Налоги и шариат

Исламский банкинг и рынок совместимых с исламскими стандартами финансовых продуктов переживают период бурного роста. Привлекательность исламских финансовых инструментов объясняется их дешевизной и невысоким налоговым бременем или отсутствием налогообложения в странах, предоставляющих капитал

Налоги и шариат

Традиционными  лидерами в выпуске таких продуктов  считаются Малайзия, Саудовская Аравия, Бахрейн и ОАЭ (Дубай). В Европе пытается вырваться вперед Великобритания, столица которой, являясь важнейшим финансовым центром, позиционирует себя как таковую и в части обращения исламских финансовых инструментов. В Люксембурге и Нидерландах ведутся дебаты о внесении изменений в законодательство, позволяющих странам претендовать на роль крупных региональных исламских финансовых центров.

Эти процессы не ограничиваются дальним зарубежьем. В Казахстане в настоящее время также успешно реализуются программы исламского банкинга. В долгосрочной перспективе позиционирование Казахстана как регионального исламского финансового центра не является нереализуемой задачей. В краткосрочной же перспективе, на наш взгляд, этот сценарий не представляется реалистичным, речь может идти преимущественно о потреблении исламских финансовых продуктов.

В налоговом аспекте это будет означать необходимость классификации выплат по таким продуктам в соответствии с положениями национального налогового законодательства и международных договоров.

Право и этика

Чтобы понять особенности исламского банкинга, необходимо разобраться в исламском праве, и здесь нельзя не упомянуть о шариате. Вопреки широко распространенному мнению или, скорее, заблуждению, шариат – это не писаный свод законов. Это система права и этических норм, включающая в себя как сами нормы, так и принципы их создания и их интерпретации.

В отличие от европейской правовой традиции существует слабое разделение между правовыми и прочими нормами, включая религиозные. Источником и тех и других являются Коран и Сунна. Хотя исламская правовая традиция  и признает разделение норм на правовые и этические, именно вторые выступают зачастую критерием юридической корректности.

Следующей важной особенностью исламского права является концепция права собственности. Абсолютное право собственности чуждо исламской правовой традиции,  согласно которой создатель и собственник всего – Аллах. Право собственности лиц является производным от него и подвержено ограничениям. Это ни в коем случае нельзя воспринимать как слабость идеи частной собственности. Частная собственность надежно защищена исламским правом. Идея расщепленной собственности делает исламское право легко совместимым с концепцией траста, то есть доверительного управления. Аналоги этого института разработаны в исламском праве под названием вакфа или вакуфа.

В исламском праве является абсолютным запрет на получение рибы, то есть процентов на заем. Риба понимается как «чрезмерное». В применении к финансам это означает запрет на принятие и выплату вознаграждения на пассивный капитал. Вознаграждение должно иметь своим основанием работу, участие в рисках и/или ответственности.

Исламским правом запрещена выплата вознаграждения за временное пользование деньгами. Вместо традиционной для обычных банков формулы Д-Д` кредитные транзакции исламского банка всегда привязаны к процессу продажи или производства товаров и услуг: Д-Т-Д.

Объяснение не в том, что исламское право не признает ценности временного аспекта пользования денежными средствами. Оно признается и разрешено к компенсации, например, когда есть связь с товарной транзакцией, как частный случай – при продаже товара с отсрочкой платежа, то есть в кредит. Однако компенсация за временное пользование денежными средствами без привязки к производственной или товарной транзакции запрещена.  

Легкое бремя

В условиях сделок между корпоративными резидентами доход банка и заемщика определяется по универсальным правилам, при этом квалификация выплат как процентов или предпринимательского дохода не будет иметь особого значения при налогообложении.

Если получателем является нерезидент, квалификация выплат как процентов или предпринимательского дохода будет иметь различные налоговые последствия. С процентов в казахстанских условиях будет удерживаться налог по ставке 15% или по сниженной ставке (до 10%) в договоре об устранении двойного налогообложения. Предпринимательские доходы по исламским продуктам, не являющиеся процентами, как правило, не будут облагаться налогом в стране-источнике.

В контракте салама на момент его завершения доход банка, потенциально заключающийся в возможности реализовать приобретенный со скидкой товар, не реализован. Здесь нельзя говорить ни о процентах, ни о налогооблагаемом доходе вообще. В контрактах мударабы и мушараки банк, по сути, будет являться участником партнерства с заранее неизвестными финансовыми результатами. В обоих случаях он будет нести риск финансовых убытков. 

В контрактах иджары премия в части превышения выплат над покупной ценой включает в себя и премию за риск собственника. Собственно, это и является основным легитимным основанием выплаты премии. Требование выделения запрещенных к взиманию и уплате процентов за временное пользование денежными средствами делает сомнительной с точки зрения требований исламского права всю конструкцию иджары. Соответственно выплаты по иджаре согласно идее самого инструмента не должны квалифицироваться как проценты.

