Стратегия и тактики Ивана Сауэра

Стать преуспевающим хозяйство может лишь при абсолютном балансе развития производственной и социальной сфер, считает глава одного из самых успешных агроформирований Акмолинской области ТОО «Родина» Иван Сауэр

Стратегия и тактики Ивана Сауэра

Молоко «Родина» считается самым вкусным в столице, и в магазинах нарасхват. Молочные продукты, мясо поставляются к столу VIP-персон благодаря их высокому качеству, которое неоднократно подтверждалось результатами самых строгих анализов. Ивана Сауэра называют одним из лучших аграриев в стране. За 19 лет, в течение которых он возглавляет «Родину», – сначала совхоз, затем производственный кооператив, теперь ТОО, производство молока выросло в 4 раза, мяса в 1,5 раза, зерна в 2,2 раза, при отличном качестве. Сегодня «Родина» производит 70% молока и 60% мяса в Целиноградском районе. К сожалению, бывшие флагманы сельхозпроизводства не только по районным, но и по республиканским меркам, такие как «Красный Флаг», «Рассвет», «Красноярский», «Новоишимский», разорились либо с трудом сводят концы с концами.

Правда, по словам Ивана Сауэра, если бы во главе этих некогда передовых хозяйств остались прежние руководители, то они «не дали бы обойти их на вираже». Однако подобное утверждение – скорее всего дань уважения бывшим учителям и наставникам. Поскольку не все «красные директора», которые по сегодняшний день возглавляют сельхозпредприятия, смогли продолжать хозяйствовать на прежнем уровне, многие сократили социалистическую масштабность до управляемых размеров в условиях рыночной экономики. Да и роль личности в бизнесе, тем более в сельскохозяйственном, сегодня выходит на первый план. Никакие технологии менеджмента не заменят природной мудрости, интуиции, умения лавировать, убеждать, руководить. Иван Сауэр считает, что «сельхозпредприятие – это государство, в котором все должно быть увязано: и производственная и социальная сферы». Имеющиеся в «Родине» почти коммунистические социальные блага были бы невозможны без успешного развития бизнеса, и сегодняшний рост производства невозможен был бы без устойчивой социальной платформы.

Неистребимая любовь к молоку

Несмотря на то что 80% прибыли хозяйство получает от продажи зерна, визитной карточкой «Родины» на протяжении более десятка лет считается молоко. Изображения коров, телят доминируют на буклетах, фирменных календарях, компьютерных заставках, в материалах СМИ. Практически любой родинец назовет средний размер надоев за прошлый год.

Животноводческие базы – чистые, словно вчера побеленные, с кокетливой отделкой, одни с зелеными воротами и трубами, другие – с синими. Телята веселые, толстые и любопытные, гостей с фотовспышками не боятся, с удовольствием позируют. Несколько портят пастораль большие белые номера на спинах животных. Но, как оказалось, это – знак включенности в программу «Гавиш», разработанную в Израиле, по увеличению продуктивности. Сегодняшние надои – в среднем 4200 литров в год от одной коровы – не предел, а середина пути к израильским 10–12 тыс. литров в год.

К 1998 году в «Родине» почувствовали необходимость кардинальных перемен в животноводстве. Черно-пестрые буренки, завезенные из Эстонии, Белоруссии, как бы много ни ели, все равно молока больше 3500 литров в год дать не могли. На фоне среднерайонных показателей и это было хорошо, однако по сравнению с европейскими, израильскими достижения выглядели более чем скромно. Как раз в то время программа MACHAV (Центр международного сотрудничества при Министерстве иностранных дел Израиля) предлагала свои консалтинговые услуги. Родинцы съездили в Израиль и с удивлением обнаружили, что тамошние коровы знаменитой голштинской породы на первый взгляд не намного крупнее черно-пестрых, однако живой вес их больше почти на 120 кг. Фантастическая продуктивность поразила родинцев, и стали они работать, используя специальную программу по управлению фермой – «Гавиш».

Сначала пронумеровали своих коров жидким азотом, потом стали закупать семя лучших израильских быков-производителей, проводить искусственное осеменение. Родившемуся теленку по всем правилам племенного дела дается имя, номер и заводится страничка в компьютере. В биографии отмечается все – прививки, болезни, особенности развития, продуктивность. В зависимости от производительности коровы дифференцированы по группам. Это нужно для составления рациона кормов – кто больше дает молока, того больше и лучше кормят.

Правда, для этого пришлось пересмотреть советские рецепты приготовления еды для буренок. Оказалось, что традиционный советский силос просто вреден. Нужно убирать кукурузу при влажности 65%, а не 75, то есть не в августе, а в конце сентября – начале октября. Тогда силос получается желтым, аппетитным, с большим количеством протеина, и что самое главное – без вредных веществ. Главный зоотехник Владимир Венцель считает, что, продолжая работать в направлении «75% кровности голштинов», подбора оптимального рациона питания, сроков между отелом и осеменением, вполне вероятно добиться и у нас надоев порядка 10 тыс. литров в год.

Это сейчас «Родина» производит более 3 тыс. тонн качественного и вкусного молока в год от 750 коров с рентабельностью 45%. А в 1987 году, когда ЦК партии утвердил кандидатуру Ивана Сауэра на должность директора совхоза «Родина», и речи не было вообще о каких-то стабильных надоях – коровы болели туберкулезом, бруцеллезом. «Общее состояние дел в хозяйстве, уровень запущенности сейчас трудно описать. Я в базу зашел, там 360 дойных коров стояло, тронул ряд – стойки упали: все сгнило. Доярки вручную ведрами по 40 коров поили», – вспоминает глава «Родины». Первое, что сделал молодой директор, – выломал все старье и поставил новое оборудование: кормушки, стойки, дойку, кормораздатчики, навозоудаление и молокопровод, который по тем временам был техническим чудом.

Пришлось приложить титанические усилия, чтобы переоборудовать ферму. «Тогда денег было навалом, не было оборудования. Чтобы что-то достать, приходилось столько выпрашивать, унижаться… Верите, я сам ездил, воровал цемент? Купить невозможно было – договаривались слева, что-то кому-то платили… Возим, нас арестовывают, продавцы цемента нас выкупают, после чего с теми, кто арестовывал, в знак благодарности за то, что отпустили, водку пьем. У милиции деньги кончаются, через несколько дней нас снова сажают…» – вспоминает Иван Сауэр.

При всех тяжелых испытаниях 90-х годов – неплатежах, инфляции, отключениях электроэнергии – Сауэр никогда не отказывался от молочного производства. Он мог свернуть любое другое направление бизнеса, только не это.

К примеру, в 1989 году «Родина», казалось бы, нашла удачную нишу – выращивание пушных зверей – и стала разводить песцов, чернобурок. Народ стоял в очереди, рентабельность превышала 300%. Все было просто замечательно, но в 1992 году прозвенел первый тревожный звонок – подорожали ветпрепараты, потом стала исчезать наличка, расти цены. Обнаружив уменьшение прибыли, Сауэр решил закрыть производство. Многие тогда удивились столь резкому повороту, но через год, когда другие зверофермы обанкротились, убедились в правильности шага.

Примерно в это же время глава «Родины» принимает другое решение. В 1993 году, когда страну захлестнула экономическая неразбериха, Иван Сауэр купил за 2 млн рублей – огромные деньги по тем временам – оборудование для переработки молока. Также вразрез массовым настроениям действовал Сауэр и в 1996–1997 годах, когда постоянно отключали электричество. Доить, кормить тысячное стадо было практически невозможно. Во многих хозяйствах молочных коров вырезали, продали за копейки. В «Родине» же купили дизель-генераторы, пытаясь сгладить перебои в электроснабжении, мучились, меняя источники энергии, однако продолжали снабжать город молоком и ждали, пока все наладится.

И хотя сегодня «Родина» имеет статус элитно-семеноводческого хозяйства, Сауэр с большим интересом говорит о животноводстве: «В животноводстве, прежде всего, независимо от масштабов хозяйства нужна воля того, кто собрался этим заниматься. И деньги не такие, как в растениеводстве. Если в растениеводстве можно попасть под счастливую волну – посеять, попасть под хорошие погодные условия, продать урожай и получить прибыль, то животноводство – это кропотливый, изнурительный ежедневный труд». Теперь, считает Иван Сауэр, пора строить новый молочный комплекс по последнему слову техники с круглогодичным стойловым содержанием. С увеличением поголовья на это потребуется около 4 млн долларов. Поэтому нужен кредит лет на семь с одним-двумя годами каникул.

А вообще, он убежден, что будущее за кластерами, то есть за сбалансированным производством, замкнутой цепочкой производств, как у него в «Родине». Отходы производства зерна или некачественное зерно идет на корм скоту, для производства мяса, молока, при этом люди заняты независимо от сезона. Полученная прибыль дает возможность налаживать переработку, осваивать новые отрасли, расширять производство.

Зерно, лошади, самолеты

«Сейчас мы хотим засеять 35 тыс. га, а когда-то сеяли на 17 тыс. Почему так произошло? Мы наращивали посевные площади постепенно, по мере того как крепли. После 17 тыс. га засеяли 20 тыс. Посмотрели: нормально все прошло? Нормально, освоили, пошли на 22 тыс. Последние годы мы обновляем технику, берем новейшую, более производительную, а чем занять людей? Я покупаю новую технику и тут же расширяю площади. Рядом стоят прерии бурьяна – земли надо осваивать», – объясняет Иван Сауэр методичное увеличение посевных площадей. Сегодня «Родина» засевает 10% земель района. При этом растет и урожайность зерновых – 14,7 ц/га при среднерайонной 7 ц/га. Рентабельность производства зерна – 30%.

Предпосевную обработку семян в «Родине» не доверяют никому и проводят сами. Для этого используют технологии и материалы всемирно известной немецкой компании Bayer CropScience. По мнению Сауэра, рынок Казахстана наводнен низкопробными китайскими протравителями, гербицидами: «В прошлом году это было не настолько массово. Нынче – волна захлестнула. Если все так и будет продолжаться, через два-три года мы окажемся по культуре земледелия отброшенными на пять-шесть лет назад». Однако многие земледельцы, которые знают, что хорошее дешевым бывает редко, обращаются в «Родину». По словам Ивана Сауэра, в 2005 году в стране каждая десятая тонна протравленных семян была родинской.

– Протравитель – это понятно, а самолеты как появились? – спрашиваю я, увидев накануне близ села небольшой аэродром с несколькими самолетами.

– В свое время мы подумывали о сельхозавиации – примерялись, приценивались. И тут узнали, что обанкротилась карагандинская авиакомпания, вот и купили. Правда, пришлось докупать еще 3 самолета, поскольку для участия в тендерах требуется 12 машин. С летчиками проблем нет – приезжают на сезон из Караганды, Астаны, работают.

– И как, пошел авиабизнес?

– Скажем так, мы – не в пролете. Но для того чтобы этот бизнес развивался, должны быть более крепкие хозяйства, более устойчивые другие предприятия – потребители услуг. Когда дело доходит до расчета – это родовые муки. Потом, многие крестьяне, пытаясь сэкономить, прибегают к использованию газогенераторов. Но это, конечно, неэффективно. Авиация еще не полностью себя проявила. Думаю, придет время – проявит. А пока арендуют у нас самолеты для других целей, например аэрофотосъемки. Бывает, мне нужно облететь, посмотреть, все ли в порядке в дальних углах.

– А кони вам зачем?

– Как зачем? Во-первых, если брать конину как мясо – это бизнес. Нам не надо ехать на базар, продавать: к нам едут, покупают. Мы уже стоим перед проблемой увеличения поголовья. Спрос превышает предложение. Все знают, что мы всегда держим на откорме лошадей. Кроме того, мы все делаем по правилам – здесь своя культура выращивания, забоя. Во-вторых, племенные кони – это просто красиво. А наши дети бесспорные лидеры в регионе во всех конноспортивных соревнованиях.

– Говорят, вы всех специалистов обязали раз в неделю кататься на лошадях?

– Да, обязал… Это же для здоровья полезно – сидим ведь целыми днями то в кабинете, то в машине.

Три года назад в хозяйстве стала работать племферма по выращиванию английской верховой. В этом году впервые родинцы собираются продать 6 породистых жеребят. Всего же получено приплода английской верховой 12 голов. Может, это направление бизнеса станет удачным и получит дальнейшее развитие. Но пока коневодство в целом материальной прибыли не приносит, лишь моральное удовлетворение от спортивных достижений и оздоровления специалистов.

Главное – как продать

В сельскохозяйственном бизнесе, как ни в каком другом, важна проблема сбыта. Отличного качества пшеница и ячмень раскупаются быстро, в том числе и на семена. Молоко и мясо – товар скоропортящийся, ждать не может. Поэтому объемы реализации значительно влияют на объемы производства. Часть говядины у «Родины» покупают магазины и рестораны, часть – крупные производственные столовые, как, например, при столичном заводе железобетонных изделий. Оставшееся мясо берут перекупщики, в среднем по 300–350 тенге за килограмм. Нулевая рентабельность при отсутствии дотаций не стимулирует увеличение поголовья на мясо. По этой же причине в «Родине» не занимаются свиноводством. Каждый год экономисты подсчитывают себестоимость этого вида животноводства, и пока потенциальная прибыль не прельщает. В поисках своей ниши родинцы принялись лепить пельмени. Пока для себя, но с перспективой выхода на столичный рынок. Подумывает Сауэр и о мясных полуфабрикатах в вакуумной упаковке.

В этом году «Родина» стала небольшими пока партиями поставлять на столичный рынок помимо молока, сметану, кефир, творог, йогурт, сыр сулугуни. Однако бренд «Родина» не оказался волшебным и покупатель не кинулся сметать с прилавков качественные продукты. Может, из-за того, что дизайн упаковки молочнокислых продуктов несколько отличается от упаковки молока и потребитель его попросту не видит. Может, причина – сложившиеся стереотипы. «В столичных магазинах сложилась сетка реализации продуктов первой необходимости. Многие покупатели не задумываясь берут привычный набор, например сметану “Деп”, молоко “Родина”, хлеб “Цесна”. Если появляются новые товары, нужно время и усилия, чтобы заставить массового покупателя сменить стереотипы, попробовать всю линейку – от кефира до сыра. Поэтому нам потребуется серьезная рекламная кампания по продвижению наших новых продуктов»,  – говорит главный технолог молочной продукции ТОО «Родина» Дмитрий Цеков.

Рассуждая о капризах потребительского рынка, Иван Сауэр подмечает еще одну особенность: «Основная масса покупателей забыла натуральный вкус простых продуктов. При недостатке сырья – а это характерно и для Казахстана, и для России, и для Киргизии – многие производители молочных продуктов, колбасных изделий используют различные наполнители, вкусовые добавки, ароматизаторы. В зимнее время, кроме родинского молока, почти все остальное порошковое. Но ведь берут! Скажите, где бы на Западе позволили людей кормить порошком? Наши производители завозят его эшелонами. Восстанавливают, делают молоко, кефир, сметану. И конечно, когда сырье дешевое, не выращенное, можно позволить себе какие-то добавки, крутую упаковку. Наш покупатель, независимо от достатка, к сожалению, не вникает в качество продукта».

В «Родине» крайне негативно относятся к использованию сухого молока, для них это символ подделки, фальшивки. Дмитрий Цеков говорит, что если бы они добавляли часть порошка в свое цельное молоко, потребитель ничего бы не заметил, но выгода была бы ощутимая. Однако такое невозможно принципиально. Качество – это тот фетиш, который давно стал смыслом, целью, всем. Это то преимущество, которое, по мнению специалистов, позволит бренду «Родина» занять прочное положение на рынке. «На рынке пока нет конкуренции среди качественных продуктов питания. У нас очень много тем на очереди, которые надо развивать и развивать», – считает Иван Сауэр.

Каждый день родинцы развозят 10 тонн молока по 75 торговым точкам столицы. Самый крупный покупатель – оптовый магазин «Астыкжан», остальные – магазины разного калибра. Соответственно, по-разному строится и работа с партнерами – с кем-то торгуют по предоплате, кому-то дают на реализацию. И если особых проблем с проплатой не возникает, то другая, характерная для большинства столичных магазинов, болезнь не миновала и родинцев: слишком большая торговая надбавка. Вместо рекомендуемых 10–15%, маржа составляет 20–25%. Конечно, было бы легче работать с торговыми сетями, но таковых пока в Астане не имеется. А поэтому родинцы, планируя расширять молочное производство, в первую очередь думают об изготовлении сыров, йогуртов. Благо, и ягоды свои есть. Но это уже совсем другой разговор.

Ваши руки – не для скуки

Примерно восемь лет назад пришлось «Родине» присоединить к себе отделение соседнего совхоза «Новоишимский». Нищее хозяйство не платило за электричество, не чистило дороги, безработное население хулиганило понемногу. Все проблемы приходилось решать родинцам. Поэтому когда аким района стал уговаривать Ивана Сауэра забрать к себе Садовое, он и не слишком сопротивлялся. Изменили статус – из производственного кооператива в ТОО, – построили баню, ФАП, магазин и стали думать, чем бы занять сотни рабочих рук. Довесок был довольно значительным – к своим 1400 жителям добавилось более 400 человек.

Традиционно в Садовом занимались садоводством, откуда и название села. Но к моменту присоединения сад был в крайне запущенном состоянии. Пришлось обновлять, подсаживать яблони, груши, сливы, вишни, благо специалисты в Садовом еще сохранились и с энтузиазмом взялись за дело. Однако просто садом никого сейчас не удивишь, то есть прибыли большой не получишь. Попробовали сажать овощи – картофель, морковь, капусту, свеклу, помидоры, огурцы. Хорошо, но чего-то не хватает. Посадили ягоды, в том числе 2 га клубники и малины. Трудоемкое производство обеспечило работой десятки женщин.

И тут, в очередной раз покупая саженцы тополей, елей и сосен, возникла идея устроить питомник декоративных деревьев. Причем Сауэр был бы не Сауэр, если бы не придумал нечто особенное. С детства сохранилось воспоминание об огромных серебристых тополях, дубах из рукотворного леса вокруг пионерского лагеря «Урожай» в Красном Яру, где сейчас располагается резиденция президента. Закупив желудей, заложили плантацию из 500 дубков, кроме того, в питомнике подрастают пирамидальные и серебристые тополя, ели, сосны. В селе Приозерное – центральной усадьбе ТОО «Родина» – собственными саженцами обсажены ток, ферма, машинный двор, МТМ, 4 кладбища. Осталось и на продажу. На следующий год планируется реализовать около 10 тыс. пирамидального, серебристого тополя. «Если у нас пойдет торговля саженцами, то перекроются все затраты по ягодникам. Сейчас сосну продают по 4700 тенге. Это нереальная цена, потому что нет достаточного предложения. Зимой, на Новый год ту же сосну продают примерно по тысяче тенге, а живую, для посадки, – почти за 5 тыс. тенге. Есть логика? Красная цена – 1,5 тысячи. То есть этот рынок не занят, конкуренции нет. Значит, мы спокойно можем на него заходить», – пояснил Иван Сауэр.

Проекты, начатые лишь для создания рабочих мест, стали приносить прибыль. По поставкам моркови на ТОО «Асыл-Тулик» (госплемстанцию в Кощах) потеснили южан, предложив цену в 1,5 раза меньше, но все равно с лихвой покрывающую затраты. Столичный общепит на ура расхватывает родинские овощи. Клубники и малины в прошлом году собрали 8 тонн – хватило и своим, и горожанам. А рентабельность садоводства достигла 25%. Но у директора зреет новая идея – пора заняться консервированием. Садоводы работают до осени, а с наступлением холодов могут переключаться на засолку овощей. Людям – дополнительный приработок, хозяйству – прибыль. «Консервировать, предлагать в рестораны и создать себе такой же имидж, как тот, что мы создали молоком. Это надо делать, и мы начнем это делать. Да, сейчас в рестораны приносят свои соленья дачники. Но спросите любого директора ресторана, как он переживает за качество продукции. В случае чего как он с этой бабушки что-то спросит? А если это будет сертифицировано, гарантировано, сделано по домашнему рецепту, да они в очереди будут стоять. Я вижу этот рынок, он хорошо просматривается. Но просто до всего руки не доходят. Если бы все успевали за мной, то мы бы давно уже построили коммунизм на отдельно взятой территории», – говорит о новом направлении деятельности Иван Сауэр.

Еще один пример социального проекта, становящегося бизнесом, – пельмени. Столовая села Приозерное обслуживает многолюдные мероприятия, в остальное время пустует. И пять работников столовой большую часть времени работали сторожами, получая в среднем по 12 тыс. тенге в месяц. Для села это неплохо. Однако есть ниши внутреннего потребления, которые можно заполнить и получить дополнительную прибыль. В марте прошлого года работники столовой дополнительно к основной работе (периодически кашеварить, остальное время – охранять) произвели и продали тортов, пирожных, пирожков на 23 тыс. тенге и получили зарплату по 27 тыс. В нынешнем году к кулинарным сладостям добавились пельмени, которые продали на 189 тыс. тенге, вследствие чего зарплата поваров выросла до 58 тыс.

«Я два года заставлял лепить пельмени. Представляете, мы открыли супермаркет, и в нем продаются городские пельмени! Но я им не доверяю. Какое там использовано мясо, какие там санитарные условия? А у нас плохо делать не получится, потому что вот он – производитель и тут же за прилавком – покупатель. Эти люди здесь живут, и пельмени покупают их родственники. Недалек тот день, когда наши пельмени приобретут ту же популярность в городе, что и наше молоко, потому что это – другой уровень качества», – рассказывает глава «Родины».

Эта выгодная «социалка»

Надпись на придорожном щите при въезде на территорию хозяйства «Это – наша Родина» очень точно отражает принцип жизни родинцев. Действительно, «Родина» – государство в государстве со своей инфраструктурой, развитой социальной сферой, культурой, спортом, образованием, здравоохранением, даже телевидением. «Родина» – это, пожалуй, развитой капитализм при просвещенном монархе, – 51% акций имеет лично Иван Сауэр. И он строит справедливое государство с главным принципом «От каждого по способностям, каждому – по труду».

Практически все социальные расходы лежат на плечах хозяйства. Бюджетные средства – лишь небольшая часть денег, затраченных на хорошее обучение в общеобразовательной, музыкальной, спортивной школах, на медицинскую помощь с собственными «скорыми» и зубным врачом, на культуру, спорт, коммунальную сферу. «Три года назад финансировали ФАП и школу на 72%, сегодня уже на 18–20%. Государство потихоньку восстанавливает свои функции и начинает вкладывать в образование, медицину», – констатирует глава «Родины».

Среди рядовых граждан области, да и всего Северного региона, о фантастическом житье-бытье в «Родине» слагают легенды. И зарплата там самая высокая, и социальные условия почти коммунистические. При централизованном отоплении и водоснабжении жители за «коммуналку» платят копейки. Кроме того, дети работников ТОО учатся в институте за счет хозяйства. Главное – здесь не скучно, и детям есть чем заниматься, и взрослым не одиноко: можно заниматься спортом, даже такими экзотическими видами, как лапта и городки, или реализовываться в самодеятельности – петь, плясать, играть в КВН. Сауэра боготворят родинцы и критикуют те, кто не может попасть в их славные ряды. Стать жителем одного из трех сел крайне трудно, практически невозможно, если ты не приглашенный специалист. Ситуация примерно такая, как в советское время с почтовыми ящиками – закрытый райский уголок. Но закрытость эта – не каприз и не прихоть родинской администрации, а вынужденная необходимость. «Я 19 лет потратил на то, чтобы жизнь в «Родине» стала такой, как сейчас. А вы хотите, чтобы мы начали принимать к себе всех подряд? Их же надо обеспечивать работой, социальными благами. Надо все увязывать, любую идею. Ведь сельхозпредприятие – это государство. Я знаю, кто родился, кто женится, кто в больнице, кто как учится, кто как спортом занимается. И чтобы все это было, я должен не только знать, а тратиться, и тратиться солидно», – говорит Иван Сауэр.

Тогда, 19 лет назад, когда Ивана Сауэра в 28 лет назначили директором совхоза «Родина», люди ничего не хотели слушать, ничему не верили, были совершенно равнодушными ко всякого рода светлым перспективам – абсолютная социальная апатия и нигилизм. «Трудно тогда было переломить такое отношение, трудно было сломать стереотипы. Сейчас даже вспоминать страшно. Но отступать было некуда, надо было делать дело», – вспоминает директор. «У меня нездоровое самолюбие, – признается Сауэр. – Если я берусь за безнадежное дело, любой ценой – себя пополам поломаю, других сломаю, – но должен получить результат. У каждого есть возможность продумать, оценить все заранее, а когда взялся, надо делать. Вы думаете, у меня в жизни все так легко получалось, как это может показаться? Но на народ я обижаться не могу. Когда начал все ломать, то по большому счету у меня не было проблем с людьми. Я ожидал гораздо худшего. На любое мое дело, даже если я ошибался, народ откликался нормально – спорили, доказывали, внешнее сопротивление было, но враждебности, антагонизма нет, – все равно делали то, что говорил. Скорее другая проблема была – для таких новых дел не всегда хватало знаний, квалификации».

И сегодня одна из важнейших составляющих успеха – квалифицированные кадры, знающие специалисты. Пожалуй, трудовое воспитание и обучение, всестороннее развитие личности – основная забота администрации. Кстати, в этом понятии нет того унылого смысла советского времени, когда надо было бессмысленно производить какое-то действие ради самого процесса. Здесь все рационально и продуктивно. Например, на пришкольном участке выращиваются овощи и фрукты, полностью обеспечивая школьную столовую. Дендропарк, в котором собрано более десятка видов деревьев, и воздух очищает, и украшает, и кругозор расширяет.

Оказывается, есть глубокий смысл во всех родинских культурно-массовых мероприятиях. «Не все родители достаточно грамотные, чтобы осознавать, что творческое развитие ребенку необходимо. А когда ребенок получает какое-то вознаграждение за, казалось бы, развлечение, родитель соглашается с тем, что танцы или спорт – дело хорошее», – поясняет заместитель директора по идеологии (есть в «Родине» и такая должность) Андрей Веревкин. Взрослые тоже понимают, что надо заниматься спортом или, например, петь в хоре, но как-то все времени не находится сходить на репетицию или тренировку. Однако премия – дело приятное. И те, кто тяжел на подъем, лишний раз подумают: полежать на диване, сходить в ресторан или в Дом культуры. «Хозяйству от этого тоже польза, народ меньше пьет, больше радуется. А когда настроение хорошее, то и работается лучше. И потом, это же общение. Правда, те специалисты, которые к нам приезжают по приглашению, сначала немного тяготятся коллективизмом. Ведь люди за эти годы капитализма отвыкли постоянно быть в команде. Но потом понимают, что это не такая уж большая жертва, зато дети все время заняты, не болтаются по улице, не пьют в подворотнях, о наркотиках не думают. А затем люди втягиваются и сами хотят повышать свой творческий уровень», – рассказывает Андрей Веревкин. Действительно, шикарный Дом культуры практически не пустует – то концерты, то КВНы, то дискотеки.

Однако в последнее время стали появляться тревожные симптомы иждивенчества. Руководству пришлось пересмотреть систему поощрений за участие в общественной жизни села. И если раньше премировался каждый гол, каждое выступление на концерте, то сейчас подводятся итоги за год. Раньше просто оплачивалась учеба в институте, а сейчас введена балльная система. К обязательным 70% стоимости обучения студент может заработать еще, если будет хорошо учиться, успешно участвовать в научных олимпиадах, различных соревнованиях. Баллы могут и сниматься за плохое поведение и учебу. Оплата детсада тоже больше носит воспитательный характер – 500 тенге в месяц при 7 тыс. затрат, поэтому если ребенок отсутствовал без уважительной причины, родители безжалостно штрафуются.

– Люди годами стремятся попасть к нам на работу, потому что созданы условия. Я все эти годы, независимо от того, коммунисты рулили или демократы, разрывался между производством и социальной инфраструктурой. Когда мы оплачиваем обучение детей в вузах, мы стимулируем прежде всего работу родителей. Ведь если подходит время, а родитель видит, что не сможет оплатить обучение детей, то он мечется, ищет какие-то варианты. Это – неспокойный родитель. И как оставить его с проблемами один на один? Этого нельзя делать! Иногда меня раздражает, иногда радует, что наши люди воспринимают это как должное. У нас оставляют открытыми машины, люди сараи не запирают, скот не встречают после выпаса. У нас не воруют.

– Как вы этого добились?

– Во-первых, все при деле: работают, учатся, занимаются спортом или художественной самодеятельностью. Во-вторых, у людей другой менталитет. В свое время было у нас воровство. Жил один тут, но, к счастью, избавились. Один из министров-силовиков приехал к нам на встречу с жителями, стал спрашивать: «Что, скот воруют?». Ему отвечают: «Нет, не воруют!». Он не верит: «Да не может быть!». Народ уверяет: «Да нет, не воруют». Не мог поверить. В результате участковому дали орден – «Айкын» II степени.

– Неужели никаких нарушений у вас нет?

– Почему нет, есть. Каждый день приказы пишу, наказываю. Все-таки 800 человек работает, всякое случается. Разные меры применяем. У нас есть свое телевидение. Раз в неделю мы врезаемся на российский канал, транслируем родинские новости. В них рассказываем, что произошло за неделю в «Родине», называем нарушителей. Очень сильно действует – это же позор на всю округу. Также говорим об успехах, кто отличился. Нет, сегодняшние родинцы мне нравятся намного больше, чем те, 19 лет назад. Это совсем иная общность людей.

Авторитаризм как средство прогресса

– Проблем особых с людьми не было из-за вашего авторитарного стиля руководства? Ваш жесткий стиль сейчас вам мешает или помогает?

– Я был жесткий. Сейчас – нет. Взять даже по кличкам. Начальникам всегда дают клички. Раньше меня за глаза называли Иван Грозный, теперь – дядя Ваня, папа. А насчет стиля… Когда теряют много времени на разглагольствования, то это ни к чему хорошему не приводит.

– При таком авторитарном стиле управлении, наверное, трудно вырастить достойного преемника, надежного, самостоятельного заместителя?

– Я не могу сказать, что все ведущие специалисты меня удовлетворяют как профессионалы, но подавляющее большинство – сильнейшие специалисты и заткнут за пояс многих нынешних директоров, руководителей хозяйств. При всем том, что я признаю, что у меня авторитарный стиль управления, мои специалисты не так уж сильно ущемлены. Они достаточно самостоятельны. По мелочам они со мной не советуются. Я их очень редко ругаю за то, что сделали не то, чаще – за то, что сделали не так. Мы вырабатываем общую стратегию, дальше они работают сами. Я ставлю задачу, например сегодня делаем то-то, не называя, какой бригаде это поручить. Они сами дальше определяются. Но присматриваю. Когда вижу, что не туда пошли, немного направлю: результат появился – все нормально.

– А откуда вы знаете, что, когда и как делать?

– Во-первых, у меня другой уровень подготовки. Я больше езжу, вижу, общаюсь. В самой зачуханой деревне всегда есть какой-нибудь местный Кулибин, вокруг которого все вертится, который предлагает оригинальные идеи. Я присматриваюсь, что-то полезное запоминаю. Много общаюсь с министрами, их заместителями, директорами департаментов, а там дураков не держат. Работаю над собой, много читаю. Мои специалисты себя не слишком этим утруждают, знают – Сауэр все скажет. А мне не на кого надеяться, никто не придет и мне не скажет, как надо действовать. Во-вторых, думаю, что у меня неплохо развита интуиция. Сегодня главный козырь «Родины» – молоко. В Астане знают: «Родина» – это Сауэр, а значит, молоко. Но я сделал ставку на молоко, когда другие вырезали стадо. Я интуитивно понял: раз все коров вырезают, скоро спохватятся, спрос вырастет. Это было чисто интуитивно, тогда что-то рассчитывать было невозможно.

– Каков рецепт успеха «Родины»?

– Тут много составляющих. Первое – много пахать и прежде всего думать, думать, думать. Второе – никогда нельзя забывать, что без директора ни одно предприятие не может успешно работать. Это должен понять его величество пролетариат. Наша коммунистическая идеология вбивала другое. Тогда директор не мог получать зарплату больше, чем средний механизатор. Но и директор не имеет права думать, что он из какого-то другого теста сделан. Многие руководители на чем погорели? Позволяли себе чванство, высокомерие, просто беспредел. Кто сегодня остановит этого зарвавшегося директора? Да никто. Райком? Его нет. Сегодня многие директора ведут себя так, что за них стыдно. Многие откровенно ненавидят людей. Нельзя о человеке думать, что он скотина. Посмотрите: многие хозяйства, которые в свое время гремели, сейчас в страшном упадке. Отчасти причиной тому издержки становления, когда новые хозяева силой, обманом лишали крестьян паев, загоняли в создаваемые АО, ТОО и т.д. Да, многие стали олигархами, но не хозяевами. Все это время они снимали сливки и плевали на народ. Сегодня люди бегут от них. Я стараюсь создать условия своим специалистам на уровне наших дел. У них должны быть хорошие дома с евроремонтом. Я имею 51% акций, но дивиденды я раздаю – без росписи, без ведомости, чтобы они не чувствовали себя униженными. Многие это называют дешевым авторитетом. Я называю дополнительной мотивацией. Во всяком случае все показатели у нас растут. К нам в «Родину» частенько приезжают коллеги и выпытывают, как буржуины у Мальчиша-Кибальчиша, где тут военная тайна. А нет никакой тайны. В труде вся тайна.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности