Барбара Брокколи: «Если бы у отца была пиццерия, я делала бы пиццу»

Потомственный продюсер бондианы рассказала «Эксперту» об исполнителях главных ролей, политике и Сэме Мендесе.

Барбара Брокколи
Барбара Брокколи

— Понятно, что у каждого поклонника бондианы свои отношения с главным героем. Когда я был подростком, моим любимым Бондом был Тимоти Далтон — романтический герой, бунтарь без причины. Теперь я больше склоняюсь к классике — Шону Коннери, Роджеру Муру. На какую аудиторию, по-вашему, рассчитан Дэниел Крейг?

— Выбор каждого нового Бонда всегда давался нелегко. К тому же наступил двадцать первый век, и образ героя просто обязан был измениться. Я посчитала, что герой нашего времени не только силен физически, умен, в нем должна быть уязвимость, психологическая достоверность — то, что называется человечностью. Крейг — очень разноплановый актер, мне нравились фильмы и спектакли с его участием, в его героях всегда чувствуется внутренняя жизнь. Я поняла, что он может погрузиться в подсознание и чувства Бонда.

— Такие заигрывания с психологией сейчас часто случаются с героями прошлого — хоть с Бэтменом, хоть со Спайдерменом. Куда подевалась крутизна как таковая, без человечности и прочей ерунды?

— Таковы сегодняшние потребности людей. Мир стал меньше. Мы все время на связи с другими. Любое действие вызывает волны по всему миру. Люди хотят быть более терпимыми и осторожными, понимать, какое влияние они оказывают на человечество в целом. Человечность двадцать первому веку нужна. У новых героев должны быть четкие этические ориентиры.

— Почти все фильмы про Бонда так или иначе связаны с политической повесткой дня. Новый фильм не исключение?

— Это все-таки приключенческие картины с большой долей выдумки. Но каждая серия бондианы много говорит о времени, в которое снята. Новый фильм посвящен кибертерроризму, возможностям компьютера. Думаю, зрители будущего поймут, какие вопросы нас волновали.

— Как Сэм Мендес, известный в основном авторским кино, стал режиссером нового Бонда?

— Дэниел Крейг работал с ним раньше. Как-то раз Дэниел позвонил нам с Майклом — Уилсоном, сопродюсером бондианы — и радостно заявил: «Я вчера тусовался с Сэмом и спросил у него, не хочет ли он режиссировать Бонда. Он согласился! Что думаете?» И я сказала: «Боже, он отличный режиссер!» Нам и в голову не пришло бы, что Мендес любит бондиану. Мы встретились, и он сразу сказал: «Конечно, давайте сделаем это».

— Работать с ним было тяжело?

— Нет. Сэм стал фанатом Бонда в двенадцать лет, посмотрев «Живи и дай умереть». Он старался сделать картину так, чтобы она понравилась его «внутреннему ребенку». Больше действия, больше взрывов! И так случается с каждым: кто бы ни снимал Бонда, в конце концов он снимает для себя, только двенадцатилетнего.

— Хорошо, режиссеры впадают в детство, но Бонду-то уже пятьдесят. Как будете праздновать?

— Пятого октября мы провели аукцион меморабилии, связанной с Бондом. Собранные средства пойдут на благотворительность. В Голливуде запланирован большой концерт, посвященный музыке из бондианы. Ну и по всему миру пройдут мероприятия, организованные для фанатов агента 007 или самими фанатами.

— В основу сценариев большинства фильмов в той или иной степени положены тексты «отца» Бонда Яна Флеминга. Не думали ли вы экранизировать романы, написанные его продолжателями? Там много известных имен — Кингсли Эмис, Джон Гарднер…

— Для нас важно сохранять атмосферу книг Флеминга. Хотя большинство из них уже превращено в фильмы, мы стараемся сочинять истории, как можно больше похожие на то, что написал бы Флеминг сегодня. У нас есть права на остальные книги. Возможно, мы когда-нибудь и их снимем.

— Лет через двадцать?

— Через двадцать лет я буду очень старая, может, мои дети возьмутся за это.

— То есть династия, идущая от вашего отца, продолжится? Вам, кстати, не надоело?

— Я всегда говорила, что если бы у отца была пиццерия, я делала бы пиццу. Он очень любил бондиану, страстно, и эта страсть была заразительна. Расти в столь увлекательном окружении — бесценный опыт.

— Значит, вам-то уж точно всегда двенадцать лет.

— Верно! Но взрослой тоже приходится быть. Когда вместо одного вертолета режиссер хочет взорвать сто, я говорю: «Нет! Одного достаточно!»

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Риски разделим на всех

ЕАЭС сталкивается с трудностями при попытках гармонизации даже отдельных секторов финансового рынка

Экономика и финансы

Хороший старт, а что на финише?

Рынок онлайн-займов «до зарплаты» становится драйвером развития финансовых технологий. Однако неопределенность намерений регулятора ставит его развитие под вопрос

Казахстанский бизнес

Летная частота

На стагнирующий рынок авиаперевозок выходят новые компании

Тема недели

Под антикоррупционным флагом

С приближением транзита власти отличить антикоррупционную кампанию от столкновения политических группировок становится труднее