В казахстанских условиях многие договоры об избежании двойного налогообложения в статьях о роялти включают в их понятие арендные платежи. По таким договорам платежи по иджаре могут облагаться налогом у источника. Наличие в договорах такого условия и возможность эффективного зачета удержанных в Казахстане платежей в стране арендодателя должны учитываться при подготовке контрактов иджары.

Согласно Модельной конвенции Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) относительно немногие исламские финансовые продукты могут рассматриваться как займы, в смысле квалификации платежей по ним как процентов. Пожалуй, единственным бесспорным «кандидатом» будут платежи по мушараке в части превышения платежей над покупной ценой имущества.

Британский опыт

Великобритания, начиная с финансового (бюджетного) акта 2005 года, последовательно вводит специальные правила налогообложения выплат по исламским финансовым продуктам. Идеология этих изменений сводится к приравниванию выплат по исламским финансовым продуктам к процентам там, где это возможно. Если обычные бизнес-расходы и доходы рассматривать как проценты, то в контексте международного налогообложения можно облагать выплаты у источника. В то же время обычные доходы согласно статье 7 Модельной конвенции могут облагаться у источника лишь в случае наличия у получателя в стране-источнике постоянного представительства.

Первыми в списке включаемых в налоговый режим исламских (или «альтернативных» в терминологии британских налоговых актов) финансовых продуктов являются долговые – мурабаха и основанный на долге сукук, либо  квазиисламские, которые по своей сути не соответствуют базовым критериям, предъявляемым к исламским финансовым продуктам. 

При этом признается, что некоторые продукты не могут квалифицироваться как долговые, а значит, и выплаты по ним – как проценты.

Такая попытка разогнать маятник в сторону бюджетных интересов наверняка будет предприниматься и в других странах, которые встретятся с необходимостью классифицировать выплаты по исламским финансовым продуктам в целях налогообложения. В связи с этим нужно быть готовыми структурировать сделки так, чтобы исключить возможность интерпретации отношений как заемных.

Еще одним инструментом уменьшения рисков переквалификации выплат в проценты является использование уже существующих разъяснений законодателя и налоговых органов. В силу широкого использования гибридных инструментов в целях планирования налогов многие страны разъясняли, какие из таких сделок не являются  заемными. Например, участие кредитора в убытках заемщика, что характерно для мударабы и мушараки, не позволяет рассматривать сделку как заемную.

Казахстанский контекст

Налоговое законодательство Казахстана содержит положения, имеющие отношение к налогообложению дохода от исламских финансовых инструментов. Согласно статье 10 Налогового кодекса (НК РК) налогообложению подлежит вознаграждение, то есть выплаты за кредиты; за имущество, полученное по финансовому лизингу в виде вознаграждения в соответствии с законодательным актом РК, регулирующим вопросы финансового лизинга; по вкладам; по договорам накопительного страхования; по долговым ценным бумагам; выплаты по векселю. В статье 178 НК РК говорится, что доходами нерезидентов из источников в РК признаются доходы в форме вознаграждений, за исключением вознаграждений по долговым ценным бумагам, получаемым от резидентов, а также нерезидентов, имеющих постоянное учреждение или имущество, расположенное в Казахстане, если задолженность этих нерезидентов относится к их постоянному учреждению или имуществу.

Законом о банках и банковской деятельности заемные операции определяются как предоставление денег на условиях платности, срочности и возвратности.

Представляется, что обязательства участников партнерства (мудараба и мушарака) по разделению прибыли не будут квалифицироваться как процентные. Во-первых, здесь по определению отсутствует фиксированность вознаграждения. Во-вторых, обязанности партнеров имеют принципиальное отличие от обязанностей заемщика денежных средств и займодателя. Если невозврат заемщиком суммы денег будет квалифицироваться как нарушение обязательства, то невозврат партнером инвестированных средств может не рассматриваться как нарушение в случае убыточности проекта.

Учитывая то, что мудараба и мушарака не удовлетворяют условиям платности, срочности и возвратности, маловероятна классификация доходов от них в качестве процентов. Иджара в свою очередь тоже не подпадает под категорию займов, однако может рассматриваться как операционная аренда, выплаты по которой могут квалифицироваться как роялти. Статья 10 НК РК определяет роялти как платеж за использование или право использования авторских прав, программного обеспечения, патентов, чертежей или моделей, товарных знаков или других подобных видов прав; использование или право использования промышленного, торгового или научно-исследовательского оборудования; использование ноу-хау; использование или право использования кинофильмов, видеофильмов, звукозаписи или иных средств записи. При этом морские и воздушные суда, арендуемые по договорам бербоут-чартера или димайз-чартера, относятся к промышленному оборудованию.

Роялти рассматривается как доход из казахстанского источника, подлежащего налогообложению у источника выплаты по ставке 20%, но она может быть снижена до 10% согласно договорам об избежании двойного налогообложения.

Существующие правила национального и международного налогообложения создают возможность структурирования сделок с исламскими финансовыми инструментами с более благоприятными, чем в отношении традиционных заемных сделок, налоговыми последствиями. И это не требует внесения изменений в законодательство, т.е. возможно уже сейчас.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики