Четыре дня в Тбилиси

Меняющаяся Грузия постоянна в трех вещах – гостеприимстве, древней архитектуре и вкусе вина

Четыре дня в Тбилиси

Фестиваль культуры под названием «Перекресток: Казахстан – Грузия», организованный Банком ТуранАлем в Тбилиси, был приурочен к церемонии вручения наград казахстанским банкирам-инвесторам президентом Грузии Михаилом Саакашвили. Культурная программа включала открытие фотовыставки, демонстрацию блокбастера «Кочевник», «круглый стол» на тему «Культурный империализм» с уча?стием деятелей культуры Казахстана и Грузии, театрализованное представление «Той», а также мюзикл «Кыз Жибек».

Традиционная современность

Программа дней культуры Казахстана, скорее, имела этнографический характер с налетом самодеятельности. Шоу «Той» включало в себя песни и пляски, народные сцены гуляния с участием грузинских и казахских исполнителей. Грузию представляли на фестивале юношеский ансамбль народного танца и эстрадные певцы. Казахстан – актеры из Шымкента.

«Кочевник» был призван познакомить грузинского зрителя с еще неизвестными ему страницами истории казахов. Современное прочтение оперы советского композитора Евгения Брусиловского «Кыз Жибек», переосмысленной режиссером-постановщиком Булатом Атабаевым в мюзикл, отличалось использованием современных технических достижений в виде висящего экрана, на котором появлялись различные динамические картинки с изображением огня, воды и абстрактных композиций. Также новацией стала трансляция на этот же экран по ходу действия отсутствующих в данный момент на сцене и произносящих монологи за сценой персонажей. Этот прием напоминал телемосты, модные когда-то во времена перестройки.

Несмотря на то, что тема «круглого стола» тоже отдавала древним наследием, его участники не скатились однозначно в ее плоскость. Разговоры больше протекали в русле обсуждения вопросов глобализации культуры. Но им не хватало аналитичности, четкости позиций и продуктивности. С одной стороны, культурные деятели сетовали на американизацию образа жизни, обезличивание культуры глобализацией и тлетворное влияние Запада. С другой – говорили о недостатке культурных инноваций, необходимости интеграции с западным миром и неизбежной маргинализации общества. «Информационный поток направлен односторонне от западных центров к периферии, намеренно формируется культурная элита с прозападными ориентациями. Казахстанское общество разделилось на чистых аульных и маргинальных казахов», – считает Булат Атабаев. Уточняя, что в почвенничестве, сохранении и трансляции архаического культурного наследия казахская культура недостатка не испытывает, а вот «инновация у нас хромает». Наши в основном говорили и о наболевшем. О том, как не приемлют новое в искусстве, в театре и стихосложении, что критика новаторства исходит от блюстителей традиций. Хозяева же успокаивали: и у нас это было, но все прошло, это-де вопрос времени. Вообще «круглый стол» чем-то напоминал прием у психоаналитика. Преобладали потоки речи, в которых четко просматривалось наличие неартикулированного бессознательного.

Живая икона казахской культуры, привезенная в Грузию, – сын великого писателя Мурат Ауэзов задался вопросом: возможно ли в Грузии появление одной доминирующей партии-монстра? И сам ответил – нет. Мурат Мухтарович заметил также, что тюрко-кавказский диалог должен обрести большую регулярность. Он провел параллели между глобализацией и понятием осевого времени Карла Ясперса. Все это каким-то мистическим образом через путешествия замкнул на кочевников. И в конечном итоге пришел к полезному выводу: глобализация стимулирует поиски культурной само?идентификации. Звучали слова и о том, что поиск образа врага – «легкий способ объединения» и «дешевый ход». Обсуждение завершилось на оптимистической ноте. «Глобализации не миновать. Всегда надо быть открытым. Не надо бояться перемен. Человек – гибкое существо. Мы ведь что-то делаем: пишем, ставим спектакли, снимаем фильмы на своем национальном языке», – говорит ректор Театрального университета и режиссер-постановщик театра им. Туманишвили Георгий Маргвелашвили.

Что такое «культурный империализм»? Как он связан с глобализацией? Как влияют политика и экономика на культуру? Как сохранить свое самобытное лицо и в то же время не замкнуться в национализме? Кроме общих фраз более или менее четких ответов на эти вопросы, к сожалению, не прозвучало.

Прогулки по городу

Наверное, самой яркой частью организованной для журналистов культурной программы стали прогулки по Тбилиси. Погода стояла бесснежная, но прохладная, что вполне соответствовало времени года и горной местности. Но гостеприимные знойные хозяева считали ее теплой. Устойчивость к холодам, видимо, можно объяснить отсутствием центрального отопления в домах. Даже в безупречном пятизвездочном отеле, с системой кондиционирования, где мы остановились, вечерами ощущалась легкая свежесть. Надо заметить, что проблемы с отоплением и освещением в Тбилиси становятся заметны зимой. У нас отсутствие двух необходимых благ цивилизации повлекло бы разруху. Здесь же все, даже старый подсвечник в туалете с оплывшим огарком свечи, заменяющий (надеюсь, все же временно) лампочку, приобретает благородный налет старины.

[inc pk='2230' service='media']

В дневное время на проспекте Шота Руставели мы чувствовали себя свободно. Гуляли самостоятельно по двое, трое, спрашивали дорогу по-русски и всегда получали подробные объяснения. Но других туристов, в том числе и англоговорящих, мы не встретили. Что, казалось бы, с нынешней прозападной политической ориентацией Грузии и ее желанием вступить в ЕС выглядело странным.

Русскоязычных надписей фактически не осталось. За редким исключением: попалась свежая афиша русского театра драмы им. Грибоедова и еще пара-тройка сразу бросающихся в глаза старых табличек с названиями укромных улочек и нефункционирующих объектов. Средний доход в Тбилиси 150–300 долларов, в то время как цены низкими не назовешь. Хлеб, как и в Казахстане, стоит около 50 центов. Размер пенсии – порядка 43 лари, это где-то 25 долларов. Что, конечно, очень мало, поэтому пенсионеры освобождены от платы за коммунальные услуги.

Город, расположенный на холмах, впечатляет своей древней историей, солидную часть архитектуры которого по праву составляет сталинский ампир. В Алматы яркий его пример – здание театра оперы и балета. Остальные и так немногочисленные следы советского прошлого под пятой грандиозного строительства исчезают. Кстати, все щепетильные страницы прошлого политкорректно связывались грузинскими гражданами с коммунистическим режимом. Ни разу не прозвучало «при советской эпохе», а тем паче «при русских». Вспоминали и «общее прошлое, которое нас всех связало», то есть грузин, казахов и русских. Упоминание, что мы из Казахстана, вызывало интерес. Культурная открытость уже давно диктуется экономическими факторами. В этом заключается складывающаяся тысячелетиями основа цивилизованности, ведь национализм и закрытость чреваты не только культурной, но и экономической изоляцией. Чувствовалась заинтересованность грузин в налаживании новых экономических контактов. Надо учесть и тот факт, что казахстанские банкиры уже немало инвестировали в грузинскую экономику. «Культура и бизнес не терпят границ» – не раз звучало на фестивале.

Край церквей

Тбилиси – находка для любителей старины. Храмы и монастыри – наиболее характерные и интересные достопримечательности страны. В Грузии только храмов святого Георгия, одного из самых почитаемых в стране святых, насчитывается 365. Самое большое количество мужчин с именем Георгий можно встретить только здесь. Много лет храмы служили не просто молитвенными сооружениями, но и очагами религии и искусства, а также защитой от многочисленных завоевателей, поэтому их внешний вид – воплощение романского стиля, смешение монументальных черт крепости и аскетического храма.

В 20 километрах севернее столицы лежит культовое для любого грузина место – символ воцарения христианства в Грузии, древняя столица Мцхета со своим знаменитым монастырем VI века Джвари. По преданиям, Джвари был построен над деревянным крестом, поставленным на горе у слияния рек Куры и Арагви одной из самых почитаемых святых Ниной. Другой очаг христианства, один из главных соборов грузинской православной церкви – кафедральный собор XI века Светицховели («Животворящий Столп»). Храм возведен на месте первой в Грузии христианской церкви IV века над могилой Св. Сидонии, захороненной завернутой в плащ Иисуса Христа.

В историческом центре Тбилиси расположены бани, обогреваемые бьющими под ними серными источниками. Их круглые купола с крепостью на заднем плане можно назвать визитной карточкой города. Легенда IV века гласит, что в этих местах охотился основатель города царь Горгасал. Его сокол настиг голубку, которая упала в горячий источник и там сварилась. Царь решил построить на уникальных ключах крепость, которую назвал Тбилиси (в переводе с грузинского «тбили» означает теплый). Теперь, увековеченный на коне и с поднятой рукой Горгасал, окидывая взглядом свои владения, возвышается на противоположном берегу Куры. Термы функционируют и сейчас.

[inc pk='2231' service='media']

Одна из этнографических достопримечательностей Тбилиси – музей народной архитектуры у Черепашьего озера. Под открытым небом расположились древние жилища и постройки из разных регионов Грузии. Дарбази (дом с дымоходом, с грузинского переводится как зал) из Восточной Грузии, тип жилища-невидимки, находившегося под землей, что позволяло скрыть его от турков во время набегов. Огромный баниани сахли – дом из кирпичей и булыжников с печкой, плоской крышей и маленькими окошками вдоль фасада. Иногда плоская крыша одного такого дома служила передним двориком для другого. Башенки-жилища характерны для Кевсурети и Тушети (горных районов Восточной Грузии), а Западная Грузия представлена деревянными домами с разными крышами: соломенными, черепичными или обшитыми досками и открытым крыльцом, а также башнями Сванетии и крестьянскими жилищами Абхазии и Аджарии. Архитектура каждого региона уникальна и отличается не только внешним видом, но и внутренним интерьером и домашней утварью (большие сундуки, прядильные колеса, маслобойки, ткацкие станки, ковры, глиняная и деревянная посуда, мебель, сделанная руками древних умельцев). Дом в Западной Грузии обязательно имеет перед фасадом большой двор. Но при этом нет каменной ограды, это говорит о том, что человек не закрывается, не боится. Дома строили из дерева и камня. Чтобы было прохладно летом, крышу закрывали не черепицей, а специальной травой. Комнат много, а камин один, вокруг него и строится дом. Каждый хозяин считал, что нужно украсить дом. Поэтому даже орнамент деревянной резьбы и плетение изгороди у всех домов разные. Почти у всех есть дополнительные постройки: винные погреба, водяные мельницы, амбары для хранения зерна, коровники. Дом охотника, памятник XVIII–XIX веков, обычно служит интерьером для исторических фильмов. Здесь снимали «1000 и один рецепт влюбленного кулинара», а в доме в период съемок жил со своей подругой Пьер Ришар. Он, по словам работницы музея, в свободное от съемок время любил дегустировать грузинские вина. Гордость музея – ковры и гобелены ручной работы, которые выставлялись в Париже и получили высокое признание.

In vino veritas

Магазин, кабачок и одновременно винный погребок «Мир вина» расположен в центре Тбилиси недалеко от оперного театра. Здесь вы можете не только приобрести вино (бутилированное и на розлив), но и предварительно его продегустировать, посидеть с друзьями, наслаждаясь вкусом грузинского вина, в уютном ретро-кабачке. Разливное вино изготавливают прямо здесь, можно самолично спуститься в подвал и увидеть, как оно бродит в прозрачных цистернах, а также впечатлиться внушительным видом деревянных бочек и покрытых пылью раритетных бутылок. Красное вино стоит в три раза дороже, чем белое, так как изготовлено из более дорогих сортов винограда. Белое терпкое разливное «Ркацители» – три лари за литр, по нашим понятиям, почти даром. Любимое вино Иосифа Сталина, красное «Киндзмараули», пожалуй, единственный популярный сорт полусухого вина – 20 лари.

«Настоящее, чистое, без добавления сахара сухое вино», – эти слова мы услышали, пробуя уникальные марочные вина «Цинандали» и «Саперави», от их изготовителей на самом старейшем винном заводе в Грузии неподалеку от Телави в селе Цинандали. Подвалы завода в живописном французском парке своего особняка заложил в 1886 году поставивший первым в стране традиционное кустарное производство на промышленную основу грузинский поэт и общественный деятель князь Александр Чавчавадзе. Сухие вина прекрасно сочетаются с грузинской кухней, отличающейся особой пряностью вызывающих непомерный аппетит местных трав и национальным грузинским хлебом. Работники завода рассказывают, что в лучшие времена он перерабатывал до 6 тонн винограда в год, а мощностей хватило бы и на 10 тысяч. Основным покупателем была Россия. Сейчас же объем производства упал вдвое. Пока «Цинандали» с подвалами остается единственным в стране государственным винзаводом. Ожидается, что в скором времени его выставят на торги, и в числе возможных покупателей называют казахстанских бизнесменов.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Риски разделим на всех

ЕАЭС сталкивается с трудностями при попытках гармонизации даже отдельных секторов финансового рынка

Экономика и финансы

Хороший старт, а что на финише?

Рынок онлайн-займов «до зарплаты» становится драйвером развития финансовых технологий. Однако неопределенность намерений регулятора ставит его развитие под вопрос

Казахстанский бизнес

Летная частота

На стагнирующий рынок авиаперевозок выходят новые компании

Тема недели

Под антикоррупционным флагом

С приближением транзита власти отличить антикоррупционную кампанию от столкновения политических группировок становится труднее