Верной дорогой великого кормчего

Редакционная статья

Верной дорогой великого кормчего

Одна из любимых страшилок националистов, живущих на пространствах бывшего Советского Союза, – китайская экспансия. Синофобы старательно подсчитывают количество приезжих из Поднебесной, рассчитывают, сколько баррелей нефти из наших недр выкачали соседи за прошлый год, передают из уст в уста рассказы о китайских учебниках истории, в которых якобы желтым цветом закрашена территория Евразии чуть ли не до Черного и Балтийского морей.

На самом деле все гораздо проще. Нашим соседям нет нужды выплачивать огромные субсидии своим гражданам, решившим переселиться в неуютные степи или готовым вдесятером снимать хибары на окраинах чужих городов. Очарование китайской культуры настолько велико, что мы сами постепенно подпадаем под ее влияние, берем на вооружение китайские стратегии развития и выстраиваем тип общества, комплиментарный китайскому. Причем речь идет о конкретном этапе в жизни Поднебесной – 50–60-х годах ХХ века, времени экономических экспериментов Мао Цзэдуна.

Доказательства этому найти нетрудно. Прежде всего, в подходах к управлению экономикой. Маоистские тенденции проявляются здесь совершенно отчетливо. Только вслушайтесь в названия стратегий, которые «Ак Орда» предлагает в качестве прорывных для страны:

– «Тридцать корпоративных лидеров»;

– «Пятьдесят конкурентоспособных стран»;

– «Казахстан 2030».

Заметим, что к тройке явно прослеживается особая любовь. Может быть, потому что в истории Казахстана (тогда еще – Казахской ССР) были «тридцатитысячники» – коммунисты, которых направляли руководить колхозами и поднимать целину. Очевидно, что число три постепенно приобретает сакральное значение: недавно правительство предложило вывести на фондовый рынок 33 крупные компании. Считается, что это поможет рынку выйти на качественно новый уровень развития.

Все это живо напоминает знаменитые призывы товарища Мао: «Три года упорного труда – десять тысяч лет счастья!», «Идти путем трех знамен» (новой генеральной линии партии, «большого скачка», народных коммун), «Осуществить четыре модернизации» (промышленности, сельского хозяйства, науки, армии) и «Пусть расцветают сто цветов и тысяча школ состязаются между собой!». Остается надеяться, что дело у нас не дойдет до «Ликвидации четырех вредителей» (крыс, воробьев, мух, комаров).

Мы искренне надеемся, что проекты правительства РК будут успешно реализованы и помогут стране войти в число «пятидесяти конкурентоспособных стран» и сделают, наконец, «десять шагов навстречу простым людям». Очень хочется верить, что к 2030 году Казахстан действительно станет, говоря словами президента Нурсултана Назарбаева, «центральноазиатским Барсом и будет служить примером для других развивающихся стран». Форма способна влиять на содержание, и китайский опыт действительно может оказаться необычайно полезен для Казахстана. Правда, это должен быть опыт другого Китая – не председателя Мао, а товарища Дэн Сяопина, который и дал Поднебесной импульс, позволивший ей выйти в лидеры мировой экономики. Но для этого Дэн Сяопину пришлось несколько пересмотреть подходы Мао Цзэдуна к управлению страной. Путь к расцвету лежал через ликвидацию «банды четырех», и на этом пути товарищу Дэну пришлось «три раза умереть и потом три раза воскреснуть». Хочется надеяться, что мы обойдемся без подобных эксцессов.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики