Четыре дня в Тбилиси

Меняющаяся Грузия постоянна в трех вещах – гостеприимстве, древней архитектуре и вкусе вина

Четыре дня в Тбилиси

Фестиваль культуры под названием «Перекресток: Казахстан – Грузия», организованный Банком ТуранАлем в Тбилиси, был приурочен к церемонии вручения наград казахстанским банкирам-инвесторам президентом Грузии Михаилом Саакашвили. Культурная программа включала открытие фотовыставки, демонстрацию блокбастера «Кочевник», «круглый стол» на тему «Культурный империализм» с уча?стием деятелей культуры Казахстана и Грузии, театрализованное представление «Той», а также мюзикл «Кыз Жибек».

Традиционная современность

Программа дней культуры Казахстана, скорее, имела этнографический характер с налетом самодеятельности. Шоу «Той» включало в себя песни и пляски, народные сцены гуляния с участием грузинских и казахских исполнителей. Грузию представляли на фестивале юношеский ансамбль народного танца и эстрадные певцы. Казахстан – актеры из Шымкента.

«Кочевник» был призван познакомить грузинского зрителя с еще неизвестными ему страницами истории казахов. Современное прочтение оперы советского композитора Евгения Брусиловского «Кыз Жибек», переосмысленной режиссером-постановщиком Булатом Атабаевым в мюзикл, отличалось использованием современных технических достижений в виде висящего экрана, на котором появлялись различные динамические картинки с изображением огня, воды и абстрактных композиций. Также новацией стала трансляция на этот же экран по ходу действия отсутствующих в данный момент на сцене и произносящих монологи за сценой персонажей. Этот прием напоминал телемосты, модные когда-то во времена перестройки.

Несмотря на то, что тема «круглого стола» тоже отдавала древним наследием, его участники не скатились однозначно в ее плоскость. Разговоры больше протекали в русле обсуждения вопросов глобализации культуры. Но им не хватало аналитичности, четкости позиций и продуктивности. С одной стороны, культурные деятели сетовали на американизацию образа жизни, обезличивание культуры глобализацией и тлетворное влияние Запада. С другой – говорили о недостатке культурных инноваций, необходимости интеграции с западным миром и неизбежной маргинализации общества. «Информационный поток направлен односторонне от западных центров к периферии, намеренно формируется культурная элита с прозападными ориентациями. Казахстанское общество разделилось на чистых аульных и маргинальных казахов», – считает Булат Атабаев. Уточняя, что в почвенничестве, сохранении и трансляции архаического культурного наследия казахская культура недостатка не испытывает, а вот «инновация у нас хромает». Наши в основном говорили и о наболевшем. О том, как не приемлют новое в искусстве, в театре и стихосложении, что критика новаторства исходит от блюстителей традиций. Хозяева же успокаивали: и у нас это было, но все прошло, это-де вопрос времени. Вообще «круглый стол» чем-то напоминал прием у психоаналитика. Преобладали потоки речи, в которых четко просматривалось наличие неартикулированного бессознательного.

Живая икона казахской культуры, привезенная в Грузию, – сын великого писателя Мурат Ауэзов задался вопросом: возможно ли в Грузии появление одной доминирующей партии-монстра? И сам ответил – нет. Мурат Мухтарович заметил также, что тюрко-кавказский диалог должен обрести большую регулярность. Он провел параллели между глобализацией и понятием осевого времени Карла Ясперса. Все это каким-то мистическим образом через путешествия замкнул на кочевников. И в конечном итоге пришел к полезному выводу: глобализация стимулирует поиски культурной само?идентификации. Звучали слова и о том, что поиск образа врага – «легкий способ объединения» и «дешевый ход». Обсуждение завершилось на оптимистической ноте. «Глобализации не миновать. Всегда надо быть открытым. Не надо бояться перемен. Человек – гибкое существо. Мы ведь что-то делаем: пишем, ставим спектакли, снимаем фильмы на своем национальном языке», – говорит ректор Театрального университета и режиссер-постановщик театра им. Туманишвили Георгий Маргвелашвили.

Что такое «культурный империализм»? Как он связан с глобализацией? Как влияют политика и экономика на культуру? Как сохранить свое самобытное лицо и в то же время не замкнуться в национализме? Кроме общих фраз более или менее четких ответов на эти вопросы, к сожалению, не прозвучало.

