Капиталы для своих

Капиталы для своих

Банковские кредиты становятся существенной частью фондирования бизнеса только в начале нулевых. По данным Национального банка, в 2002 году, например, доля банковских кредитов в общей структуре финансирования достигала всего 9%, в 2005 году она выросла до 13%, в 2009‑м — до 20%. Объем кредитов к ВВП увеличился с 4,3% в 1996 году до 57% в 2007‑м предкризисном году.

В 1990‑е роль банков как кровеносной системы экономики в Казахстане была не столь очевидна. Следует сказать, что тогда большинство известных сегодня банков, работающих с предприятиями и населением, функционировали как карманные банки крупного бизнеса. Яркий пример — Евразийский банк, который до начала 2000‑х занимался исключительно обслуживанием своего акционера — Евразийской промышленной группы (сейчас ENRC).

Можно привести и другие примеры финансово-промышленных групп, процветающих до сих пор: группа компаний «Алмэкс» и Народный банк, ЦАТЭК и Эксимбанк, корпорация «Цесна» и Цеснабанк, «Ланкастер Групп» и Казинвестбанк. Нельзя здесь не упомянуть БТА Банк и аблязовскую ИПГ «Евразия».

Только с начала 2000‑х многие казахстанские банки стали позиционировать себя как универсальные кредитные учреждения и искать клиентов «на стороне». К этому времени уже завершилось создание большинства существующих сегодня банковских холдингов, включающих пенсионный фонд, страховую, брокерскую, лизинговую компании — все вместе или отдельные организации из этого списка. Перечисленные выше ФПК как раз представляют собой сращивание таких финансовых холдингов и промышленных компаний.

В 1990‑е банки не могли получить достаточного фондирования на внутреннем рынке. В стране было не слишком много обеспеченных людей, традиции накопления сильно подорвали девальвация рубля, а затем — введение национальной валюты. Компании же только-только начинали самостоятельный путь в капитализм и через банки в основном проводили безналичные платежи. Поэтому многие фининституты фондировались за счет депозитов государственных компаний: в собственности государства после приватизации и продажи активов зарубежным инвесторам оставались еще стратегические компании (сейчас они все входят в ФНБ «Самрук-Казына»). Так что БВУ занимались в основном финансированием аффилированных структур, а также структур знакомых бизнесменов — на большее денег не хватало.

Только со временем, в течение которого число банков в стране сократилось в несколько раз (от более чем 200 в начале 1990‑х до 35 десять лет спустя), с переходом банковской системы на МСФО, получением Казахстаном, а затем и крупными игроками рынка кредитного рейтинга от международных рейтинговых агентств, банки смогли привлекать деньги с мировых рынков. Создание фонда гарантирования вкладов физических лиц способствовало тому, что и население стало хранить свои средства в банках.

Но решающим моментом для превращения наших банков в универсальные фининституты стала все же доступность иностранных займов. «Дурные» деньги сыграли положительную роль в развитии кредитования в целом, отрицательную — в выборе конечных заемщиков. Ими в основном были высокомаржинальные торговля и строительство. В отчете Нацбанка по финансовой стабильности за 2007 год говорится: «По-прежнему кредитуются торговля, строительство, причем удельный вес кредитов в строительство возрос по сравнению с 9 месяцами прошлого года с 13,5% до 16,7%, в то время как доля кредитов промышленности и сельскому хозяйству в сумме сократилась с 17,2% до 12,7%. Сохраняется превалирование приобретения оборотных средств за счет банковского финансирования над приобретением основных фондов».

Уход БВУ в эти отрасли также не случаен: нужно было обслуживать иностранные долги, да еще и зарабатывать. Торговля и строительство брали деньги под достаточно высокие проценты. В одной связке со строительством стала развиваться ипотека, также достаточно дорогая.

Промышленность и сельское хозяйство с их непонятными залогами или отсутствием таковых (например, у сельхозпроизводителей это основная проблема при банковском кредитовании), а также высокими рисками невозврата были менее интересными заемщикам. Речь, конечно, не идет о крупных сырьевых компаниях — флагманах казахстанской экономики: они фондировались за рубежом, где стоимость денег для них была намного ниже. В середине «нулевых» крупнейшие корпорации — «Казахмыс», ENRC, а потом и «КазМунайГаз» — разместили свои акции на Лондонской бирже, получили рыночную оценку и привлекли дополнительные средства на развитие.

Так что вклад банков в развитие реального сектора нельзя назвать значительным. Привлекательными клиентами всегда были те секторы, которые могли обслуживать высокие процентные ставки. Только после кризиса банки обратили внимание на те предприятия, которые генерируют, может, не столь высокие, сколько понятные и стабильные доходы. Хотя и сейчас многие предприятия реального сектора считают банковские деньги слишком дорогими, а сроки их размещения — короткими. Об этом говорят опросы предприятий, которые проводит Нацбанк.