновников интересами личного благосостояния растет все больше и больше. В результате это приводит не только к росту коррупции в госаппарате, но и, во-первых, к снижению исполнительской дисциплины и проявлению формального подхода данных лиц к выполнению своих служебных обязанностей и распоряжений вышестоящего руководства. А во-вторых, к высокой степени дистанцированности различных государственных органов и их должностных лиц от общества и его проблем, что особенно заметно на местном уровне. В совокупности все это способствует дезорганизации и дисфункции системы государственной власти и управления, не позволяя ей контролировать ситуацию и адекватно реагировать на всевозможные вызовы и угрозы стабильному развитию республики. Проявление в течение последних двух лет соответствующих угроз, небывалых ранее, наглядное тому подтверждение».

Осужденные местные акимы, может быть, и виноваты, но ритуальные жертвоприношения в их лице вряд ли изменят положение вещей. Причем речь идет не только о Жанаозене. Очнувшись, власть срочно приняла программу развития моногородов. И, может быть, в самых «горячих точках» удастся загасить пламя гнева. Но вопрос состоит в том, позволит ли это сделать уровень чиновников, которые будут заниматься «расшиванием узких мест», потому как степень их профессионализма крайне низка. А типичная причина, по которой они стали госслужащими, описана г-ном Чеботаревым выше. Система уязвима в целом, поскольку она неправильно устроена. Не стоит забывать, что и в Жанаозене местные кадры также «принимали меры», составляли отчеты о проделанной работе, но это не дало эффекта.

Проигранная война

Следует сказать, что значительная часть казахстанцев, никогда не бывавших в Жанаозене, представляет себе произошедшее там совершенно иначе, чем оно было на самом деле. Возможно, этому способствуют некие паттерны, заложенные еще советской среднеобразовательной школой. У всех всплывают ассоциации с революцией 1905 года, расстрелом мирных рабочих, попом Гапоном. В обществе возросла нервозность. Все в чем-то недовольные властью примерили на себя такой сценарий: когда они выступают с какими-то требованиями, а против них применяют оружие.

Как государство отреагировало на это? Довольно топорной работой: фильмами на подконтрольных телеканалах, в которых передергиваются многие факты. Фильмы к тому же озвучены закадровым голосом, подражающим типичным тревожным интонациям сюжетов российского НТВ. В них рассказывается, в частности, что Козлов владел несчетным количеством квартир по всей стране — так через нелюбовь к богатству как таковому у населения пытаются вызвать отвращение к политику. Хотя понятно, что поскольку партия не была зарегистрирована, то Козлов не мог покупать или арендовать офисы на нее и оформлял помещения на себя и соратников.

«В условиях современных информационно-коммуникационных технологий (Интернет, социальные сети, спутниковое ТВ и т.д.) любое государство не способно держать под абсолютным контролем свое информационное пространство, — рассуждает г-н Чеботарев. — В Казахстане же легально действуют альтернативные источники информации. Еще более важно то, что значительная часть граждан прекрасно осознает существующую реальность. Поэтому убедить их в том, что все в Казахстане прекрасно и стабильно, как это подают, например, телеканал “Хабар” и газета “Казахстанская правда”, практически невозможно. Наконец, своим откровенным молчанием или неадекватным реагированием в отношении различных критических ситуаций, политических скандалов и т.п. государство в лице соответствующих должностных лиц само создает недоверие к себе и представляющим его СМИ».

В случае с Владимиром Козловым используемые инструменты вызвали, скорее, обратный ожидавшемуся эффект. Говорить в фильмах нужно было о сути обвинения. Козлов с однопартийцами обвинен в разжигании социальной розни. И, пожалуй, в этом с прокурорами можно согласиться: «Алга!» действительно этим занималась.

На суде в Актау, если верить газете «Экспресс К», была предъявлена изъятая на одной из квартир «Алги!» видеозапись, на которой видно, как 15 марта 2010 года Владимир Козлов в Жанаозене встретился с забастовщиками и, в частности, сказал: «Я здесь представляю Аблязова, мы с ним разговаривали перед тем, как сюда приехать. Он сказал, что нужны будут очень хорошие юристы, экономисты, политики… “Республика” — это тоже наша… Я Владимир Козлов, мы работали с Аблязовым еще на МАЭКе в своё время. Я актауский. Я 40 лет в Актау прожил, а потом, когда ДВК организовали, я поехал в Алма-Ату помогать…» И это при том, что Козлов первоначально отрицал, что партия финансировалась беглым банкиром. Почему лидер партии лгал — вот на чем нужно было концентрироваться.

[inc pk='1096' service='media']

Также была обнародована «прослушка» главного фигуранта. 30 апреля 2010 года Аблязов сказал, что «не позже чем до конца следующего года власть должна упасть», и поручает «Алге!», которую он спонсирует, находить слабые места: нефтяники, шахтеры, ипотечники. Аблязов, в частности, поделился ощущениями: «Я считаю, что пришло время эту власть свалить». 10 октября уже 2011 года Козлов отчитывает какого-то собеседника: «Вы должны как-то шевелиться, чтобы своих поддергивать. Потому что просто так лежать на площади — это всех устраивает. Ну полежите-полежите, снег пойдет — все и кончится. Надо какие-то движения делать». 25 октября 2011 года в разговоре между Владимиром Козловым и Булатом Атабаевым последний сообщает Козлову о том, что в Жанаозене «будет буча», что в городе есть большая группа, в которую вошли «головорезы», которые «ждут и готовы на жертвы». «Они умышленно на это идут. От меня они требовали, чтобы за рубежом он (то есть Аблязов) знал. Я ему сказал. Он ответил, что если это настолько серьезно, то поддержка будет. Пока они держат это в тайне, называют это “той”. Понимаешь, Володя, это кровь прольется», — информирует Атабаев. «Я понимаю. Но тогда мы попадаем просто под уголовное наказание», — засомневался Владимир Козлов. В дальнейшем руководитель партии окончательно склоняется к тому, что терроризм — это лучший выход, когда законным путем ничего добиться невозможно. И даже раздумывает над тем, не купить ли «головорезам» оружие.

Если приведенная информация достоверна, то видно, что Козлов со товарищи не был инициатором беспорядков. Однако в итоге подыграл горячим головам, которые нашлись среди забастовщиков. Переход от слов к делу, которого он так жаждал, для него, однако, обернулся семилетним сроком.

Партия, но несуществующая

Для государства было бы намного выгоднее, если бы г-н Козлов никогда от слов к действиям не переходил, а лучше стал бы парламентарием — и вещал с трибуны мажилиса о кровавом режиме. На самом деле то, за что его осудили, то есть призывы к свержению действующей власти, он делал все последние годы и радостное предвкушение саморазрушения государства демонстрировал не единожды. Связанная с «Алгой!» через спонсора Мухтара Аблязова газета «Республика» (или «Голос Республики») также постоянно высказывалась весьма радикально. Тем не менее «Республику» до поры никто особо не трогал — постоянные гонения, которым подвергалась редакция, никогда не заканчивались ликвидацией издания. Это СМИ воспринималось как, во-первых, пример оппозиционного медиа, который можно показывать Западу, когда звучит вопрос «А что у вас со свободой слова?», во-вторых, определенные круги считали, что через «Республику» можно доносить до высшего эшелона информацию о тех проблемах, которые иначе никогда не станут ему известны.

Козлов при этом практически бравировал тем, что партии не удалось получить регистрацию. В сознании людей названием организации было следующее: «Незарегистрированная партия “Алга!”» Невозможность ею получить даже регистрацию лишний раз демонстрировала неадекватность властей.

В нормальном государстве незарегистрированная партия не может существовать столь долго, не подвергаясь преследованию. Партия должна быть либо оформлена по всем правилам, либо ей должно быть отказано в регистрации на основании того, что она не соответствует действующему законодательству: является экстремистской, пропагандирует идеи национал-социалистов и т.д.

«Судебный процесс по делу Козлова, Аминова и Сапаргали лишний раз демонстрирует несовершенство системы взаимоотношений между властью и оппозицией и отсутствие полноценного диалога между ними, — рассуждает Андрей Чеботарев. — Властям, на мой взгляд, следовало зарегистрировать народную партию “Алга!”, чтобы затем контролировать ее деятельность, в том числе и финансовую, используя механизмы законодательства о политических партиях. А запретами и давлением они сами поставили эту организацию и ее активистов, можно сказать, в полуподпольные условия».

Нелепым выглядит наказание для двух сподвижников Владимира Козлова. Серик Сапаргали приговорен к четырем годам лишения свободы, Акжанат Аминов — к пяти годам. И оба условно! Похоже, это — подобие американской системы, когда преступников освобождают от ответственности, если они дают достаточно разоблачающих показаний против своих боссов. В отечественном законодательстве такого рода торг считается неуместным, но наши правоохранители, кажется, нашли вариант, как можно это недоразумение обойти.

Голый король

Условные сроки косвенно свидетельствуют о том, что «Алга!» не является действительно сильной партией, в которой людей объединяет наличие общих идей. К сожалению, наша оппозиция окончательно деградировала. Из старых лидеров ДВК в политике, кажется, не осталось никого. Претендующий на власть, но находящийся при этом неизвестно где Мухтар Аблязов строит всю свою политику на обвинениях в адрес действующего президента и его окружения, не предлагая ничего взамен. И отсюда можно понять, что единственной его целью является захват власти. Ничего более. Идейные же оппоненты, у которых были какие-то предложения, по тем или иным причинам перестали заниматься политикой. Между тем не один только Аблязов готов идти на жертвы среди населения, чтобы получить желаемое. В стране усиливаются радикальные исламисты. Возможны варианты целенаправленной дестабилизации, спонсируемой иностранными спецслужбами.

Наше государство же последнее время показывает, что оно не способно нормально купировать очаги недовольства. И уж тем более выявлять источники угроз для своей безопасности, быть эффективным, удовлетворять граждан. Отчасти и потому, что в конечном счете нередко источником проблем является оно само, как это было в Жанаозене.

В подготовке материала принял участие Сергей Домнин

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности