Чудо техники

Редакционная статья

Чудо техники

На протяжении, без преувеличения, десятилетий власти в коммунальной сфере исходили из принципа «если что-то можно сделать завтра — отложи это». Вести себя так позволяла советская инженерная школа, а точнее техника, созданная по ее стандартам. Согласно последним при расчетах множитель по надежности закладывался три-четыре. А для военных или полувоенных объектов составлял и вовсе десять. Никакая капиталистическая страна не могла себе позволить такой расточительности, а СССР — мог. К слову, возможно, отчасти поэтому этой страны больше и нет на карте. Как следствие — то, что давно уже должно было выйти из строя, работало и работало, хотя и покрываясь ржавчиной и морально устаревая. По документации многие агрегаты уже давно пора было списывать — отсюда и огромные цифры износа, регулярно всплывавшие в СМИ еще в 90-е. Другим полезным свойством этой техники была ее так называемая ремонтопригодность. Ее было довольно просто чинить без больших расходов. Невнимание властей к коммуналке объяснялось и тем, что повышение тарифов — тема, которая нервирует население и подрывает конкурентоспособность местных производителей, особенно там, где спрос эластичный.

Однако теперь мы подошли к черте, когда эта фантастическая техника больше не может работать. Она все-таки оказалась не вечной. И несколько лет назад власти с огромной неохотой и раскачкой стали раздумывать над тем, что же все-таки со всем этим огромным хозяйством делать.

Первым жареный петух клюнул энергетиков. Если бы не кризис, Казахстану реально угрожала бы нехватка генерации электроэнергии. В свое время, еще в конце 90-х, под руководством ныне опального Мухтара Аблязова, который тогда был министром, отрасль была отправлена прямиком в рынок. Однако чаемого позитивного эффекта от этого не получилось. Спрос на электричество тогда был невелик. Другим, возможно, более существенным фактором являлось то, что собственники станций не строили их сами. Им просто достались эти активы, нередко по бросовой цене. И у них не было стимула к развитию. Они просто, если цены позволяли им, выплачивали себе дивиденды, на эти деньги обрастали, как у нас водится, холдингами. Если же цены не позволяли, ничтоже сумняшеся выводили энергоблоки из работы.

Экономика тем временем начала расти — энергопотребление, что логично, вслед за нею. Маячивший на горизонте дефицит электричества вполне собственников электростанций при свободном рынке устраивал. Он просто приводил бы к росту цены.

В итоге власть поняла, что так дальше продолжаться не может. И приняла новый закон в 2009 году о предельных тарифах. Стоимость энергии теперь стала регулироваться государством. И рост цены возможен только в том случае, когда увязан с модернизацией или наращиванием мощностей. Фактически государство у нас выступило для бизнеса в роли няньки. Удивительно, но даже зажатые в такие рамки, некоторые предприниматели все-таки продолжили выплачивать себе дивиденды, вместо того чтобы инвестировать эти средства в свои предприятия. Как бы то ни было, результат есть. Электростанции модернизируются. Заменяются турбины, котлы, генераторы. А не только старые приборные щиты на компьютеры — как было раньше, да и то не везде.

Обкатав на электроэнергетике схему, власть надеется теперь то же самое проделать в водоснабжении, в электрических сетях и так далее, и так далее. Возможно, из этого что-то хорошее и выйдет. Потому что иначе… Некоторые алматинцы почувствовали на своей шкуре это в конце декабря, когда из-за прорыва трубы без отопления остались 142 жилых дома в микрорайонах Аксай-4 и Аксай-5, 38 жилых домов в микрорайонах 1 и 3, а также 5 детских садов и 8 школ. В квартирах было +10 градусов по Цельсию. И это не самый северный город в стране.

В действительности заняться вопросом стоило еще в начале 2000-х, когда тариф уже понемногу можно было начать поднимать. Потому что теперь оказывается, что менять нужно уже не какие-то части и постепенно, а практически все и сразу. Отсюда появляется угроза резкого роста инфляции за счет вклада тарифов монополий.

Не совсем понятно, почему модернизация коммунального хозяйства должна происходить исключительно за счет изменения тарифов. Понятно, что людей и компании нужно приучать экономить ресурсы. Но если это будет ставить их на грань выживания, метод преподавания окажется слишком жестоким. Стоит напомнить, что в стране есть длинные деньги — у пенсионщиков, в Нацфонде… Никто однако у нас не рискует выпускать инфраструктурные бумаги, поскольку нет ни у кого уверенности в будущем.

Отрадно, что государство параллельно стимулирует и энергосбережение, даже предлагая некие приемлемые финансовые инструменты. Системный, так сказать, подход. Главное только, чтобы власти не сильно увлекались выращиванием тарифов, соразмеряя их размер и окружающую реальность. А то получится как в России, где электричество уже дороже, чем в США — при несопоставимой платежеспособности.

И точно так же власти не должны самоустраняться, полностью перекладывая это бремя на потребителей. Бюджет обязан тратить деньги на инфраструктуру. Потому что все-таки это государство существует для граждан, а не граждане — для государства.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности