КТК не готов к расширению

Проблемы КТК, связанные с его расширением, вряд ли возможно решить снижением процентов по кредитам и увеличением тарифа за прокачку

КТК не готов к расширению

С

обрание акционеров Каспийского трубопроводного консорциума (КТК), состоявшееся 18–19 сентября 2007 года в Алматы, поддержало предложения российского акционера – ОАО «АК» Транснефть снизить проценты по кредитам консорциуму с 12,66 до 6% и увеличить тариф перекачки по нефтепроводу с 30,2 доллара до 38 долларов за тонну. Эти решения должны помочь убыточному и погрязшему в долгах консорциуму избежать банкротства и выгодны Chevron, намечающей рост добычи нефти в Тенгизе.

Не лучшие времена КТК

КТК переживает сейчас далеко не лучшие времена. Общий объем долгов консорциума перед акционерами составляет около 5 млрд долларов. До 2006 года трубопровод работал с убытками. В 2006-м, когда был прокачан 31 млн тонн нефти, руководство консорциума заявило о полученной прибыли, но раскрыть ее размер отказалось. Впрочем, есть основания не верить этим заявлениям.

Владелец российской части трубопровода – ЗАО «КТК-Р» завершило 2006 год с убытками в размере 4,66 млрд рублей. В конце того же года Федеральная налоговая служба России предъявила компании налоговые претензии за 2002–2003 годы в размере 4,7 млрд рублей, и за 2004–2005-й – 230 млн долларов, обвинив ее в нарушении налогового законодательства путем увеличения выплат процентов по займам выше обозначенного в законе порога, не облагаемого налогами на прибыль. Дело компании рассматривалось в Арбитражном суде Москвы. «КТК-Р» 17 сентября 2007 года удалось добиться признания налоговых претензий незаконными. Эксперты не считают это решение окончательным и предполагают новую волну судебных разбирательств между ФНС и ЗАО «КТК-Р».

При таких фактах работы российской части трубопровода трудно поверить, что весь консорциум благополучно завершил 2006 год.

Препятствия к расширению

СМИ, рассматривая итоги собрания акционеров КТК, делали акцент на том, что эти решения сняли главные препятствия на пути расширения мощности трубопровода. Принятие предложений России увязывалось со строительством нефтепровода Бургас – Александруполис в обход турецких проливов, и здесь усматривался некий конфликт интересов. Однако при более тщательном взгляде становится очевидным, что главной целью этого собрания акционеров было принятие мер для остановки сползания консорциума к банкротству. Повышение тарифов на прокачку нефти должно увеличить выручку и сделать консорциум рентабельным, снижение процентов – облегчить долговое бремя консорциума перед собственными акционерами.

Соглашение о расширении КТК до 67 млн тонн было подписано еще в 1996 году, но работы так и не начались, и есть все основания считать, что в ближайшую пятилетку они и не начнутся. Пока налицо стремление обеспечить бесперебойную работу хотя бы существующих мощностей.

В этом отношении интересы Chevron и «Транснефти» принципиально схожи. Chevron необходимо обеспечить транспортировку нефти с Тенгиза к порту для экспорта и продажи. Но, несмотря на заявленные планы увеличить добычу до 20–25 млн тонн, сделать это компания пока не может. В настоящее время на месторождении добывается 14,3 млн тонн, и высокосернистая нефть создает массу проблем при добыче. За время эксплуатации на месторождении накопилось около 9 млн тонн серы. В связи с этим сенатор Гани Касымов направил запрос премьер-министру Казахстана Кариму Масимову, в котором пишет, что «если вопрос о 9 млн тонн выброшенной серы не будет решен, то я прошу вас запретить деятельность данной компании на территории Казахстана до полной утилизации серы».

Если Chevron решится увеличить добычу нефти без кардинального решения «серного вопроса», то может повториться ситуация с итальянской Eni на Кашаганском месторождении. Казахстанское правительство показало на деле, что бывает с иностранными компаниями, которые отказались подчиняться воле Астаны.

Контроль над казахстанским экспортом

ОАО «АК» Транснефть» заинтересовано не только в получении прибыли от транспортировки казахстанской нефти по территории России, но и в контроле над определенным процентом казахстанского нефтяного экспорта. Сейчас Россия контролирует экспорт 42 млн тонн казахстанской нефти (87%) по КТК и трубопроводу Атырау – Самара. Поэтому «Транснефть», получив в управление российский пакет акций КТК, так упорно стремилась к тому, чтобы провести через собрание акционеров меры, которые поддержат консорциум и не дадут ему обанкротиться.

Банкротство КТК резко изменит ситуацию с казахстанским нефтяным экспортом. Во-первых, часть потока переориентируется на Баку – Джейхан и/или на китайский нефтепровод. Тогда всерьез может встать вопрос о транзите казахстанской нефти через Китай и отгрузке его потребителям через китайские порты. Во-вторых, неизвестно, в чьи руки попадет трубопровод и каковы будут условия его работы. Эти обстоятельства заставляют «Транснефть» держаться за консорциум.

Контроль над экспортом нефти из Казахстана – это не только доходы для государственной трубопроводной компании, но и привязка Казахстана к России. При банкротстве КТК наличие БТД (куда Казахстан может отправить 25 млн тонн) и китайского направления подорвет основы российского контроля над экспортом казахстанской нефти. Поэтому можно быть уверенным, что «Транснефть» приложит все силы для поддержания консорциума на плаву.

Но в первоочередные планы российской компании расширение КТК, по- видимому, не входит. «Транснефть» может транспортировать через КТК примерно 5–7 млн тонн нефти (этот вопрос обсуждался еще в 2002 году), но компания отказалась строить 50-километровую перемычку Тихорецк – Кропоткин. Кроме того, в свете развития нефтяных портов Актау и Курык, определенных проблем Chevron на Тенгизе и трений между Chevron и ExxonMobil, которые не позволяют завести в КТК дополнительные объемы нефти с других прикаспийских месторождений нефти, перспективы наполнения расширенного КТК сейчас весьма сомнительны. Вполне возможно, что бурное развитие южнокавказского направления транспортировки нефти вообще сделает КТК невыгодным.