Своя игра

Обсуждаемый в парламенте Казахстана проект закона «Об игорном бизнесе», а также итоги последнего заседания Совета безопасности говорят о кардинальной чистке субъектов игорного бизнеса и создании условий для передела рынка

Своя игра

Рынок игорного бизнеса (ИБ) в Казахстане представляют сегодня порядка 2,2 тыс. игорных заведений, в том числе 132 казино, более 2 тыс. залов игровых автоматов, 53 букмекерские конторы и один тотализатор. Сколько их останется после принятия закона в том виде, в каком он предлагается правительством, – сложно сказать. Трудно предположить, будут ли их единицы или наберется все же с десяток. Правительство не преследует цель ликвидации игорного бизнеса как такового, оно хочет лучше его контролировать и для этого, как видно, допускает даже приостановку рынка, что, по сути, произойдет 1 апреля следующего года. А еще раньше рынок будет серьезно оптимизирован на основании вступившего в силу закона, который, по поручению президента, должен быть принят парламентом до нового года. Он будет регулировать деятельность казино, залов игровых автоматов, букмекерских контор, тотализаторов (онлайн-казино в Казахстане запрещено).

Игорный бизнес относится к так называемым пограничным видам деятельности и при плохом госрегулировании, что отчасти в республике и наблюдалось, наносит ущерб обществу. Именно с этой позиции правительство ужесточает технические и финансовые требования к субъектам ИБ, увеличивает для него налоговую нагрузку и в конечном итоге четко определяет его географическое месторасположение: все игорные заведения будут работать только в Щучинской зоне и на правобережье Капшагая.

Фэйс-контроль для бизнеса

В части структуры и ставки налогового сбора с игорного бизнеса в предлагаемом правительством проекте закона «Об игорном бизнесе» произойдут значительные изменения. В этом плане ИБ понесет серьезные потери, и для отдельных субъектов рынка вопрос целесообразности продолжения бизнеса встанет достаточно остро. Если сегодня ставки фиксированного суммарного налога и акциза для игорного бизнеса определяют маслихаты, поскольку поступления идут в местный бюджет, то логично, с учетом только двух мест дислокации ИБ, что со следующего года будет действовать единый республиканский налог (акциз исключается), определенный в бюджетном кодексе.

В связи с этим Министерство финансов предлагает каждый игровой стол облагать налогом по квартальной ставке 2,5 тыс. МРП (2 575 тыс. тенге – в 2006 году), игровой автомат – 88 МРП (90,6 тыс. тенге), кассу тотализатора – 375 МРП (386,2 тыс. тенге), кассу букмекерской конторы – 225 МРП (23,2 тыс. тенге). Можно сравнить предлагаемую нагрузку с действующими ставками, например, в Астане, которые были утверждены маслихатом в июле прошлого года. Так, в столице игровой стол облагается фиксированным суммарным налогом в 810 МРП в квартал, игровой автомат – в 15 МРП, касса букмекерской конторы – 63 МРП. Правда, нужно еще учитывать акциз, которого в законопроекте нет. Акциз по закону Астаны добавляет на каждый игорный стол еще 183 МРП, игровой автомат – 6 МРП, кассу букмекерской конторы – 24 МРП.

В любом случае увеличение налоговой нагрузки идет в разы. Кроме того, правительство устанавливает предельный размер дохода игорного заведения. И с той суммы, которая превышает этот предел, будет дополнительно взиматься 30%.

Возьмем предельный размер дохода казино в квартал (он по законопроекту будет составлять 135 тыс. МРП, или 139 050 тыс. тенге в 2006 году) как ориентировочный квартальный доход и посчитаем налоговую нагрузку из расчета обязательного минимального количества столов (20 столов). Налог для такого казино в квартал будет составлять 51 500 тыс. тенге, или около 40% с дохода.

Сейчас сложно сказать, много это или мало, здесь важно обратить внимание на резкий прирост налогооблагаемой базы. Станислав Огай, представитель ассоциации игорного бизнеса Астаны, считает, что «в этом законопроекте бизнесмен должен работать, только чтобы платить зарплату и налоги». Министр финансов Наталья Коржова говорит, что при разработке законопроекта был изучен опыт ряда стран по налогообложению и казахстанский вариант в данном случае отнюдь не радикален.

При этом расчет налоговой нагрузки строился на потолочном размере дохода, который, однако, как и в любом бизнесе ввиду различных обстоятельств (скажем, тридцатиградусные морозы в Щучинске) может снижаться, но размер налога в игорном бизнесе каким-либо пропорциональным изменениям не подлежит. Такая же система налогообложения с единицы оборудования используется в России, Бельгии, Латвии, Венгрии.

Что касается варианта налогообложения в случае превышения дохода установленной предельной нормы, то правительство здесь действует на перспективу – поскольку сейчас, в свете предстоящих изменений, надо говорить не о сверхдоходах, а о масштабном банкротстве. Но по мере развития проекта казахстанских Лас-Вегасов, а также с учетом ограниченного количества «уцелевших» игорных заведений, норма, позволяющая регулировать налогообложение сверхдоходов, возможно, найдет себе применение.

Останемся без игровых автоматов

Второй мощный регулятор ИБ – квалификационные требования. Процесс оптимизации продолжается: одним из требований для выдачи лицензии является наличие обеспечения. Это могут быть обязательные резервы либо банковские гарантии для организаторов ИБ. Для казино и залов игровых автоматов размер обеспечения по законопроекту составляет 25 тыс. МРП (25 750 тыс. тенге), для тотализаторов и букмекерских контор – 5 тыс. МРП (5 150 тыс. тенге). Для большинства участников рынка эта норма – как шлагбаум в профессиональный бизнес. Причем для владельцев казино и залов игровых автоматов эта норма, конечно, важна, но не так принципиальна, если ими принято решение инвестировать в тот же Капшагай и они согласились с другими не менее жесткими квалификационными требованиями. Это требование больше затрагивает интересы тотализаторов и букмекерских контор, которые, во-первых, никуда не переезжают (они не должны только располагаться в зданиях жилого фонда, а также органов власти, организаций образования, здравоохранения, культуры, аэропортов, вокзалов и других общественных местах). Во-вторых, к ним не относятся требования по количеству столов или автоматов. Этот сектор может остаться открытым для малого бизнеса, и его регулятор (кроме собственно налогов) – это резервные требования.

Тем же, кто по-прежнему на залы игровых автоматов смотрит как на вид индивидуальной предпринимательской деятельности или малый бизнес, есть полезный совет – сэкономьте время и сразу посмотрите раздел законопроекта об общих требованиях к игорным заведениям. В нем происходит отсев владельцев мелких заведений, поскольку даже солидные игорные залы сегодня не обладают минимум 20 столами или 50 сертифицированными игровыми автоматами, как того требует норма законопроекта. Правда, те представители ИБ, которые посещают парламентские рабочие группы, такими требованиями, похоже, не смущены и даже в какой-то мере солидарны с правительством. «Игровой бизнес не должен быть таким же массовым, как хлебные магазины», – говорит Станислав Огай. Вину за то, что игорный бизнес попал под жесткий прессинг государства, он возлагает на нынешних владельцев игровых автоматов. «В Казахстане нет ни одного казино, где отсутствует служба безопасности, где нет фейс-контроля, где людей пускают в зал в нетрезвом состоянии или в спортивной форме. В зал игровых автоматов можно хоть в трусах заходить, главное, чтобы было хотя бы 200 тенге», – посетовал г-н Огай.

Экстремальный случай

Но главный удар, отправляющий в нокаут весь игорный бизнес, – это норма, в соответствии с которой правительство наделяется правом определять территории, на которых подлежат размещению казино, залы игровых автоматов, и их границы. Что это за территории, в документе не указывается, как, собственно, и сроки вступления в силу именно этой нормы. Такое практикуется, когда закон в целом вступает в силу в одно время, а некоторые его нормы – в другое. Судя по первым заседаниям парламентской рабочей группы по данному законопроекту, такой вариант мог пройти, поскольку депутаты поддерживали предложение бизнеса о неком переходном периоде.

Еще месяц назад на заседании парламентской рабочей группы Наталья Коржова убеждала депутатов и представителей игорного бизнеса, что порядок, место дислокации игорных заведений и их количество будут определяться правительством после принятия соответствующего закона, и нет повода для паники. На деле же вышло, что документ еще не обсуждался на пленарном заседании мажилиса, а уже совершенно точно известно, что с 1 апреля казино и залы игровых автоматов должны либо закрыться, либо переехать в Щучинск или Капшагай. Решение президента страны, озвученное на заседании Совета безопасности в ноябре, парламентскую рабочую группу застало врасплох. На следующий день после Совбеза депутаты и предприниматели, собравшись на очередное заседание рабочей группы, читая ежедневную прессу, говорили, что, видимо, журналисты все переврали. Но министр финансов, вернувшись с заседания президентской администрации, информацию подтвердила.

Если говорить о потерях государства оттого, что активность ИБ упадет до нуля (а этот период неизбежен ввиду необходимости пересмотра инвестиционного плана, передислокации, строительства и оборудования объектов), то, на первый взгляд, они невелики. По данным Министерства финансов, совокупный объем налоговых поступлений, который идет в местные бюджеты, составляет около 5–6 млрд тенге. Даже аким Алматы, города, где насчитывается наибольшее количество игорных заведений (только казино – 37), считает, что лишиться этих поступлений в казну не такая большая жертва. По количеству предоставляемых рабочих мест эта сфера тоже далеко не первая: Минфин, по данным бухгалтерской отчетности компаний, оперирует цифрой в 13 тыс. занятых в ИБ.

И все же потеря государства заключается в том, что оно в очередной раз продемонстрировало непредсказуемость своих действий и категоричность в принятии решения. С точки зрения бизнеса, подобные действия воспринимаются как административное устранение конкуренции и создание основ для передела рынка. «Надо называть вещи своими именами – это передел рынка», – сообщил в доверительной беседе «Эксперту Казахстан» один из членов парламентской рабочей группы. Какие-либо экономические или социальные мотивы в данной ситуации имеют опосредованный характер, а это, скорее, вопрос политического плана.

Парадокс ситуации в том, что бизнес согласен практически со всеми доводами правительства. Он готов адаптироваться к новому налоговому режиму с постепенным увеличением размеров ставок и с учетом инвестиционных планов компаний по освоению казахстанских Лас-Вегасов. Бизнес готов передислоцироваться на выделяемые территории в течение 2–3 лет. Но, похоже, в этой игре бизнес не знает того, что знают во власти.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности