Ферма юрского периода

Еще несколько лет назад страусоводство на территории Казахстана считалось экзотическим предприятием. Сегодня же разведение страусов рассматривают как весьма перспективную для региона отрасль, а в некоторых случаях даже как альтернативное классическому птицеводству и скотоводству

Ферма юрского периода

Большинством населения республики страусы воспринимаются как птицы, достойные исключительно демонстрации в зоопарке. В некоторых, очень редких случаях жители крупных городов не исключают возможности полакомиться страусятиной в ресторанах как редким экзотическим продуктом, имеющим, соответственно, уникальную стоимость. Про страусиные фермы, однако, уже несколько лет ходят легенды. Все знают, что страусов у нас разводят, что их забивают и продают мясо и яйца. Но вот только кому продают и из чего складывается стоимость конечного продукта для нас, неискушенных потребителей, остается загадкой. Мы посетили одну из самых крупных страусовых ферм, расположенную на территории Алматинской области, чтобы понять, насколько бизнес в этой отрасли сопряжен с прихотью и чудачествами владельца.

Взаимное любопытство

Первое впечатление от фермы (ТОО «Айканат Кустары») – маленький кусочек Европы. Строгая геометрия, сопряженная с педантичной чистотой и ненавязчивым фитодизайном. Одним словом, картинное благополучие процветающей европейской птицефермы. Не самым последним в цепочке формирования позитива стало отсутствие специфических запахов как признак ухоженности хозяйства и трепетного отношения к нему владельца. Владелец и основатель фермы Арыстан Пернебеков в силу своей занятости не смог выступить в качестве экскурсовода, но честно перепоручил нас своему коллеге – доктору сельскохозяйственных наук Кадыржану Молдажанову.

Взрослые страусы встретили нас несколько настороженно. Нам объяснили, что они знают в лицо людей, которые за ними ухаживают и растят как детей. А чужаки могут вызвать у них испуг и даже агрессию. Однако никто из страусов голову в песок с нашим появлением прятать не собирался. «Существует много мифов о страусах, – говорит Кадыржан Молдажанов, – в том числе об их страхах и способах от него избавиться. На самом деле это очень умные птицы и решают проблемы несколько иным способом».

Страусы сразу же стали проявлять интерес к фотографу, как бы позируя и демонстрируя свою заинтересованность в репортерах. Самец (нам объяснили разницу по полам) первым подошел к оградительной сетке, после чего все остальные члены семьи тоже позволили себе полюбопытствовать. Кстати «семья» – это не метафора, страусы живут гаремами. Но не так, как другие птицы. Самец выбирает для себя несколько (3–4) «жен», одна из которых «назначается» старшей (или главной). Старшая самка доминирует в гареме. Именно она вьет гнездо и высиживает цыплят, а остальные, цитирую Молдажанова, «несут вспомогательную функцию». То есть остальные самки откладывают яйца именно в это гнездо. Если старшей «жене» в процессе высиживания приходится отлучиться, ее место занимает самец. И что самое интересное, они соблюдают верность если не всю жизнь, то, по крайней мере, весь репродуктивный период. Страусы ревнуют и отбивают партнеров. Все это сопровождается определенными ритуалами и танцами. И в этом случае играет роль не только природный инстинкт, но и внутренняя потребность страуса создать себе наиболее благоприятное в моральном смысле слова окружение. Можно, если хотите, назвать это любовью.

Репродуктивная прибыль

После знакомства с африканскими страусами, загон которых мы условно назвали «Мулен Руж» (в силу обильного оперения птиц и их динамичных телодвижений), мы продолжили свое путешествие к загонам австралийских страусов эму. Эта порода отличается более скудным оперением и меньшими размерами. Птицы в загоне издавали такие утробные клокочущие звуки, которые скорее напоминали рев динозавров в фильме «Парк юрского периода». Это не случайно, ведь страусы – генетические сородичи динозавров. Их родословная насчитывает тысячелетия, и они по праву считаются одним из самых древних видов животных, когда-либо обитающих на земле. Неудивительно, что эти птицы имеют такие высокие адаптационные свойства: могут существовать в любых климатических условиях, наименее подвержены любым инфекциям и неприхотливы в еде (прошу прощения за деликатные подробности – могут даже питаться собственными фекалиями). Иначе они не прошли бы естественный отбор и вымерли еще много тысяч лет назад.

Затем нас проводили в загон для птенцов. Цыплята в возрасте до 4 месяцев на ферме пользуются особым вниманием. Этот период считается для страуса критичным. «Только что вылупившиеся птенцы помещаются в специальный инкубатор, в котором создаются специальные термоусловия – 35 градусов тепла, – поясняет экскурсовод. – Через неделю начинается снижение температуры ежедневно на 1–2 градуса. А к месяцу птенцов можно выводить в естественные условия».

Страусы живут до 70 лет. Репродуктивный возраст у самки длится около 30 лет (начиная с 2,5), у самца – несколько дольше. За этот период самка может снести до 2,5 тыс. яиц. Только представьте, что средняя продолжительность жизни страуса сопоставима с человеческой. Но никто из людей не может проявить свои репродуктивные возможности в 2,5 года и продуцировать за всю жизнь потомство в 2 тыс. детенышей. «В год самка может снести до 80 яиц, – говорит г-н Молдажанов, – мы же получаем от одной самки до 40–50 яиц. Дело в том, что в холодный период мы кормим страусов «сдерживающими» комбикормами, которые тормозят их репродуктивные функции». Показатели вывода цыплят из инкубационных яиц – 70%. Выживаемость же составляет 85%. Это хорошие показатели даже для высокоразвитого хозяйства.

Рентабельная птица

«Айканат Кустары» существует не так давно – всего 5 лет. Начиналось все в 2001 году, когда на ферму были завезены из Голландии несколько десятков зрелых африканских страусов и примерно столько же молодняка. Хозяйство было организовано на заброшенной птицеферме. Арыстан Пернебеков практически собственноручно приводил ее в порядок: проводил водопровод, электричество, ремонтировал загоны. Тогда многие считали, что его затея не обернется прибыльным мероприятием. Никто в Казахстане не знал, как обращаться с этой экзотической птицей, да и не было никакой гарантии, что страус может адаптироваться к местным климатическим условиям, питанию. Однако риск оправдал себя. Сейчас на ферме более 300 взрослых особей черного африканского страуса и австралийской птицы породы эму, а также около 500 голов молодняка и птенцов. Цена взрослого страуса достигает 2,5 тыс. долларов. Больше половины всех страусов на ферме были выведены и выращены в Казахстане. Сейчас в инкубатор заложено около 600 яиц (потенциальный молодняк). Воспроизводство идет полным ходом.

Моим, как я понимаю сейчас, несколько бестактным вопросом, кому и по какой цене реализуется страусятина, Кадыржан Молдажанов даже где-то смущен. «Вы понимаете, мы не ставим перед собой задачу продавать продукцию, получаемую от страуса. «Айканат Кустары» – это племенное хозяйство. И основная наша задача – это расширить сеть фермерских хозяйств по всему Казахстану, популяризировать этот вид деятельности, возможно, объединить фермеров… А уж потом можно будет говорить о производстве товарной продукции».

Казахстан сейчас стоит только на пороге развития страусоводства. Республика вообще не обеспечена продукцией, и, соответственно, нет никакой конкуренции между фермерами

В прошлом году ТОО «Айканат Кустары» получило статус племенного хозяйства. Это уникальное в своем роде предприятие, которое пока не имеет аналогов среди стран СНГ. Хозяйство работает непосредственно над улучшением жизненных и репродуктивных показателей птицы в казахстанских условиях. Здесь разрабатывается технология содержания, отбор по семьям, идет научная работа по изучению биологических свойств страусов в разные периоды их жизненного цикла. «Казахстан сейчас стоит только на пороге развития отрасли. Республика вообще не обеспечена продукцией, и, соответственно, нет никакой конкуренции между фермерами», – продолжает рассказывать Кадыржан Молдажанов. Хотя потребность в готовой продукции, полученной от страуса, очень велика. И не только у нас. Даже европейские хозяйства покрывают только 19% потребности в этом товаре. И, по мнению местных страусоводов, выращивать страусов в наших условиях гораздо выгоднее, чем там. Это и более дешевая электроэнергия, и вода, и эксплуатация земли под ферму, и дешевые комбикорма. «Рентабельность готового продукта, который можно получить от страуса, составляет чуть ли не 100%, – делится коммерческими секретами г-н Молдажанов. – На каждый вложенный доллар мы получаем доллар чистой прибыли. А вообще, в птицеводстве рентабельность 20–30% уже считается хорошей». Что же касается племенного хозяйства, то 100-процентная рентабельность – это не предел. Так, если за мясо, кожу и перо страуса можно получить до 1 тыс. долларов, то за выращенную взрослую особь с хорошими биологическими показателями можно выручить в 2–3 раза больше.

Безотходный страус

«К сожалению, – сетует Кадыржан Молдажанов, – в Казахстане нет профессионального объединения страусоводов. Все хозяйства действуют разрозненно». Его слова подтверждает тот факт, что нам не удалось получить точных данных о количестве страусовых ферм, находящихся на территории республики. Существует несколько ферм, в которых поголовье птицы не превышает 50 единиц. Есть также масса мелких крестьянских хозяйств, где содержится по одной семье страусов. Это, по словам многих фермеров, не способствует популяризации страусоводства, напротив – тормозит отрасль. Многие предприниматели жалуются, что у нас нет четко отлаженного механизма продвижения этого продукта. Да и потребительские предпочтения далеки от того, чтобы употреблять в пищу малопривычное и дорогое мясо страуса. Поэтому фермеры и говорят чуть ли не в один голос, что должна быть проделана большая работа и пройти много времени, чтобы страусятина и яйца этой птицы стали привычным продуктом в каждом доме.

Между тем страус является едва ли не единственным животным, промышленное выращивание которого дает практически безотходный результат. Это и мясо, и жир, и перья, и яйца, и даже ресницы страуса. Тем более воспроизводство страуса идет значительно быстрее, чем у крупного скота, и вывод продукции в конечном счете значительно больше. На ферме нам предложили решить простую арифметическую задачку. Период инкубации (беременности) у страуса составляет 42 дня, тогда как у крупного рогатого скота – 285 дней. Численность потомства в год у первых – 40 голов, у вторых – всего 1. Какова разница между готовой продукцией, полученной от одной самки в год? Результат превзошел наши ожидания. Если от коровы можно получить всего 250 кг мяса в год, то от самки страуса – 1,8 тыс. Корова пожертвует 2,7 кв. м кожи, а страус отдаст 50,4 кв.м. А если учитывать, что страусятина в несколько раз дороже говядины, то прибыль от промышленного выращивания страусов больше в разы.

Однако мясо страуса не следует трактовать как альтернативу говядине или мясу домашней птицы. Это пополнение мясного рынка товаром очень высокого качества. «Мясо страуса отличается от других видов своей низкой калорийностью, относительно небольшим содержанием холестерина, а также полезным для здоровья профилем жирных кислот». Проблема в том, что большинство населения еще не готово покупать дорогой, пусть даже и полезный продукт. Для примера, в «Айканат Кустары» средняя цена на стейк страуса составляет 18 долларов за килограмм, на мясо – 10 долларов, и даже суповой набор (потроха и обработанные кости) стоит порядка 300 тенге за килограмм.

Что касается жира страуса, то считается, что это весьма ценный продукт, который активно используется в косметологии. Перья страусов, которые мне удалось заполучить в подарок, стоят 300 долларов за килограмм или продаются по цене 2–3,5 доллара за штуку. Яйца страуса – вообще легендарный продукт, цена которого доходит до 11 долларов за штуку. Для сравнения (чтобы ни у кого не возникла мысль о спекулятивном завышении стоимости), в Европе стоимость одного страусиного яйца составляет порядка 35 евро. Цена на все остальные продукты страусоводства также выше, соответственно эквиваленту яйца. «Цена конечного продукта определяется тем, что, во-первых, мы завезли слишком дорогой племенной материал, – объясняет г-н Молдажанов. – Во-вторых, страус – это не мелкая домашняя птица, и его поголовье на этой же ферме невозможно увеличить до 5–6 тыс. А площадь та же, и затраты практически те же». Что касается яиц, то их стоимость определяет и формат продукта. Если, скажем, продавать инкубационное яйцо, то за него можно получить до 80 долларов, а за сувенирное – 20–25 долларов.

Кожа страуса – вообще отдельная тема. Нам показали уже выделанную кожу, которую, по словам работников фирмы, в Казахстане уже научились обрабатывать. Первая мысль – эксклюзивные страусовые сапоги! Но цена на этот продукт, однако, умерила мой пыл. 200 долларов за 1 кв.м.

Говорят, что весьма прибыльной может быть и организация страусиных бегов. На такой минорной ноте мы прощались с фермой. Интересно, что за все время нашего там пребывания нам помимо нашего гида встретился только один человек (на территории более 10 га!).

– Сколько человек работает на ферме?

– Около 14.

– Так мало? Поэтому вдоль забора протянута колючая проволока? Это меры безопасности?

– Нет, ну что вы! (Смеется). Это досталось нам в наследство от гусиной фермы. Страуса не так-то просто украсть. Он может развивать скорость до 65 км в час. А испытать силу его удара (ногой) вообще не пожелал бы никому.

Статьи по теме:
Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?