Прогулки по городу

Наверное, самой яркой частью организованной для журналистов культурной программы стали прогулки по Тбилиси. Погода стояла бесснежная, но прохладная, что вполне соответствовало времени года и горной местности. Но гостеприимные знойные хозяева считали ее теплой. Устойчивость к холодам, видимо, можно объяснить отсутствием центрального отопления в домах. Даже в безупречном пятизвездочном отеле, с системой кондиционирования, где мы остановились, вечерами ощущалась легкая свежесть. Надо заметить, что проблемы с отоплением и освещением в Тбилиси становятся заметны зимой. У нас отсутствие двух необходимых благ цивилизации повлекло бы разруху. Здесь же все, даже старый подсвечник в туалете с оплывшим огарком свечи, заменяющий (надеюсь, все же временно) лампочку, приобретает благородный налет старины.

[inc pk='2230' service='media']

В дневное время на проспекте Шота Руставели мы чувствовали себя свободно. Гуляли самостоятельно по двое, трое, спрашивали дорогу по-русски и всегда получали подробные объяснения. Но других туристов, в том числе и англоговорящих, мы не встретили. Что, казалось бы, с нынешней прозападной политической ориентацией Грузии и ее желанием вступить в ЕС выглядело странным.

Русскоязычных надписей фактически не осталось. За редким исключением: попалась свежая афиша русского театра драмы им. Грибоедова и еще пара-тройка сразу бросающихся в глаза старых табличек с названиями укромных улочек и нефункционирующих объектов. Средний доход в Тбилиси 150–300 долларов, в то время как цены низкими не назовешь. Хлеб, как и в Казахстане, стоит около 50 центов. Размер пенсии – порядка 43 лари, это где-то 25 долларов. Что, конечно, очень мало, поэтому пенсионеры освобождены от платы за коммунальные услуги.

Город, расположенный на холмах, впечатляет своей древней историей, солидную часть архитектуры которого по праву составляет сталинский ампир. В Алматы яркий его пример – здание театра оперы и балета. Остальные и так немногочисленные следы советского прошлого под пятой грандиозного строительства исчезают. Кстати, все щепетильные страницы прошлого политкорректно связывались грузинскими гражданами с коммунистическим режимом. Ни разу не прозвучало «при советской эпохе», а тем паче «при русских». Вспоминали и «общее прошлое, которое нас всех связало», то есть грузин, казахов и русских. Упоминание, что мы из Казахстана, вызывало интерес. Культурная открытость уже давно диктуется экономическими факторами. В этом заключается складывающаяся тысячелетиями основа цивилизованности, ведь национализм и закрытость чреваты не только культурной, но и экономической изоляцией. Чувствовалась заинтересованность грузин в налаживании новых экономических контактов. Надо учесть и тот факт, что казахстанские банкиры уже немало инвестировали в грузинскую экономику. «Культура и бизнес не терпят границ» – не раз звучало на фестивале.

Край церквей

Тбилиси – находка для любителей старины. Храмы и монастыри – наиболее характерные и интересные достопримечательности страны. В Грузии только храмов святого Георгия, одного из самых почитаемых в стране святых, насчитывается 365. Самое большое количество мужчин с именем Георгий можно встретить только здесь. Много лет храмы служили не просто молитвенными сооружениями, но и очагами религии и искусства, а также защитой от многочисленных завоевателей, поэтому их внешний вид – воплощение романского стиля, смешение монументальных черт крепости и аскетического храма.

В 20 километрах севернее столицы лежит культовое для любого грузина место – символ воцарения христианства в Грузии, древняя столица Мцхета со своим знаменитым монастырем VI века Джвари. По преданиям, Джвари был построен над деревянным крестом, поставленным на горе у слияния рек Куры и Арагви одной из самых почитаемых святых Ниной. Другой очаг христианства, один из главных соборов грузинской православной церкви – кафедральный собор XI века Светицховели («Животворящий Столп»). Храм возведен на месте первой в Грузии христианской церкви IV века над могилой Св. Сидонии, захороненной завернутой в плащ Иисуса Христа.

В историческом центре Тбилиси расположены бани, обогреваемые бьющими под ними серными источниками. Их круглые купола с крепостью на заднем плане можно назвать визитной карточкой города. Легенда IV века гласит, что в этих местах охотился основатель города царь Горгасал. Его сокол настиг голубку, которая упала в горячий источник и там сварилась. Царь решил построить на уникальных ключах крепость, которую назвал Тбилиси (в переводе с грузинского «тбили» означает теплый). Теперь, увековеченный на коне и с поднятой рукой Горгасал, окидывая взглядом свои владения, возвышается на противоположном берегу Куры. Термы функционируют и сейчас.

[inc pk='2231' service='media']

Одна из этнографических достопримечательностей Тбилиси – музей народной архитектуры у Черепашьего озера. Под открытым небом расположились древние жилища и постройки из разных регионов Грузии. Дарбази (дом с дымоходом, с грузинского переводится как зал) из Восточной Грузии, тип жилища-невидимки, находившегося под землей, что позволяло скрыть его от турков во время набегов. Огромный баниани сахли – дом из кирпичей и булыжников с печкой, плоской крышей и маленькими окошками вдоль фасада. Иногда плоская крыша одного такого дома служила передним двориком для другого. Башенки-жилища характерны для Кевсурети и Тушети (горных районов Восточной Грузии), а Западная Грузия представлена деревянными домами с разными крышами: соломенными, черепичными или обшитыми досками и открытым крыльцом, а также башнями Сванетии и крестьянскими жилищами Абхазии и Аджарии. Архитектура каждого региона уникальна и отличается не только внешним видом, но и внутренним интерьером и домашней утварью (большие сундуки, прядильные колеса, маслобойки, ткацкие станки, ковры, глиняная и деревянная посуда, мебель, сделанная руками древних умельцев). Дом в Западной Грузии обязательно имеет перед фасадом большой двор. Но при этом нет каменной ограды, это говорит о том, что человек не закрывается, не боится. Дома строили из дерева и камня. Чтобы было прохладно летом, крышу закрывали не черепицей, а специальной травой. Комнат много, а камин один, вокруг него и строится дом. Каждый хозяин считал, что нужно украсить дом. Поэтому даже орнамент деревянной резьбы и плетение изгороди у всех домов разные. Почти у всех есть дополнительные постройки: винные погреба, водяные мельницы, амбары для хранения зерна, коровники. Дом охотника, памятник XVIII–XIX веков, обычно служит интерьером для исторических фильмов. Здесь снимали «1000 и один рецепт влюбленного кулинара», а в доме в период съемок жил со своей подругой Пьер Ришар. Он, по словам работницы музея, в свободное от съемок время любил дегустировать грузинские вина. Гордость музея – ковры и гобелены ручной работы, которые выставлялись в Париже и получили высокое признание.

In vino veritas

Магазин, кабачок и одновременно винный погребок «Мир вина» расположен в центре Тбилиси недалеко от оперного театра. Здесь вы можете не только приобрести вино (бутилированное и на розлив), но и предварительно его продегустировать, посидеть с друзьями, наслаждаясь вкусом грузинского вина, в уютном ретро-кабачке. Разливное вино изготавливают прямо здесь, можно самолично спуститься в подвал и увидеть, как оно бродит в прозрачных цистернах, а также впечатлиться внушительным видом деревянных бочек и покрытых пылью раритетных бутылок. Красное вино стоит в три раза дороже, чем белое, так как изготовлено из более дорогих сортов винограда. Белое терпкое разливное «Ркацители» – три лари за литр, по нашим понятиям, почти даром. Любимое вино Иосифа Сталина, красное «Киндзмараули», пожалуй, единственный популярный сорт полусухого вина – 20 лари.

«Настоящее, чистое, без добавления сахара сухое вино», – эти слова мы услышали, пробуя уникальные марочные вина «Цинандали» и «Саперави», от их изготовителей на самом старейшем винном заводе в Грузии неподалеку от Телави в селе Цинандали. Подвалы завода в живописном французском парке своего особняка заложил в 1886 году поставивший первым в стране традиционное кустарное производство на промышленную основу грузинский поэт и общественный деятель князь Александр Чавчавадзе. Сухие вина прекрасно сочетаются с грузинской кухней, отличающейся особой пряностью вызывающих непомерный аппетит местных трав и национальным грузинским хлебом. Работники завода рассказывают, что в лучшие времена он перерабатывал до 6 тонн винограда в год, а мощностей хватило бы и на 10 тысяч. Основным покупателем была Россия. Сейчас же объем производства упал вдвое. Пока «Цинандали» с подвалами остается единственным в стране государственным винзаводом. Ожидается, что в скором времени его выставят на торги, и в числе возможных покупателей называют казахстанских бизнесменов.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики