Красим белым мелом

Микрокредитные организации переименуют в микрофинансовые и вернут под крыло регулятора

У микрокредитования есть свои специфические особенности, и создание МКО ради призрачной «большой» маржи — это утопический путь
У микрокредитования есть свои специфические особенности, и создание МКО ради призрачной «большой» маржи — это утопический путь

То, о чем так долго говорили и чего ждали на рынке микрокредитования, свершилось. В конце ноября президент подписал Закон «О микрофинансовых организациях» (МФО). Новый документ отменяет действовавший с 2003 года Закон «О микрокредитных организациях» (МКО). Переименованные МКО становятся полноправными участниками регулируемого финансового рынка.

Прежним законодательством регулирование, контроль и надзор со стороны уполномоченного органа (в данном случае Национального банка РК) не были предусмотрены. МКО регистрировались лишь в органах статистики и юстиции. Теперь же они будут включены в реестр НБРК, для них устанавливаются дополнительные требования — в частности, пруденциальные нормативы, как и для других участников финансового рынка: банков, страховых компаний, пенсионных фондов и т.д. Кроме того, они должны предоставлять регуляторную и финансовую отчетность. Предусматривается применение мер правоограничительного характера, как-то: ограниченные меры воздействия и санкции, а также проведение проверок деятельности МФО со стороны уполномоченного органа. Так же, как банки, МФО должны передавать все сведения о заемщиках и выданных займах в кредитное бюро.

В качестве микрофинансовых организаций они смогут, помимо собственно выдачи кредитов, заниматься и другой деятельностью: привлекать гранты и займы, за исключением займов от населения, оказывать услуги лизинга, заключать договоры страхования по поручению страховых компаний, консультировать, обучать и так далее (см. ст. 19 Закона).

В проекте закона предлагалось разрешить МФО создаваться в форме акционерного общества и в этом качестве выпускать свои акции и размещать их среди инвесторов для привлечения средств. Но это положение не было включено в окончательный вариант документа. Тем не менее вхождение сектора в регулируемый рынок повысит его прозрачность, а значит — и инвестиционную привлекательность МФО. Это немаловажно в свете предусмотренного повышения размера уставного капитала для микрофинансовых организаций. В законе указывается, что размер УК устанавливается уполномоченным органом. Ранее для открытия МКО было достаточно оплатить УК в размере 1 тыс. МРП (чуть больше 10 тыс. долларов) при максимальной сумме кредита 8 тыс. МРП (в 2012 году его размер установлен на уровне 1618 тенге). По некоторым данным, регулятором сейчас рассматривается сумма УК для МФО на уровне 30 млн тенге (около 200 тыс. долларов). Если размер уставного капитала будет повышен до этой суммы, можно ожидать сокращения числа МФО за счет слияний, поглощений и добровольного ухода с рынка, так как нарастить УК до требуемого уровня смогут не все компании. В принципе, это не противоречит целям НБРК: снизить риски деятельности МФО и повысить качество услуг, вытеснив слабых игроков с рынка.

Но рынок микрокредитования и без этих нововведений сократился. Агентство РК по статистике на 1 октября 2012 года насчитало лишь 544 активно действующих МКО из 1765 зарегистрированных. Поясним: чтобы считаться активно действующим, достаточно предоставлять отчетность в статагентство. Хотя, возможно, многие компании просто ждали выхода закона, чтобы понять, к чему им готовиться.

Национальный банк и особенно Агентство финансового надзора (в пору своего отдельного существования в качестве регулятора финансового рынка) настаивали на ограничении деятельности МКО по оказанию услуг населению. Во время кризиса, когда большая часть банков очень сильно сократила выдачу новых кредитов из-за высокой доли просроченных займов, а также проблем с ликвидностью, МКО, напротив, расширили свое присутствие на рынке кредитования. Им было разрешено предоставлять займы, максимальная сумма которых составляет 85 тыс. долларов, и услугами МКО заемщики охотно пользовались.

Бывший председатель АФН Елена Бахмутова критиковала МКО за то, что они подменяют банки и даже выдают ипотечные кредиты, хотя не имеют на это права. По ее словам, МКО призваны обеспечивать кредитами производства, крестьянские хозяйства. «Микрокредитные организации должны предоставлять мелкие кредиты в производственной сфере и не заниматься теми областями, которые требуют высокого стандарта обслуживания, высокого качества регулирования», — такие претензии высказала она в адрес МКО на одной из конференций в сентябре 2010 года. Тогда ее поддержал глава Нацбанка Григорий Марченко. Он заявил, что деятельность МКО должна быть ограничена.

В Концепции к проекту закона о микрофинансовых организациях более полно раскрываются причины необходимости регулирования МКО. «В государственных органах отсутствует информация о том, чем занимаются МКО, какие продукты предлагают, как взаимодействуют со своими клиентами. Отсутствие такой информации в свою очередь порождает недоверие, в том числе со стороны населения. Данных, которые МКО предоставляют в Агентство РК по статистике, недостаточно. Анализ информации, публикуемой в СМИ, а также количество рассмотренных жалоб заемщиков МКО, поступающих в государственные органы, позволяет говорить о непрозрачности функционирования МКО, низком качестве услуг по микрокредитованию и наличии различного рода злоупотреблений — к примеру, появление различных “финансовых пирамид” под вывеской МКО (“Клуб миллионеров” в Кокшетау), наличие фактов злоупотреблений, связанных с “перегибами” в политике при возврате просроченной задолженности заемщиками, и другие», — говорится в документе.

Разумеется, упомянутые в Концепции организации не могут участвовать в государственных программах. Но в рамках второго направления «Программы занятости-2020» предусмотрено использование МКО: они должны выдавать кредиты на организацию собственного дела за счет средств, предоставленных им через местные исполнительные органы по ставке, равной средней доходности ГЦБ (конечному заемщику они обойдутся в 7,5–8%). Поэтому регулятору так важно было минимизировать риски невозвратности государственных средств и их нецелевого использования. А этого легче добиться в регулируемом секторе.

Разговор об МКО и влиянии на их деятельность нового закона мы продолжаем с директором ОЮЛ «Ассоциация микрофинансовых организаций Казахстана» Анатолием Глуховым.

— МКО оказались под градом критики регулирующих органов еще несколько лет назад. Считаете ли вы эту критику справедливой и конструктивной?

— Любая критика — не важно, справедливая она или нет, приносит определенную пользу, поскольку заставляет взглянуть заново на деятельность, которой мы занимаемся. Микрокредитование в этом смысле — не исключение. С одной стороны, в стране работают десятки, а может, и сотни добропорядочных микрокредитных организаций, о деятельности которых в СМИ не упоминается ничего, а с другой стороны — широко освещаемые СМИ единичные факты деятельности мошеннических структур под вывеской «МКО» или случаи конфликтных ситуаций между МКО и заемщиками. В результате — негативный имидж у всего сектора; поэтому Ассоциация в своих многочисленных публикациях рассказывала и рассказывает о значимости и пользе микрокредитования для предпринимателей и домашних хозяйств, о том, какими правами обладают заемщики и какие есть обязанности у МКО. Самое главное в этой ситуации — что были приняты правильные решения, и государственные органы при участии Ассоциации разработали новую регулируемую государством модель развития микрофинансирования, в которой создаются предпосылки для институционального роста микрокредитных организаций и в то же время усиливаются механизмы защиты прав потребителей микрокредитов.

— Каким образом до сих пор создавались и функционировали МКО? Участвовали ли банки в их образовании? Объясню: часто говорят, что банки создают МКО, финансируют их, чтобы получить большую маржу, так как микрокредиты — самые дорогие деньги на рынке, к тому же деятельность МКО до сих пор не регулировалась…

— Ранее, с 2003 года, МКО занимались кредитованием на основании Закона «О микрокредитных организациях», а до 2003 года эти организации функционировали на основании соответствующей лицензии Национального банка. Так что взаимодействие с Национальным банком в соответствии с уже подписанным президентом Законом «О микрофинансовых организациях» не будет чем-то особо новым для давно существующих МКО. Говоря о том, участвовали ли банки в создании и финансировании МКО — конечно, участвовали: все мы помним микрокредитные организации Альянс Банка. Другой вопрос — где они сейчас и насколько они были успешные… Все-таки микрокредитование отличается от банковского направления кредитования, в котором есть свои специфические особенности, и создание МКО ради призрачной «большой» маржи — это утопический путь.

— Какие задачи стояли перед МКО и в полной ли мере их деятельность этому отвечала?

— Важно отметить, что целью принятия Закона «О микрокредитных организациях», который по своей сути был очень либеральным, являлась легализация деятельности частных кредиторов, а также создание устойчивых источников финансирования для той категории граждан, которым недоступны традиционные банковские займы. Можно считать, что поставленные задачи были выполнены: в стране по состоянию на 1 октября 2012 года зарегистрировано 1765 микрокредитных организаций, которыми за первое полугодие 2012 года предоставлено 119 000 микрокредитов на 37,5 млрд тенге (за 2011 год эти цифры составили 486 000 и 104,8 млрд тенге соответственно). Принимая во внимание, что практически половина МКО являются бездействующими, шаги, направленные на трансформацию количественного роста МКО в качественный, считаю правильными.

— Какие риски характерны для МКО? В чем отличие от банковских рисков?

— Думаю, что для деятельности МКО характерны те же риски, что и для банков: самый большой — риск невозврата микрокредита, поскольку наш основной вид деятельности — это кредитование. Но в то же время некоторые другие традиционные для банка виды рисков в МКО отсутствуют, поскольку МКО не привлекает вклады и депозиты, не выпускает ценные бумаги, не является участником платежной системы. Кстати, с введением в действие нового Закона «О микрофинансовых организациях» для сектора добавится новый вид риска — регуляторный.

— Каким образом осуществляется взаимодействие с государством? Существуют ли программы финансирования за счет госсредств через МФО?

— В настоящее время государство через микрокредитные организации реализует одно из направлений программы «Занятость-2020» — по финансовой поддержке начинающих предпринимателей, а также через сеть сельских микрокредитных организаций, созданных по линии АО «Фонд финансовой поддержки сельского хозяйства» (ФФПСХ), выделяет средства на развитие предпринимательства на селе. Думаю, что в следующем году будут разработаны новые программы и инструменты финансирования по линии АО «Фонд развития предпринимательства “Даму”». И если по первым программам основной акцент делается непосредственно на конечном заемщике, то программы «Даму» также будут еще предусматривать и развитие самой МФО. Кроме того, хотелось бы также отметить положительную роль структуры ФФПСХ — Центра по поддержке микрокредитных организаций, оказывающего техническое содействие в становлении молодых микрокредитных организаций.

— Во многих странах, например в Китае, МКО (МФО) выполняют государственный заказ, выдавая кредиты индивидуальным предпринимателям под очень низкие проценты на открытие своего дела. Могут ли наши МФО работать по той же схеме и нужно ли это государству и самим предпринимателям?

— Выше я уже указал, что подобная практика существует и у нас. Безусловно, это важный государственный инструмент краткосрочной поддержки и становления предпринимательства. Но в среднесрочном периоде подобные механизмы могут оказать и негативное влияние на состояние сектора микрофинансирования, поскольку нарушаются рыночные законы, разрушается конкурентная среда. Кроме того, государство не может постоянно выделять на это ресурсы, поскольку есть другие нуждающиеся, более социально важные секторы экономики. Соответственно считаю, что более эффективными способами поддержки предпринимателей посредством микрокредитования будут являться механизмы гарантирования микрокредитов, а также субсидирование процентных ставок.

— А самим МФО это выгодно?

— Традиционно процентные ставки в микрокредитовании всегда были выше банковских. И это не от желания заработать больше денег, а от объективных экономических процессов: операционные расходы по обслуживанию малых по размеру займов намного выше, чем по одному крупному займу. Кроме того, МКО не могут компенсировать такие расходы за счет доходов от других видов деятельности, поскольку они законодательно не предусмотрены. Рассматривая этот вопрос в целом, считаю, что необходимо достигнуть равновесия между обеспечением финансовой устойчивости МФО и доступностью микрокредитов для потребителя. Отмечу, что, согласно исследованиям, размер процентной ставки для заемщика не является решающим фактором, приоритетными моментами являются отсутствие бумажной волокиты и быстрота кредитных процедур.

— Для МФО по новому закону в разы повышен размер уставного капитала. Всем ли компаниям под силу нарастить капитал до установленного уровня — предположительно 30 млн тенге?

— Все-таки деятельность МФО не влияет на возникновение системных финансовых рисков (мы уже об этом говорили), поэтому не думаю, что Национальный банк жестко подойдет к этому вопросу. Кроме того, устанавливаемый Законом «О МФО» трехлетний переходный период является для МКО достаточным, чтобы скорректировать свою деятельность; кроме того, он даст возможность Национальному банку проанализировать ситуацию и установить адекватное пруденциальное регулирование.

— Как изменится, на ваш взгляд, рынок микрофинансирования через три года?

— Будут происходить вполне естественные рыночные процессы: возрастет конкуренция, появятся новые игроки. Не будет ничего удивительного, если много компаний уйдет с рынка. Новый закон не содержит никаких чрезмерных требований к деятельности МФО, поэтому те компании, которые стремятся развиваться и которые занимаются социально ответственным финансированием, откроют для себя новые возможности. Ассоциация им в этом будет всячески содействовать и отстаивать их интересы.

Статьи по теме:
Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?