Ульбинский размах

НАК «Казатомпром» объявил о стратегическом плане стать лидером на мировом рынке урановой продукции к 2010 году. Амбициозные цели будут воплощаться за счет выстраивания вертикально-интегрированной компании с полным набором производства в топливно-ядерном цикле

Ульбинский размах

В рамках новой программы большие надежды компании связаны с расширением производства на Ульбинском металлургическом заводе (УМЗ) – дочернем предприятии компании с 1997 года. Завод является одним из крупнейших производителей урановой, танталовой и бериллиевой продукции в мире. Сегодня УМЗ производит до 500 тонн топливных таблеток, а с 2010 года производственные мощности по таблеткам будут загружены фактически полностью. Однако не меньший интерес представляет другая продукция завода. О стратегических планах УМЗ «Эксперту Казахстан» рассказал первый заместитель генерального директора завода Александр Гагарин.

Синергетика с Китаем

– УМЗ начал агрессивное расширение производства фактически по всем своим стратегическим позициям: бериллий, тантал, урановое топливо. Эта продукция, в общем-то, ориентирована на достаточно закрытые рынки с плотной конкуренцией. Если с ураном вырисовываются достаточно яркие перспективы в связи с так называемым ренессансом в атомной энергетике, то как развивается ситуация на рынках по танталовой и бериллиевой продукции?

– На самом деле рынки довольно сложные. В течение последних двух-трех лет цены выросли практически на все металлы, кроме бериллия и тантала. В 2001 году рынок по танталу повел себя совершенно неадекватно. За два месяца цены на сырье, на продукцию выросли в 7–8 раз. Это было вызвано ожиданием повышенного потребления тантала. Заключались договоры просто под сумасшедшие объемы. Но, к сожалению, рынок так и не вырос, цены упали ниже первоначального уровня. И этот скачок сказывается до сих пор – ни цена не растет, ни объемы потребления. Многие ждут увеличения потребления, но я не думаю, что в традиционных областях использования тантала будет какой-то рост. Есть две накладывающиеся друг на друга тенденции, которые стабилизируют рынок. С одной стороны, идет увеличение объемов производства компьютеров, мобильных телефонов, другой электронной продукции, но с другой – происходит постоянная миниатюризация электронной начинки. Поэтому рынок консервативный. Схожая ситуация по бериллию. Правда, в последнее время намечается небольшой рост цены, но объемы его потребления вряд ли вырастут по тем же самым причинам миниатюризации электронной техники. Для УМЗ ситуация осложняется еще и тем, что в тенге наша продукция все время дешевеет за счет укрепления национальной валюты. У нас все контракты заключаются в иностранной валюте.

Чтобы оставаться на рынке, чтобы сохранить и упрочить свои позиции, мы вынуждены постоянно находить резервы для снижения себестоимости, развивать новые виды продукции.

– Можно подробнее о новых видах продукции. Вы собираетесь расширять номенклатуру производства?

– Да. Давайте начнем с бериллия. Сейчас мы запускаем крупный проект по производству меднобериллиевого проката в Китае на базе их нового прокатного завода. Объем инвестиций составит 10 млн долларов, по 5 млн с каждой стороны. Это будет совместное предприятие с китайской компанией Ningbo Shine Investment Co. Ltd (NSIC) на паритетной основе. Мы будем осуществлять поставку сырья и готовых сплавов для производства слитков под прокат и прокат готовой продукции. Объем продаж планируется в районе 30–40 млн долларов в год.

– А почему именно Китай?

– В Китае рынок бериллиевой продукции постоянно растет, так как идет общее перемещение производства из США в КНР. Но у Китая большие проблемы с производством бериллия, во-первых, нет собственного сырья, во-вторых, большие проблемы с технологиями. Они не могут переработать то сырье, которое им доступно, по этой причине и новый прокатный завод простаивает. Свои производители работают на устаревшем оборудовании, полукустарным способом, соответственно, и качество проката выдают низкое. С другой стороны, там активно продается прокат с заводов США и Японии, он высокого качества, но по достаточно высокой цене. Возникла уникальная ситуация. К проекту фактически все было готово. Основная часть оборудования есть у китайской стороны, это новый завод, построенный три года назад. У нас есть сырье и современные технологии производства. Наши партнеры выразили готовность выделить часть мощностей под прокат бериллиевой бронзы. По сути, надо докупить небольшое количество оборудования, мы доделаем по нашей технологии некоторые элементы – и можно приступать к работе. Наши специалисты подсчитали: если запускать подобный завод у нас, в Казахстане, понадобится около 100 млн долларов. Это очень дорогие машины, для штучного проката. В данном случае путем объединения усилий мы получили синергетический эффект, который приведет к минимальным затратам с обеих сторон. СП по бериллиевой бронзе захватит нишу на китайском рынке, которую сейчас занимают США и Япония – наша продукция будет такого же качества, но значительно дешевле. О проекте можно говорить как о свершившемся факте, остались некоторые формальности для подписания документов и генерального соглашения. В 2008 году предприятие должно уже действовать.

Тантало-бериллиевые комбинации

– УМЗ разработал специальную программу по развитию танталового производства. В ее рамках предусмотрен выпуск высокоемких танталовых порошков и проволоки для конденсаторов нового поколения. Как развивается этот проект?

– По технологичным порошкам нового поколения мы уже через год запустим производство. Сейчас есть более масштабный проект – строительство завода по танталовым конденсаторам в Казахстане. Это будут электролитические конденсаторы высокой емкости под автоматический монтаж на печатных платах. Мы планируем инвестировать в него 20 млн долларов. Объем продаж составит 40–50 млн долларов ежегодно.

Сейчас на мировом рынке тенденция такая же, как с бериллием – основное производство электроники смещается в Азию. Большинство компаний перемещают активы в Китай.

Но там никто не защищен от каких-либо политических решений. Введут налог, к примеру, на иностранный капитал, и придется нести дополнительные затраты. Американцы долго изучали Казахстан, какой у нас инвестиционный климат, политическая обстановка. В рамках диверсификации рынков они очень сильно заинтересованы в этом проекте. С точки зрения диверсификации рисков инвестиции в казахстанскую экономику вполне оправданны. Тем более мы равноправные партнеры. УМЗ готов вкладывать деньги на взаимовыгодных условиях. Мы хотим, чтобы высокие технологии по микроэлектронике пришли в Казахстан. Это действительно высокие технологии мирового класса.

– Это принципиальное желание – наладить высокотехнологичное производство именно в Казахстане?

– В данном случае никаких принципиальных позиций нет. Мы стараемся использовать все возможности для выхода на рынок. В каждом конкретном случае рассматриваем варианты и смотрим, что выгоднее. Делать бериллиевую бронзу в Китае сегодня выгоднее, там уже есть все необходимое оборудование, там достаточно дешевая рабочая сила, эффективный менеджмент. Зато по конденсаторному заводу есть ряд выгодных позиций в Казахстане, поэтому мы пытаемся договориться с американцами о его строительстве в нашей стране.

– Насколько высоки барьеры вхождения на рынок для вашего завода?

– На самом деле на рынках нас никто не ждет. Что по бериллию, что по танталу. Когда мы со своей нулевой долей начинали работать, рынок был занят, всем всего хватало. Каждый килограмм приходилось отвоевывать у конкурентов. Но у нас есть определенные стратегии. Например, в бериллиевом бизнесе мы все продажи в Европе ведем через своего представителя. Это немецкая фирма Tropag. Она обеспечивает нам прозрачные продажи, вместе с нашими специалистами ведет маркетинг. В результате по медно-бериллиевым и алюминиево-бериллиевым сплавам мы занимаем до 95% европейского рынка.

Что касается американского рынка, то там работает монополист, компания Brush Engineered Materials Inc. В мире существуют всего три компании, производящие бериллий от руды до сплавов. Это rush Engineered Materials Inc., «Ульба» и SKS (Китай). Американцы являются безусловным лидером рынка. Но мы смогли с ними договориться – заключили долгосрочный контракт на поставку медно-бериллиевых сплавов. Им продаем нашу продукцию, а они перерабатывают ее в виде проката и продают в США.

– Вы договорились разделить рынки технологических переделов?

– Не то чтобы договорились. Просто нам предложили хороший контракт, и наш бериллий в конечном счете поступает в США. В принципе, нашу медно-бериллиевую продукцию могут потреблять те предприятия, у которых есть прокат медно-бериллиевой бронзы. И на сегодня это Brush Engineered Materials Inc. Мы с ними удачно дополняем друг друга на американском рынке и работаем в альянсе.

Компания передала УМЗ технологию производства медно-бериллиевых сплавов по карботермическому процессу. Материал, который мы по этому процессу получаем, продаем в том числе и им. Плюс у нас есть контракты с некоторыми независимыми американскими компаниями.

Другой вопрос, как мы пытаемся развивать этот бизнес. Это новое применение бериллия. Мы пытаемся поддерживать каждое новое начинание по использованию бериллия. Поддерживаем компании, которые делают новые разработки, чтобы зациклить их в будущем на нашем заводе как на поставщике бериллия. Сейчас у нас два направления с компанией Liquidmetal Technologies. На основе бериллия они разработали уникальный сплав со структурой стекла и алюминиево-бериллиевый сплав с высоким содержанием бериллия. Эти уникальные сплавы используют для особо прочных вещей: спортивный инвентарь, медицинские инструменты. Сейчас компания занимается коммерциализацией новых сплавов. Мы подписали соглашение о том, что Liquidmetal Technologies будет покупать бериллий только у УМЗ.

Еще одно направление с бериллием – международный научный проект по строительству исследовательского реактора по термоядерному синтезу. В него входят США, Россия, Франция, Япония, Индия. Один из главных компонентов реактора – стенка, которая удерживает плазму. Это оболочка своеобразной трубы, в которой зажигается плазменная дуга. Температура плазмы доходит до 120 миллионов градусов, как на Солнце. Лучше всего для внутренней стенки реактора подходит бериллий, он сверхтемпературостойкий.

УМЗ совместно с Brush Engineered Materials Inc. проводит исследования по разработке этой стенки. Схема работы предполагается следующая. Мы делаем первичный бериллий, отправляем в США, где из него делают ядерный сорт, он уже прошел испытания. Потом он приходит опять на УМЗ для производства изделий под реактор. На данном этапе наши ученые обмениваются опытными образцами. Мы надеемся стать участниками международного проекта по исследованию термоядерной энергии, в то же время для нас это коммерческий проект.

И еще один рынок

– Ваши планы по расширению бериллиевого и танталового производства удивляют, если учесть, что в конце 90-х их производство на заводе было полностью заморожено. Кроме этого, вы объявили о запуске обогатительной фабрики по переработке плавикового шпата для увеличения объема производства плавиковой кислоты. Вы выходите еще на один рынок?

– Сейчас мы производим 10–15 тыс. тонн плавиковой кислоты в год. Около половины этого объема уходит в основном на внутренние нужды завода. С запуском фабрики мы будем постепенно выходить на рынок с этим продуктом. В принципе, если говорить о плавиковой кислоте, это достаточно уникальная вещь. Это одна из наиболее агрессивных кислот, она растворяет практически все. Если надо вскрыть какой-то минерал, извлечь какой-то металл, лучше всего для этого подходит плавиковая кислота. Поэтому ее применяют прежде всего в металлургии. Большие объемы плавиковой кислоты используются при производстве пластмасс и в химической промышленности. Но в стратегических планах мы планируем весь объем плавиковой кислоты завернуть на собственное производство. В наших планах – строительство завода по получению гексофторида урана. По урану какая идет технологическая цепочка? Это добыча, аффинаж, получение гексофторида урана, его обогащение и изготовление топлива. «Казатомпром» подписал договор с «Техснабэкспорт» о создании СП по обогащению урана на территории России. Сегодня у нас есть добыча, аффинаж, обогащение и изготовление топлива. У нас нет производства гексофторида. По нашим расчетам, основная часть плавиковой кислоты уйдет на этот завод по производству гексофторида. Пока он не построен, мы будем активно работать на рынке прежде всего России. Сегодня средняя стоимость за тонну плавиковой кислоты находится в районе 270 долларов.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики