Тотальная внешняя политика

Тотальная внешняя политика

На днях новый министр иностранных дел Марат Тажин объявил на заседании правительства о ряде новаций в работе своего ведомства, да и в подходах к реализации внешнеполитического курса в целом.

Суть всех его предложений (которые, будучи поддержаны премьером, автоматически превращаются в требования) понятна. Любые внешние контакты – межгосударственные и межпарламентские, политические и информационные, экономические и научные – прямо или косвенно относятся к сфере внешней политики. Поэтому внешняя политика Казахстана должна стать тотальной, как голландский футбол. Любой сотрудник МИДа должен быть и дипломатом, и политическим аналитиком, и солдатом в информационных войнах, и маркетологом на рынках других стран. Со своей стороны, каждый государственный чиновник, менеджер госкомпании, ученый – все в ходе своих контактов с внешним миром должны действовать в русле общей государственной политики. То есть заключать свои контракты, да и просто вести переговоры они должны с учетом национальных интересов, а также международных обязательств Казахстана, о которых их заблаговременно проинформирует курирующий заместитель министра иностранных дел.

Вообще-то все это уже было – и при Касымжомарте Токаеве, еще до того, как он стал премьер-министром, и при Ерлане Идрисове. Была санкционированная президентом координирующая роль МИДа во всем, что относится к контактам с зарубежными странами. Были направляемые в МИД отчеты о зарубежных поездках из различных министерств. Был и инвестиционный комитет в структуре МИДа. Была сводная группа по продвижению позитивного имиджа Казахстана за рубежом, возглавляемая «курирующим заместителем министра». И в рамках этой группы – аналитические записки, предложения, планы работ по формированию нашего имиджа. Что же – ничего этого уже нет? Было, но прошло? Хотелось бы узнать почему.

Ну да ладно, в конце концов, новое – это хорошо забытое старое. Самая, пожалуй, заметная из новаций Марата Тажина – создание в самом МИДе комитета международной информации, который будет отвечать за «продвижение позитивного имиджа Казахстана за рубежом». И в развитие имиджевой политики – предложение о создании с той же самой целью межведомственной рабочей группы. По мнению министра, «только консолидация усилий и концентрация финансовых ресурсов» изменят восприятие Казахстана за рубежом.

Вопросы вызывает не сама цель, а средства, которыми ее собираются достичь. Есть такой «Индекс восприятия коррупции», публикуемый международной организацией Transparency International. В нем наша страна занимает, мягко говоря, не самые лучшие позиции. Что нам делать для изменения восприятия – с коррупцией бороться или позитивный имидж продвигать?

Не совсем понятно и то, зачем нужна консолидация усилий и концентрация ресурсов? У нас что, такой ужасный имидж за рубежом? Совсем нет. Кто не верит – пусть перечитает то, что сказали о нас «ястреб» Ричард Холбрук и «князь тьмы» Ричард Перл, председатель ОБСЕ Карл де Гюхт и генсек НАТО Яан де Хооп Схеффер. Не говоря уж про Махатхира Мохамада и Ли Куан Ю.

Да, в глазах западных государств и тех международных организаций, которые специализируются на демократии и правах человека, мы не выглядим отличниками. И не будем такими, покуда демократические реформы для нас не самоценность, а способ повысить эффективность управления. Но мы и не двоечники. Мы, если не ошибаюсь, первые претенденты на председательство в той же ОБСЕ.

Еще глава дипломатического ведомства заявил следующее: «Мы должны задавать иностранным посольствам программу действий и определять приоритетные направления сотрудничества. Пассивность в выполнении данной работы неизбежно скажется на двусторонних отношениях, а информационный голод утоляется из альтернативных источников, как правило, критичных к правительству».

Иностранные посольства будут, надо думать, весьма признательны министру за программу действий. Что же касается утоления информационного голода, то скажите, Марат Мухамбетказиевич, как бы вы оценили информационно-аналитическую работу казахстанского посольства, базирующуюся исключительно на правительственной информации? Ведь наверняка бы потребовали от него поиска тех самых альтернативных источников, пусть даже и критичных к правительству страны пребывания. Почему же посольства зарубежных государств в Казахстане должны вести себя иначе? Кому, как не вам, знать, что источник информации, некритичный к правительству, не может считаться абсолютно достоверным. Да и ваши собственные предложения, если вдуматься, несут в себе изрядный заряд критики в адрес того же правительства.

Другое дело, что «альтернативных источников» в Казахстане слишком мало, что само по себе, между прочим, не прибавляет позитивности нашему имиджу. Участвуя на протяжении последних пяти лет во многих международных конференциях и круглых столах, я вижу на них одни и те же лица. И в основном они представляют государственные институты.

С другой стороны, если правительство материально никак не поддерживает «негосударственных» политических экспертов, а они все же существуют, значит, их работу финансирует кто-то другой – или зарубежные структуры, или частные. И как бы ни любили эти эксперты свое правительство, результатами их труда воспользуется не оно, а тот, кто оплачивает их работу. И не вина экспертов, если интересы работодателя не совпадают с национальными интересами Казахстана.

Поэтому очень интересно узнать, на что будут потрачены финансовые ресурсы после их концентрации? На публикацию заказных материалов в «Нью-Йорк Таймс» и «Дейли Телеграф»? На «изменение восприятия» западных политиков и экспертов? Или хоть какая-то часть финансового концентрата будет направлена на поддержку и развитие казахстанского экспертного сообщества, включая и негосударственные структуры? Хотелось бы верить, что отраслевые имиджевые проекты не будут похожи на те государственные программы, целью и содержанием которых является освоение бюджетных средств.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики