Акценты расставлены

Сотрудничество с Россией для Казахстана остается в числе приоритетных потому, что оно позволяет решать вопросы, важные для нашей экономики, учитывая при этом наши интересы

Акценты расставлены

Интенсивность казахстанско-российских контактов на высшем и высоком (иначе говоря – президентском и правительственном) уровне этой весной высока как никогда. Причем протокольная (де-факто – политическая) составляющая этих контактов вполне сопоставима с практической (прежде всего – экономической). Нурсултана Назарбаева во время его мартовского визита в Москву сопровождала вполне представительная делегация, включавшая и премьера, и всех ключевых министров. Межправительственные соглашения вполне могли бы быть подписаны еще тогда. Тем не менее было принято решение о визите в Астану Михаила Фрадкова в том же месяце. Объявлено, что визит российского премьера повторится в апреле, а в мае в Астану прибудет с визитом Владимир Путин.

Европа на фоне России

Внешние контакты Казахстана в последнее время не ограничивались Россией. Но российская тема в явном или скрытом виде присутствовала на встречах и с европейцами, и с американцами. Недавние визиты в Астану «тройки» Евросоюза и польского президента Леха Качиньского лишь подтвердили то, что уже было очевидным – слишком часто в предлагаемых европейцами проектах единственным привлекательным моментом выступает избавление Казахстана от российской зависимости. В первую очередь – от зависимости в сфере транспортировки нефти и газа.

Возможно, какой-то из постсоветских стран избавление от российской зависимости (или от российских военных баз) и показалось бы заманчивым, но только не Казахстану. Наше руководство никогда не страдало аллергией на Россию. Еще в середине 90-х годов, до наступления эры энергетической безопасности, Нурсултан Назарбаев говорил, что взаимозависимость Казахстана и России глупо отрицать, тем более глупо бороться с нею. Следует просто работать над тем, чтобы извлечь из этой зависимости максимальную выгоду. Что, кстати, и происходит сегодня.

Газопровод по дну Каспия проложен не будет. Перспективнее инвестировать в сжиженный газ

Поэтому наш ответ на предложение Польши участвовать в продлении нефте-провода Одесса – Броды до Гданьска, а затем использовать его для поставок в Европу казахстанской нефти был основан исключительно на экономических соображениях. Во-первых, проект интересен, но в перспективе, когда появятся дополнительные объемы нефти, еще не учтенные в сегодняшних контрактах и договоренностях. Во-вторых, проект этот может быть успешным лишь при участии в нем российской стороны, поэтому следовало бы и Москву пригласить для его обсуждения.

В совместном заявлении по итогам встречи казахстанского и польского президентов обращают на себя внимание два пункта. Первый – о поддержке Польшей нашей заявки на председательство в ОБСЕ в 2009 году. Похоже, что у нас эта фраза стала таким же неизбежным элементом любых документов, принимаемых по итогам встреч на высшем уровне, как в случае с КНР – слова о признании единого Китая (то есть о непризнании Тайваня в качестве независимого государства).

Второй – о поддержке Казахстаном и Польшей инфраструктурных проектов, направленных на создание транспортного коридора Центральная Азия – Южный Кавказ – Европа. Коридор этот действительно создается, и мы в нем заинтересованы. Но он в глазах Европы предназначен для соединения не столько с Центральной Азией, сколько с Китаем. И здесь уместно будет вспомнить, что в планы Казахстана входит строительство другого коридора – от китайской границы (Хоргос) до российской (Таскала – Озинки), где предполагается создать современные транспортно-логистические центры и даже промышленные зоны. По какому маршруту китайцы повезут свои грузы в Европу – это решать им.

У Запада перед Россией есть серьезные преимущества. Они лежат в сфере высоких технологий. Увы, пока что Запад не проявляет заинтересованности даже в переработке добываемой в Казахстане нефти. До сих пор обсуждение перспектив сотрудничества с Казахстаном в энергетической сфере и Вашингтон, и Брюссель склонны превращать в обсуждение вопроса о том, где и как продавать казахстанскую нефть. Но сегодня это нам уже неинтересно. Даже если мы вдруг решим по какой-то причине освободиться от российской зависимости, нефть нашу купят и Китай, и Индия. На днях в интервью испанской газете El Pais Нурсултан Назарбаев заявил: «Единственное наше желание – продавать наши ресурсы как можно эффективнее и с наибольшей выгодой».

Индикатором отношения Европы к Казахстану может стать реакция Евросоюза на предложение казахстанского президента строить не газопровод по дну Каспия (г-н Назарбаев считает, что у этого проекта нет будущего), а завод по производству сжиженного газа. Возможно, ответом следует считать декларацию о строительстве нефтепровода Констанца – Триест?

Не нефтью единой

Конечно, диверсификация отечественной экономики все еще остается задачей нашего правительства, а не свершившимся фактом, поэтому и в ходе визита российского премьера в центре внимания была нефть. Требования Казахстана озвучены уже давно – увеличить объемы прокачки нашей нефти по российским трубам, прежде всего по системе КТК. Решить этот вопрос не удалось, зато стало наконец-то ясно, когда и как это должно произойти.

Пропускная способность КТК будет увеличена, но только после запуска нового трубопровода в обход проблемного Босфора. Министр энергетики Бактыкожа Измухамбетов сообщил, что Казахстан хотел бы участвовать в создании нефтепровода Бургас – Александруполис. Причем мы готовы к участию как за счет греко-болгарской доли (49%), так и за счет российской (51%). Исходя из того, что на начальном этапе пропускная способность нефтепровода составит 30–35 млн тонн в год, Казахстан готов поставлять 10–12 млн тонн. Параллельно с реализацией этого проекта будет решаться и вопрос о расширении КТК. Кроме того, Казахстан добивается от России увеличения объема поставок казахстанской нефти по нефтепроводу Атырау – Самара с нынешних 15 до 20–25 млн тонн, и есть основания полагать, что он этого добьется. Во всяком случае, увеличение мощностей обоих трубопроводов стало бы достойным ответом на замечание, высказанное в Астане месяцем ранее заместителем госсекретаря США Дэниэлом Салливаном: «Существующие в настоящее время маршруты транспортировки углеводородов через территорию России уже наполнены и не позволяют прокачивать дополнительные объемы».

Другой важный вопрос, который решался в ходе визита, – это электроэнергетика. Дефицит электроэнергии в нашей стране, вроде бы вполне предсказуемый, все же подкрался незаметно и стал, что называется, головной болью для нашего правительства. Поэтому проект совместного с россиянами строительства атомной электростанции – долгосрочный и пока еще не проработанный в деталях – должен помочь Казахстану преодолеть эту преграду на пути дальнейшего экономического роста. Глава «Росатома» Сергей Кириенко заявил, что АЭС будет построена в Актау. И, разумеется, указал на важность интеграции Казахстана и России как двух главных мировых производителей урана, очевидно, намекая на ранее достигнутую договоренность об использовании центра по обогащению урана в Ангарске. Обсуждалась и программа создания общего рынка электроэнергии двух стран.

В рамках визита г-на Фрадкова российский Внешэкономбанк подписал меморандум о сотрудничестве с Банком развития Казахстана (БРК). По информации БРК, речь идет о финансировании приобретения казахстанской компанией Inter Forest российской деревообрабатывающий компании – Маклаковский ЛДК (Красноярский край). А говоря об инвестициях российского бизнеса в Казахстан, российский премьер напомнил о КамАЗе, Казанском вертолетном заводе, башкирских нефтехимических предприятиях.

Едва Михаил Фрадков отбыл из Астаны в направлении Чукотки, как уже казахстанский министр обороны Даниал Ахметов направился в Москву, где у него, кажется, намечаются серьезные переговоры и по модернизации нашей военной техники, и по совместному созданию высокоточного оружия. В мае будет визит в Астану российского президента, а осенью пройдет очередное заседание двусторонней межправительственной комиссии. Словом, график казахстанско-российских встреч будет плотным. А если к двусторонним встречам добавить мероприятия в рамках ЕврАзЭС, СНГ, ОДКБ, ШОС, то станет понятным, что институциональный каркас для казахстанско-российских отношений имеет столь высокий запас прочности, что, с одной стороны, позволяет нам участвовать в самостоятельных проектах с третьими странами, с другой – не беспокоиться об ущемлении интересов союзника.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Риски разделим на всех

ЕАЭС сталкивается с трудностями при попытках гармонизации даже отдельных секторов финансового рынка

Экономика и финансы

Хороший старт, а что на финише?

Рынок онлайн-займов «до зарплаты» становится драйвером развития финансовых технологий. Однако неопределенность намерений регулятора ставит его развитие под вопрос

Казахстанский бизнес

Летная частота

На стагнирующий рынок авиаперевозок выходят новые компании

Тема недели

Под антикоррупционным флагом

С приближением транзита власти отличить антикоррупционную кампанию от столкновения политических группировок становится труднее