Потому что мы рвемся на Запад?

Интерес Казахстана к развитию сотрудничества с Грузией объясняется не столько инвестиционной привлекательностью грузинского рынка, сколько возможностью создания нового транспортного коридора в западном направлении

Потому что мы рвемся на Запад?

Видимо, визит по весне в наши края грузинского президента становится доброй традицией. Михаил Саакашвили в третий раз побывал с визитом в Астане. Было подписано соглашение о международном автомобильном сообщении между Казахстаном и Грузией, президенты провели переговоры, состоялся обмен мнениями, а завершилось все пресс-конференцией. Президенты выразили свое удовлетворение состоянием двусторонних отношений и оптимизмом в отношении перспектив их развития.

Сегодня Нурсултан Назарбаев и Михаил Саакашвили встречаются как добрые друзья. Обмениваются опытом. Грузинского президента, например, интересует застройка Астаны – он даже привез с собой из Тбилиси главного архитектора. Казахстанский следит за политическим процессом в Грузии – выступая на итоговом заседании госкомиссии по демократизации, он, обосновывая необходимость сильной президентской власти, счел уместным сослаться на грузинский опыт. При этом один из них готовится к вступлению в НАТО и конфликтует с Россией, другой развивает интеграционные процессы в Евразии совместно с Москвой и Пекином. Интерес грузинского лидера к нашим инвестициям, к нефти и газу легко объясним, но чего добивается или ожидает Казахстан на Южном Кавказе?

История любви

В ноябре 2003 года в Грузии произошла «революция роз». К власти пришло абсолютно прозападное правительство, ставящее своей целью интеграцию в НАТО и другие европейские структуры. А потому – априори демократическое, с соответствующей политической риторикой. Через год был киевский майдан. В Украине к власти пришли люди, чьи внешнеполитические установки были почти идентичны грузинским. Затем была «тюльпановая революция» в Киргизии.

То, что Грузия поддерживает нашу заявку на председательство в ОБСЕ, конечно, важно. Но порты и нефтяные терминалы важнее

Ощущение того, что вступил в действие «принцип домино», породило тревогу в столицах многих стран СНГ. Частые поездки начальника управления президента по межрегиональным и культурным связям с зарубежными странами Модеста Колерова в Астану и Алматы напоминали визиты врача, делающего прививки против опасной заразы – в Казахстане приближались президентские выборы.

К зачастившим в гости московским политикам, политологам и политтехнологам в Ак Орде относились с подобающим уважением, однако возможность экспорта «цветной революции» всерьез не воспринимали. Во-первых, сразу же обнаружилось, что политическая риторика лидеров «цветных революций», будучи в большей или меньшей степени антироссийской, антиказахстанкой отнюдь не была. И хотя представители казахстанской оппозиции выступили в поддержку и «революции роз», и «оранжевой революции», ответной поддержки со стороны пришедших к власти демократических режимов не получили. С Казахстаном Тбилиси и Киев связывали планы не по экспорту революций, а по импорту нефти и газа.

Нурсултан Назарбаев без труда смог конвертировать энергетические ресурсы страны в свой собственный политический ресурс. Через неделю после революции в Киргизии в Казахстан приехал с визитом президент Грузии. Главной темой переговоров были поставки казахской нефти для трубопровода Баку–Тбилиси–Джейхан. Но при этом лидер «революции роз» заявил: «Не думаю, что в Казахстане может повториться то, что произошло в Киргизии. Президент Назарбаев провел глубокие и эффективные реформы». Через месяц в Астану прилетел с визитом президент Украины Виктор Ющенко. Речь опять шла о нефти. Ни слова о демократии или революциях.

Надежды казахстанской оппозиции на моральную (хотя бы) поддержку со стороны лидеров «цветных революций» были окончательно разбиты после того, как казахстанский президент совершил в октябре визит в Грузию, а в ноябре – в Украину. А присутствие на церемонии инаугурации Назарбаева лидеров всех трех революций – президентов Грузии, Украины и Киргизии еще раз продемонстрировало, что нефть и газ – самые надежные союзники Казахстана. А также и то, что демократии не воюют друг с другом, причем управляемые демократии вообще не воюют ни с кем. Они предпочитают торговать.

Не случайно Михаил Саакашвили оценил казахстанско-грузинские отношения как «образец отношений между двумя странами на пространстве СНГ и того, какими должны быть отношения нового типа в условиях независимости, свободы и одновременно уважения и дружбы по отношению друг к другу».

Частные инвестиции под патронажем государства

Хотя решение Казахстана о подключении к поставкам нефти по маршруту Баку – Тбилиси – Джейхан, с которого, собственно, и началась казахстанско-грузинская дружба, до сих пор остается нереализованным, с 2005 года начался резкий рост объемов взаимной торговли и казахстанских инвестиций в Грузию.

В 2005 году БТА приобрел 49% акций коммерческого банка из Silk Road Group, теперь он называется BTA Silk Road Bank. И вскоре объявил о намерении проинвестировать проекты в строительстве, туристическом бизнесе, энергетике и переработке нефти. Некоторые из этих проектов уже в стадии реализации. На месте гостиницы «Иверия» в центре Тбилиси будет построен (ориентировочно в первой половине 2008 года) отель Radisson SAS. Кроме того, будет перестроена вся центральная площадь города, где появится торговый центр.

О том, что инвестиции в грузинскую экономику сопряжены с высокими рисками, поэтому политический фактор, пусть и в скрытом виде, превалирует над взаимной выгодой, «Эксперт Казахстан» писал еще в прошлом году (№22, 12.06.2006). С тех пор ситуация практически не изменилась.

Прошлогодний визит в Грузию делегации БТА во главе с Мухтаром Аблязовым по уровню приема был похож на правительственный, а его апофеозом стало награждение руководителей банка грузинскими орденами. Строго говоря, сегодня казахстанский частный бизнес в Грузии представлен Мухтаром Аблязовым и Банком ТуранАлем (что одно и то же). Это также наводит на мысль о том, что в казахстанских инвестициях больше политики, чем экономики.

Трудно сказать, чем Мухтара Аблязова так привлекает Грузия. Возможно, за инвестициями БТА стоит желание поддержать молодую грузинскую демократию. Возможно, просто теплые чувства, которые г-н Аблязов питает к Аджарии в силу каких-то личных причин. Но то, что Нурсултан Назарбаев говорит о частных инвестициях в Грузию как о государственной политике Казахстана, свидетельствует о многом. Показательно и то, что о поддержке контактов между бизнесменами двух стран заявил союз предпринимателей «Атамекен», который, как известно, выражает не столько интересы казахстанского бизнес-сообщества, сколько представления правительства о том, в чем должны заключаться эти интересы.

Следом за частным бизнесом в Грузию пошли и нацкомпании. В прошлом году «КазТрансГаз» приобрел газорас-пределительную систему – АО «Тбилгази», а Батумский нефтяной терминал и «КазМунайГаз» подписали меморандум о создании совместной компании Batumi Terminals. При этом детали соглашения ни грузинский, ни казахстанский участник сделки открывать не стали.

[inc pk='2187' service='media']

Ситуация с казахстанскими инвестициями в Грузию вообще выглядит несколько туманно. Достаточно сравнить два заявления, относящиеся к строительству в Грузии НПЗ. Пресс-служба БТА в январе прошлого года сообщила, что банк будет участвовать в финансировании строительства нового нефтеперерабатывающего завода в Рустави. Уточнялось, что инвестором проекта выступит некий международный консорциум инвесторов с участием Казахстана и Грузии, а цена проекта – 350 млн долларов. Но в марте этого года на пресс-конференции по итогам встречи с Михаилом Саакашвили Нурсултан Назарбаев заявил о том, что «наше Министерство энергетики и минеральных ресурсов рассматривает возможность строительства нефтеперерабатывающего завода». А грузинский президент добавил, что предполагаемая стоимость проекта – около 1 млрд долларов.

Нет более-менее точных данных об объеме и направлениях инвестиций. То ли мы уже пол-Грузии скупили, то ли у нас там нет ничего, кроме камня, заложенного на месте будущей гостиницы в центре Тбилиси. В прошлом году БТА опроверг информацию о приобретении 91% госпакета акций АО «Объединенная телекоммуникационная компания Грузии» за 90 млн долларов, хотя информация эта попала в СМИ со ссылкой на грузинского премьера Зураба Ногаидели. А президент Назарбаев, выступая 6 марта на пресс-конференции в Астане, заявил, что по его данным, в прошлом году инвестиции казахстанских компаний составили примерно 300 млн долларов. И добавил: «Освоены они или не освоены – это еще вопрос, но они направляются».

Непонятно пока, на каком этапе находится процесс приобретения «КазМунайГазом» контрольного пакета акций в Батумском порту, создание зернового и нефтяного терминалов, кто все же собирается инвестировать в строительство НПЗ. Будет ли Казахстан участвовать в строительстве трубопровода Баку–Тбилиси–Эрзурум? Какова наша позиция в отношении Транскаспийского газопровода не с точки зрения технической сложности проекта и отсутствия ТЭО, а как выход на европейские рынки в обход России?

Дорога на Запад

7 февраля в Тбилиси президенты Азербайджана и Грузии, а также премьер-министр Турции подписали Декларацию о едином видении регионального сотрудничества. Конкретные направления этого сотрудничества были изложены в соглашении о строительстве железной дороги Баку–Тбилиси–Карс, подписанном министрами транспорта, и меморандуме о взаимопонимании и сотрудничестве в сфере энергетики. Хотя формат подписанных документов подразумевает ограниченность проектов регионом Южного Кавказа, однако и железнодорожная магистраль, и газопровод Баку–Тбилиси–Эрзурум предполагают участие Казахстана.

Каким будет участие нашей страны в этих проектах, пока неизвестно, но Нурсултан Назарбаев сказал: «Кавказский коридор в целом с выходом на Европу–Средиземное море для нас становится очень важным, и на этом пути Грузия – наш очень активный и добрый партнер». На официальном языке это называется проявить заинтересованность. Именно так обозначил наше отношение к предложенному сотрудничеству министр иностранных дел Азербайджана Эльмар Мамедьяров после февральского визита в Астану. Но весьма вероятно, что интерес мы проявляем не к рынкам закавказских стран, а к транспортному коридору в западном направлении.

То, что Грузия поддерживает нашу заявку на председательство в ОБСЕ, конечно, важно. Но порты и нефтяные терминалы важнее. Еще в июне прошлого года на открытии казахстанско-грузинского бизнес-форума Карим Масимов, тогда еще вице-премьер, сказал: «Будучи страной, не имеющей прямых выходов к международным морским транспортным маршрутам, Казахстан заинтересован в развитии международных транспортных коридоров, проходящих через территорию Грузии. На Каспии мы развиваем морской порт Актау, который мог бы стать связующим звеном по маршруту движения товаров Азия – Актау – черноморские порты Грузии – Европа».

Самостоятельность Казахстана в выборе направлений транспортных перевозок и экспорта углеводородов не означает стремления к ослаблению контактов с Россией. И удвоение товарооборота между Казахстаном и Грузией в цифровом выражении (десятки миллионов долларов) не идет ни в какое сравнение с ростом объемов взаимной торговли Казахстана и России (миллиарды долларов). А антироссийская политическая риторика в ходе встреч с казахстанским президентом отсутствует, если не считать туманных намеков на блокаду.

При этом позиция Казахстана как ближайшего союзника России, вдохновителя и организатора интеграционных проектов в рамках СНГ, одновременно – ведущего инвестора в грузинскую экономику, действительно уникальна. И открывает неплохие возможности не столько даже для Казахстана, сколько для России и Грузии. Трудно сказать, в какой степени Казахстан может служить посредником в политических переговорах между Москвой и Тбилиси. Но то, что казахстанский бизнес в Грузии (например, тот же BTA Silk Road Bank) способен выполнять функции проводника для российских компаний, серьезных сомнений не вызывает.

Статьи по теме:
Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом