Полонез Качиньского

Недавний визит Леха Качиньского в Казахстан и неприкрытое стремление Польши избавиться от российской зависимости в плане поставок энергоресурсов позволяли Астане получить вакантную должность солиста в полонезе имени польского президента. Но этого не случилось

Полонез Качиньского

Нурсултан Назарбаев увязал участие его страны в проекте Одесса–Броды с необходимостью пригласить в него Россию. Фактический отказ Казахстана всерьез рассматривать «объездные пути Москвы» ставит официальную Варшаву в сложное положение.

Вояж польского лидера поднимает большой пласт проблем, связанных с диверсификацией поставок казахстанской нефти, объемы добычи которой в среднесрочной перспективе могут стать несимметричными мощностям имеющихся экспортных трубопроводных систем. По имеющимся прогнозам, Казахстан экспортирует в 2007 году 59 млн (в прошлом году – 57 млн), в 2010-м – 72 млн, 2015-м – 123 млн, в 2020-м – 147 млн тонн нефти. Очевидно, сегодняшних мощностей по прокачке нефти недостаточно. Астана ищет альтернативные пути, исходя из знаменитой денсяопиновской установки: не важно, какого цвета кошка, главное, чтобы она ловила мышей. Для Казахстана не имеет значения география и маршруты поставок, интереснее извлекаемая маржа и максимально возможные поступления в нефтяной фонд.

Болезненная реакция Москвы

Можно предположить, что официальная Варшава ошиблась, приняв дипломатические уверения Астаны в поддержке проектов в рамках энергетической безопасности Евросоюза за абсолютную истину. Президент Назарбаев – довольно гибкий политик и неплохой стратег. Но вместе с тем прагматичный руководитель, понимающий тонкую грань, разделяющую политику и экономику. Отправляя на экспорт через территорию России 41 млн тонн нефти из общего объема в 52 млн тонн, казахстанский президент понимает, что сегодняшняя стратегия ЕС в сфере развития нефтепровода Одесса–Броды больше политика, нежели экономика. Почти 80% экспорта казахстанских углеводородов по транспортным системам России для Астаны – экономика, в меньшей – политика. Поэтому привлечение российских нефтяных компаний с разветвленной транспортной системой к проекту Одесса–Броды необходимо Астане для того, чтобы иметь реальные гарантии экономичной доставки нефти к вышеупомянутой трубе.

История нефтяных казахстанско-российско-польских взаимоотношений уходит корнями в тендер за право управления литовскими активами «ЮКОСа». Борьбу за нефтеперерабатывающий завод Mazeikiu Nafta, нефтетерминал Бутинге и соответствующую инфраструктуру вели польская PKN Orlen, американская ConocoPhilips, казахстанский «КазМунайГаз», а также российско-британская ТНК-ВР и российский «ЛУКОЙЛ». Наибольший интерес к покупке проявили Казахстан и Россия. Максимальную цену за активы предложили казахстанцы. Победителем тендера стала польская PKN Orlen. «Россиянам завод нужен, – прокомментировал «Эксперту Казахстан» ситуацию вокруг Mazeikiu аналитик инвесткомпании «Атон» Артем Кончин, – тому же «ЛУКОЙЛу», «Роснефти», ТНК-ВР, тем более что последняя половину своих экспортных мощностей сконцентрировала в западном направлении. Это довольно прибыльный бизнес, если у вас есть свой надежный источник нефти.

Аналитик инвесткомпании «Антанта Капитал» Георгий Иванин пояснил нашему изданию, почему среди заинтересованных сторон тендера появилась «Роснефть». По его мнению, россияне не хотели, чтобы данные активы ушли из-под контроля кредиторов, наиболее крупными из которых являются МНС РФ и государственная «Роснефть».

А Екатерина Кравченко, аналитик компании «БрокерКредитСервис», не столь однозначна в оценке литовских активов. С одной стороны, Mazeikiu Nafta географически близка к европейским рынкам, технологически продвинута, имеет оптимальную схему поставок и хорошую логистику. С другой – принимая во внимание стратегию России по снижению зависимости от транзита нефти через балтийские государства, российским нефтяным компаниям целесообразнее покупать активы в Европе, чтобы изменить саму структуру поставок.

Нет никакого сомнения в том, что отказ «КазМунайГаза» сотрудничать с польской PKN Orlen носит точечный характер и является своеобразным сигналом России об активизации сотрудничества в сфере экспорта казахстанской нефти на внешние рынки

Позицию России после проигрыша тендера по Mazeikiu Nafta можно охарактеризовать как выжидательную: посмотрим, как поляки без прямых поставок нефти по трубопроводу «Дружба», контролируемому «Транснефтью», смогут вывести завод на приемлемую рентабельность. Конфликт с Белоруссией по транзиту нефти в начале текущего года добавил дров в тлеющий костер раздражения и обиды. Усилившуюся переориентацию российских экспортных потоков на расширение Балтийской трубопроводной системы (возможное увеличение мощности прокачки еще на 50 млн тонн) и пока лишь абстрактные «Бургас–Александруполис» и «Восточная Сибирь–Тихий океан» можно воспринимать как ассиметричный ответ польско-литовскому альянсу, предрешившему исход борьбы за Mazeikiu Nafta.

Казахстанский вектор поддержки

Казахстан внес свою лепту в российско-польский конфликт. Когда в середине марта текущего года PKN Orlen изъявила желание поработать в структуре казахстанских нефтяных активов, национальная компания «КазМунайГаз» ответила корректным по форме, но весьма жестким отказом. Предполагалось, что соответствующее соглашение между польской нефтяной компанией и «КазМунайГазом» будет подписано в конце марта, когда Казахстан с официальным визитом посетит польский президент Лех Качиньский. Эта сделка должна была снизить зависимость поляков от российских энергоносителей. Можно лишь представить, с каким настроением ехал в Астану г-н Качиньский, которому не смогли подготовить к подписанию ключевой документ визита.

Польская компания PKN Orlen специализируется на переработке нефти. Она входит в число крупнейших в Центральной и Восточной Европе нефтяных компаний, перерабатывая около 32 млн тонн нефти в год. Концерну принадлежит 7 нефтеперерабатывающих заводов в Польше, Чехии, Литве. Всего в группу входят 76 предприятий, их общий оборот по итогам 2005 года составил 11 млрд евро. Розничная сеть объединяет более 1,8 тыс. АЗС в Польше и около 540 в Германии.

Два года назад PKN Orlen разработала новую стратегию развития, согласно которой планировала заняться нефтедобычей. Намеревалась увеличить количество сырья с 0,4 млн тонн в 2007 году до 4,3 млн в 2015-м. Были определены даже объемы инвестиций в 130 млн долларов в год в 2007–2009 годах, а в течение следующих 5 лет – 438 млн долларов в год. При этом поляки поставили цель повысить показатель интеграции, представляющий соотношение добычи к переработке с 2,3% в 2007 году до 6,2% в 2010-м и до 20,6% к 2015 году.

Нет никакого сомнения в том, что отказ «КазМунайГаза» сотрудничать с польской PKN Orlen носит точечный характер и является своеобразным сигналом России об активизации сотрудничества в сфере экспорта казахстанской нефти на внешние рынки. Казахстанская компания понимает, что договариваться с поляками за спиной России нецелесообразно. Российская «Транснефть» имеет довольно ощутимые рычаги воздействия на ситуацию. Она продемонстрировала их дважды.

В первом случае это произошло во время тендера за Mazeikiu Nafta, когда «КазМунайГаз», предложившая большую, чем поляки, цену за активы, не смогла гарантировать одно из условий конкурса – бесперебойные поставки нефти на НПЗ. Препятствием стала позиция «Транснефти», которая отказалась предоставить казахстанской компании транспортную квоту на 12 млн тонн нефти.

Во втором – после аварии на нефтепроводе «Дружба» была отключена ветка, идущая напрямую на Mazeikiu Nafta. После того как ссылки на ремонт нефтепровода стали некорректными, глава «Транснефти» Семен Вайншток причиной отключения назвал изношенность трубы, которой исполнилось 42 года при среднем периоде эксплуатации в 30 лет. Аналитик «Атона» Артем Кончин не видит в сложившейся ситуации вины «Транснефти». По его словам, 42-летняя труба может прорваться где угодно, и если это произойдет на территории иностранного государства, то ситуация может осложниться.

Г-н Кончин говорит, что сейчас они шумят по поводу отключения «Дружбы», а в случае повторной аварии реакция будет еще более острой.

Теперь, когда головная боль «КазМунайГаза» по наследству перешла к польским нефтяникам, озабоченным загрузкой НПЗ сырьем, Казахстан намерен получить от России причитающиеся ей дивиденды.

Первые уже получены от российского премьера, посетившего Астану в то же время, что и польский президент. Россия и Казахстан закрепили в двустороннем соглашении объемы и направления транзита нефти на среднесрочную перспективу. В основном это касается трубопровода Атырау–Самара, объемы прокачки по которому закрепляются на уровне 15 млн тонн в год. Казахстан хочет увеличить экспорт по нефтепроводу до 20–25 млн тонн, на что Россия предлагает рассматривать вопрос в контексте строительства Бургас–Александруполис. Казахстан, следуя совету, намеревается добиться от России расширения мощностей Каспийского трубопроводного консорциума, тогда как Москва увязывает его с перспективой строительства Бургас–Александруполис. Так что следующие дивиденды, на которые рассчитывает Астана, находятся в стадии активного обсуждения. «КазМунайГаз» совместно с Chevron приняли решение о заинтересованности в выкупе болгарско-греческой доли, и, вполне возможно, достижение компромисса лишь вопрос времени. В связи с транспортировкой казахстанской нефти по КТК почти всегда поднимается вопрос альтернативных поставок по нефтепроводу Одесса–Броды. Предварительные подсчеты показывают, что плата за транспортировку по данному маршруту составит 58 долларов за тонну, что на 24 доллара выше, чем по КТК.

Один на один с Mazeikiu Nafta

Литва сделала все, чтобы активы не достались российским компаниям. В период проведения тендера за Mazeikiu Nafta сейм принял специальное постановление, согласно которому поставщики нефти не могут выступать в качестве владельцев активов на территории Литвы, в результате чего россияне не смогли бороться за активы. «Я не вижу в этом решении какого-то экономического смысла, – говорит Артем Кончин, – это, скорее, попытка как-то регулировать деятельность вертикально интегрированных компаний. Оно ограничивает их рентабельность и коммерческий интерес. Иметь собственный завод и, минуя посредников, поставлять свое собственное сырье на предприятие – в этом заключается коммерческий интерес таких компаний».

Позиция литовской стороны связана с опасениями, что Россия впоследствии сможет использовать контроль над предприятием для политического шантажа. Отчисления в бюджет Литвы от Mazeikiu Nafta составляют 12% от ВВП, что свидетельствует о значимости НПЗ для страны.

Созвучен литовским интересам и проект, вынашиваемый польским президентом Лехом Качиньским. Он намеревается сформировать единый транспортный консорциум, в рамках которого казахстанская нефть будет транспортироваться по Каспию до Баку, затем по трубопроводу до грузинского терминала Супса, далее по Черному морю до Одессы и вновь по трубопроводу – до Плоцка. Однако данный проект может быть профинансирован и реализован европейскими структурами лишь при условии подтвержденных источников поставок и сбыта нефти. Именно эту задачу с переменным успехом решал президент Польши в ходе своего визита в Казахстан и Азербайджан.

На фоне глобальных планов по обеспечению энергетической безопасности ЕС польская компания PKN Orlen оказалась разменной монетой. С одной стороны, есть очевидные плюсы приобретения: компания стала лидером Центральной Европы по мощности переработки, выросшей с 21,7 до 31,7 млн тонн нефти в год. Ближайшие конкуренты – OMV (23 млн) и MOL (21 млн) заметно отстали от PKN Orlen. С другой – проявились и минусы, которые невозможно игнорировать. К прекращению подачи сырья по «Дружбе» можно присовокупить пожар на НПЗ в октябре прошлого года. Огнем уничтожена одна из ректификационных башен, а ущерб предприятия составил 49 млн долларов, при этом мощность переработки снизилась с 27 тыс. до 12 тыс. тонн нефти в сутки. Цена вопроса для польской компании следующая: 2,8 млрд долларов для покупки 84,36% акций НПЗ необходимо привлечь за счет кредитов и выпуска в нынешнем году евробондов, затем согласно условиям тендера выкупить остаток акций у миноритарных владельцев и потратить порядка 300–330 млн долларов на капвложения после пожара.

Как подчеркнул Артем Кончин, когда поляки покупали активы, их цена и ситуация вокруг Mazeikiu Nafta была совсем иная. Аналитик видит две возможности для выживания: или ждать, пока маржа стабилизируется, или поставить Mazeikiu Nafta на реконструкцию до лучших времен. Екатерина Кравченко из «БрокерКредитСервис» уверена, что многое зависит от конъюнктуры цен на нефтепродукты. Пока они высокие, Mazeikiu Nafta может работать без проблем, солидная маржа ей обеспечена. А разброс цен на нефть и нефтепродукты такой, что им (полякам. – Прим. автора) интересно перерабатывать нефть.

Польша вынуждена возить нефть для переработки танкерами из терминала Бутинге. Г-н Кончин считает, что это решает проблему загрузки предприятия, но не проблему рентабельности. Признавая, что самый дешевый способ загрузки Mazeikiu Nafta – доставка нефти по «Дружбе», он полагает, что прибавка к цене нефти составляет 1,5–2 доллара на баррель. У подобных НПЗ маржа слишком тонкая, чтобы не ощущать потерь.

Резюмируя вышесказанное, следует отметить одно существенное обстоятельство. Польская компания даже при не совсем благоприятных обстоятельствах вокруг Mazeikiu Nafta не приостановила сделку и готова пойти на долгосрочные инвестиции. Видимо, PKN Orlen до такой степени нужны перерабатывающие активы, что она готова потерпеть, пока их маржа на НПЗ не стабилизируется. Упорство поляков в вопросе Mazeikiu Nafta может свидетельствовать и о том, что кроме экономических мотивов имеют место быть и политические. Литовские активы им нужны для того, чтобы дистанцироваться от России, наладить альтернативные маршруты поставок и частично осуществить планы польского президента по диверсификации энергопоставок.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности