Ресурсный реванш

По крупным новым нефтяным месторождениям и новым проектам в других стратегических отраслях государство в лице национальных компаний должно иметь долю не менее 50 процентов, считает премьер-министр Казахстана Карим Масимов

Ресурсный реванш

Казахстан, одно из самых успешных государств на постсоветском пространстве, лидирующее по темпам роста экономики и иностранным инвестициям на душу населения, вступает в непростую полосу развития. Существенно более компактная по сравнению с российской экономика (по численности населения Казахстан уступает России в девять раз, по размеру ВВП – в двенадцать), к тому же в заметно большей степени зависящая от внешнего финансирования (внешние долги банков и компаний Казахстана приближаются к 90% ВВП, соответствующий показатель для России – 30%), проходит серьезный экзамен на прочность. Ухудшение условий доступа на международные рынки капитала наложилось на скачок импортируемой инфляции. Началось сокращение международных резервов страны (за первую половину октября – на 1,4%). Только за сентябрь активы банков второго уровня (так в Казахстане принято называть коммерческие банки) сократились на 0,7%, а совокупный кредитный портфель поджался на 1,5%. Усилило нервозность международных инвесторов и авторитетное агентство Standard & Poor’s, снизившее месяц назад суверенный рейтинг Казахстана на одну ступень, до нижнего инвестиционного уровня BBB–.

Темпы экономического роста уже успели отреагировать на сжатие кредита, хотя пока и не очень катастрофично. По итогам девяти месяцев года ВВП вырос на 10,1% против 10,7% в прошлом году. В полной мере «кредитные заморозки» будут транслированы в снижение темпов экономического роста Казахстана в будущем году – слишком велика роль банковских кредитов в финансировании строительного сектора и ипотеки (а ее значимость в хозяйстве Казахстана куда выше, чем в России). Последний прогноз МВФ дает цифру роста 7,8% в будущем году. Аналитики российской инвесткомпании «Атон» говорят о 7,5%. Само Министерство экономики и бюджетного планирования Казахстана пока не готово публично огласить актуальный прогноз, хотя глава ведомства Бахыт Султанов не отрицает, что снижение темпов роста и пересмотр их официальных прогнозных оценок неизбежны.

Но самая острая проблема – разогнавшаяся не на шутку инфляция. Внимательный анализ показывает, что слом тренда на снижение инфляции произошел еще в 2005 году. Тогда индекс потребительских цен составил 7,5% (против 6,7% в 2004-м), в прошлом году инфляция подросла до 8,4%. Ну а произошедший в августе-октябре текущего года взрыв цен на продовольствие перевел инфляцию в двузначный формат: по итогам десяти месяцев потребительские цены в Казахстане поднялись на 13,4%, а стоимость продовольственных товаров – на 18,6%.

Серьезные текущие экономические проблемы не умаляют важности стратегических задач, стоящих перед Казахстаном. Это прежде всего уход от чрезмерной нефтегазовой зависимости (на вывоз сырой нефти приходится 60% казахстанского экспорта и 30% – российского), диверсификация хозяйства.

Вторая задача – преодоление доминирования иностранного капитала в стратегических отраслях. Если аккуратно посчитать доли казахстанских компаний в СП и консорциумах, занятых добычей нефти в стране, то доля Казахстана в добыче сегодня не превышает 20%, в запасах нефти – 10%. В последние три года руководство страны прилагает значительные усилия по изменению такого подчиненного положения. Вслед за Венесуэлой, Боливией и Россией Казахстан демонстрирует все более настойчивые попытки изменить баланс сил в ресурсном секторе хозяйства в пользу национальных компаний.

Премьер-министр Казахстана Карим Масимов изложил «Эксперту» свое видение путей решения важнейших задач, стоящих перед страной.

– Карим Кажимканович, как вы можете охарактеризовать текущее экономическое состояние Казахстана?

– В целом экономическое состояние страны я оцениваю как стабильное. В то же время во втором полугодии мировая экономика столкнулась с целым рядом инфляционных вызовов: рост цен на продовольствие, ипотечный кризис в США и другое. Казахстан принимает меры на опережение, чтобы противостоять этим вызовам. По итогам девяти месяцев текущего года темп роста ВВП составил 110,1 процента. Все наши основные экспортные продукты – нефть, зерно, металлы – находятся сейчас на пике своей стоимости, что позволяет сглаживать проблемы, связанные с коррекцией на мировом финансовом рынке. Ипотечный кризис в США в августе текущего года косвенным образом повлиял на самочувствие нашей банковской системы. Банки начали испытывать определенные трудности в заимствовании средств на внешних рынках. После глубокого анализа ситуации мы поняли, что самой банковской системе Казахстана ничего не угрожает – банки спокойно могут рассчитаться со всеми своими обязательствами. Но проблема могла возникнуть со строительным сектором, поскольку банки очень активно кредитовали его и этот рынок был одним из самых быстрорастущих. Мы приняли решение, что правительство поможет с ликвидностью банковской системе только с целью продолжения кредитования жилищного строительства, а также поддержки предприятий малого и среднего бизнеса в несырьевом секторе. Сумма господдержки публично названа президентом – это четыре миллиарда долларов (что эквивалентно 16,4% всех расходов государственного бюджета Казахстана на 2007 год. – «Эксперт»). Средства изысканы из бюджетов 2007-го и 2008 годов, без привлечения ресурсов Национального фонда (аналог российского Стабилизационного фонда с накопленным объемом ресурсов свыше 18 млрд долларов. – «Эксперт»).

– В какой форме будет осуществлена эта поддержка?

– Мы тщательно проанализировали ситуацию. Там, где строительство еще не начато, находится на нулевом цикле, лучше сейчас его заморозить, поскольку произошло определенное охлаждение спроса на недвижимость. Там, где строительство уже идет и привлекались средства дольщиков – физических лиц, правительство окажет поддержку через банки. Конкретная форма поддержки – размещение обусловленных депозитов, а затем софинансирование банков и строительных компаний.

Таким образом, государственные средства поддержки ликвидности – это возвратные деньги. Важно также, что риск остается на банке.

Кроме того, мы проводим мониторинг индустриальных проектов вне строительной отрасли, рыночное банковское финансирование которых сейчас приостановлено либо отложено вследствие определенных проблем с ликвидностью. Важные и качественно проработанные проекты мы будем финансировать через институты развития. Примечательно, что на нас уже начали выходить западные инвестиционные банки, которые предлагают софинансирование этих проектов в пропорции пятьдесят на пятьдесят.

Хотел бы также подчеркнуть, что нашим надзорным органам – Национальному банку, Агентству по финансовому надзору – надо извлечь уроки из нынешней ситуации, более внимательно контролировать и управлять рисками банковской системы.

– Летом Казахстан ввел нормативы для банков, дестимулирующие активные внешние заимствования. Планируются ли дальнейшие ограничения?

– Очередное ужесточение для внешнего заимствования банков планировалось ввести в октябре. Однако теперь такой необходимости нет. Произошло естественное охлаждение рынка внешних займов, жизнь сама внесла необходимые коррективы. Теперь мы планируем вернуться к этому вопросу в январе, но решению будет предшествовать тщательный анализ ситуации в банковском секторе.

– В последние месяцы в Казахстане произошел скачок цен на хлеб и другие продовольственные товары. Какие меры принимает ваше правительство для борьбы с инфляцией?

[inc pk='2001' service='media']

– Я думаю, что по итогам текущего года инфляция превысит 10 процентов – это самый высокий показатель за последние годы. Экономику не обманешь. Если страна семь лет подряд развивается со среднегодовым темпом 10 процентов, то трудно ожидать устойчиво низкой инфляции. В Китае, который демонстрирует высокие темпы развития и в общем-то низкую инфляцию, последняя обусловлена большим количеством населения. Особенно сельского, которое гасит инфляционные процессы, постоянно поставляя дешевую рабочую силу. У Казахстана такого ресурса нет. Мы, наоборот, испытываем недостаток рабочей силы. Кроме того, инфляцию подхлестывают внешние факторы. Посмотрите, как растут мировые цены на зерно, масло, другие продукты питания. Это, конечно, сказывается и на внутреннем рынке. Закрыть свой рынок мы не можем. Напротив, мы заинтересованы в стимулировании развития экспортного производства, интеграции в мировую экономику. Бороться с инфляцией надо прежде всего рыночными методами. Стратегический путь – работа по развитию конкуренции.

Если взять недавний скачок цен на хлеб, то наш анализ показал, что цена по регионам поднялась неравномерно. Наибольший рост показали области, где зерновой и мукомольный рынки существенно монополизированы. Президентом страны принято решение о создании самостоятельного агентства по защите конкуренции с очень большими полномочиями.

Монополии, в том числе созданные при протекции местных властей, мы будем жестко регулировать и при необходимости разрушать.

Вместе с тем отмечу, что нынешний виток инфляции – это результат глобального исторического процесса, вызванного коррекцией между продовольственным и индустриальным рынками вследствие оттока сырья из сельского хозяйства в промышленность.

За последние два-три года мир понял, насколько был недооценен потенциал сельского хозяйства. Так, к примеру, сахар вырос в цене в четыре раза, кукуруза – в три раза, пшеница – более чем в два раза.

Поэтому нынешние высокие цены на продовольствие – явление долгосрочное, и эти новые тренды рождают большие возможности, которые позволят использовать наши огромные аграрные активы для превращения сельскохозяйственной отрасли в еще одну основу экономики, наряду с нефтью и металлами.

Особо подчеркну, что правительство Казахстана продолжит работу по реформированию социальной политики страны в целях защиты социально уязвимых слоев населения.

– Летом текущего года вы выразили уверенность в том, что Казахстан может и должен стать первой страной в СНГ, реализовавшей административную реформу. На чем основана ваша уверенность?

– У административной реформы есть несколько направлений, но во всех странах главной целью является повышение эффективности работы государственных органов. Сердцевина всей работы – внедрение системы управления, ориентированной на результаты. При этом мы намерены внедрить такой механизм в целом в государственном секторе экономики.

Честно отмечу, что работа идет сложно, как и все структурные реформы такого рода. Однако есть уже определенные результаты, а главное – политическая воля руководства страны. И у многих руководителей государственных органов есть понимание необходимости реформирования системы управления, обеспечения реальной взаимосвязи стратегических целей страны с системой экономического и бюджетного планирования.

Все государственные служащие знают, что административная реформа находится на особом контроле у президента страны.

К настоящему моменту мы четко разделили функции между центральными государственными органами, а также между министерствами и их комитетами. В ближайшее время будет завершена аналогичная работа по разграничению функций и полномочий между центральными и местными исполнительными органами. Кроме того, законодательно установлены понятия стратегических, регуляторных, контрольных и надзорных функций, определена их подотчетность.

Несколько дней назад президентом страны в центральных государственных органах назначены ответственные секретари, отвечающие за реализацию экономической политики в соответствующих ведомствах.

С 2008 года в пилотных министерствах и акиматах начинается внедрение бюджетирования, ориентированного на результаты. Мы начали работу по переходу к среднесрочному бюджетному планированию. Правительством летом впервые утвержден реестр государственных услуг, оказываемых центральными и местными исполнительными органами. Завершается разработка и внедрение соответствующих стандартов предоставления госуслуг.

Диверсификация и инфраструктура

– Какие главные стратегические задачи ставятся вашим правительством по развитию экономики Казахстана?

– Как подчеркнул глава государства Нурсултан Абишевич Назарбаев в послании народу Казахстана, для нас существенны не только темпы экономического роста, но и его качество. Важнейшая задача – диверсификация экономики, развитие тех секторов, которые пока нетрадиционны для Казахстана, но в которых имеется потенциал экспортного развития. Нам крайне важно стимулировать инвестиции, в первую очередь частного сектора, в развитие производств, не связанных с сырьем. Нам показался очень интересным опыт послевоенной Японии, опыт выращивания «корпоративных чемпионов» в шестидесятые годы двадцатого века в Южной Корее. Мы постарались максимально изучить их опыт и перенести его на современные реалии. Результатом такой работы стала реализация программы «30 корпоративных лидеров». Она состоит из двух частей. Инициаторами проектов первой части выступают представители бизнеса. Причем это обязательно должны быть частные, а не государственные компании – компании с экспортным потенциалом, который трудно реализовать в одиночку, без государственной поддержки. Например, бизнес говорит: «Мы готовы здесь поставить предприятие, его продукция будет по всем маркетинговым оценкам пользоваться спросом на внешних рынках, помогите нам с инфраструктурой. Помогите нам с железной дорогой или с автомобильной дорогой, или с электроэнергией и так далее». За полгода действия программы таких проектов уже набралось около двухсот с суммарным объемом потенциальных инвестиций несколько миллиардов долларов. Кроме развития инфраструктуры мы готовы частично войти в капитал таких проектов через наши институты развития либо предоставить заемные средства. Как только проект разовьет собственную динамику, государство будет выходить из него. Наиболее предпочтительный способ выхода – продажа государственной доли на фондовом рынке внутри страны.

Экономику не обманешь. Если страна семь лет подряд развивается со среднегодовым темпом 10 процентов, то трудно ожидать устойчиво низкой инфляции

Речь идет не только о финансовой поддержке государства. Где-то по администрированию вопросы надо решить, где-то с конкуренцией есть проблемы и так далее. Конечно, из двухсот претендентов сразу тридцать лидеров не получится, но мы уверены, что по крайней мере пять лидеров, которые могут стать глобальными игроками, в первый год действия программы появится.

Подчеркну еще один принципиально важный момент. Все меры по устранению (снижению) административных барьеров, улучшению бизнес-среды будут распространяться не только на конкретный проект, а на все предприятия соответствующего сектора экономики. Поэтому от реализации программы выиграют все, прежде всего представители малого и среднего бизнеса в несырьевом секторе экономики.

Мы прокачаем через систему «Транснефти» и КТК столько нефти, сколько будет в состоянии пропустить российская трубопроводная система. Все, что она не способна будет переварить, мы будем двигать по другим направлениям

Вторая наша стратегическая задача – сбалансировать рост экономики с развитием инфраструктуры. Мы приняли принципиальное решение развивать инфраструктуру преимущественно через механизм государственно-частного партнерства. Это подразумевает платность пользования услугами созданных объектов инфраструктуры. Мы готовы пойти на платность автомобильных дорог, на платность новых участков железных дорог, для того чтобы окупить вложенные инвестиции. Государство только за счет бюджетных средств с этим не справится.

– Не могли бы вы привести примеры конкретных инфраструктурных проектов, которые планируется осуществить в рамках ГЧП?

– Это три участка железных дорог: два в районе морского порта Актау и один на востоке, в районе границы с Китаем. Можно также упомянуть проект строительства нового аэропорта в городе Актау. Несколько энергетических объектов: ГЭС на Балхаше, ее еще в восьмидесятые годы собирались строить, третий и четвертый блоки на Экибастузской ГРЭС.

– Строительство новых магистральных трубопроводов также будет осуществляться на условиях государственно-частного партнерства?

– Нет, такие объекты представляют особую важность с точки зрения национальной безопасности. Государство самостоятельно финансирует их строительство.

Между двумя гигантами

– Существуют ли для российских компаний и инвесторов из нашей страны какие-то предпочтения в глазах правительства Казахстана или они рассматриваются на общих основаниях?

[inc pk='2002' service='media']

– Россия – наш главный политический и экономический союзник, наш главный торговый партнер. Отношения России и Казахстана – это один из самых лучших на постсоветском пространстве примеров взаимодействия между двумя странами. У нас прекрасные отношения на уровне президентов, правительств, руководителей регионов. Я несколько раз встречался с премьер-министром Зубковым. Мы вместе открывали мост через реку Кигач между Астраханской и Атырауской областями, обсуждали темпы и направления развития наших экономик в рамках встречи глав правительств стран – членов ШОС, состоявшейся накануне в Ташкенте. Обменивались мнениями об опыте Казахстана и возможных совместных путях преодоления тех рисков, с которыми экономики наших стран сталкиваются в связи с ситуацией на мировых рынках.

Все происходящее вокруг Кашагана не является процессом национализации

Нас радует, что российская экономика быстро развивается, крепнут российские компании. Чем больше они будут инвестировать в Казахстане, тем лучше. Российская продукция в основном конкурентоспособна на казахстанском рынке. И традиционно у нас нет языкового барьера.

Российское правительство, насколько я знаю, с не меньшим энтузиазмом приветствует инвестиции из Казахстана в РФ. Наибольший потенциал сотрудничества между двумя государствами заложен, как мне кажется, в совместных инфраструктурных проектах.

– Какое место в стратегии экономического развития Казахстана занимает Китай?

– Китай – наш большой друг, крупный торговый партнер. У нас с ним протяженная граница. Китай – это быстрорастущая экономика, особенно его западная часть. Поэтому мы заинтересованы в углублении взаимоотношений с КНР, в развитии бизнеса между нашими компаниями. Конечно, с китайской продукцией непросто конкурировать, а, например, с отдельными видами продукции легкой промышленности, видимо, вообще проблематично. Поэтому мы должны находить приемлемые ниши взаимодействия. Мы внимательно следим за развитием промышленных зон на западе Китая. В соответствии с этим вносим коррективы в свою политику по развитию тех или иных производств.

Большие перспективы открываются в области развития транспортных коридоров. Мы сейчас активно работаем по строительству автомобильной дороги, соединяющей Китай через территорию Казахстана с Россией. Мы готовы эту дорогу профинансировать за счет своих средств, для того чтобы сомкнуть ее с автомобильными дорогами РФ. Конечно, тут важно наладить трехстороннюю координацию усилий. Казахстан все-таки маленькая страна с точки зрения размеров населения и экономики по сравнению с Россией и Китаем. Поэтому для нас очень важны координация и взаимодействие с нашими крупнейшими соседями и партнерами.

– Россия ощущает усиливающуюся конкуренцию с Китаем на внутреннем рынке по многим позициям машиностроительной продукции, включая энергетическое и нефтегазовое оборудование. Казахстан чувствует подобную угрозу собственному производству?

– У нас нет своего сильно развитого машиностроения, подобного российскому. Промышленность Казахстана в основном была сосредоточена на добывающих отраслях. А дальнейшие переделы были на территории России, в Белоруссии, на Украине. Мы на сегодняшний день закупаем продукцию и в России, и в КНР. Мы заинтересованы в создании совместных производств с машиностроительными предприятиями обеих стран на территории Казахстана.

Вернуть «командные высоты»

– Недавно президент Назарбаев рассказал об амбициозных планах роста нефте- и газодобычи в стране в ближайшие десять лет. По его словам, к 2015 году Казахстан будет добывать 130 миллионов тонн нефти и 80 миллиардов кубометров природного газа, что позволит стране войти в десятку крупнейших нефтеэкспортеров мира. Какое соотношение планируется между основными экспортными направлениями – КТК, Китаем и трубопроводом Баку–Джейхан?

– Президент обозначил свою позицию предельно четко: мы прокачаем через систему «Транснефти» и КТК столько нефти, сколько будет в состоянии пропустить российская трубопроводная система. Все, что она не способна будет переварить, мы будем двигать по другим направлениям. Это Баку–Тбилиси–Джейхан и китайское направление. Кроме того, мы построим трубопровод, позволяющий экспортировать каспийскую нефть в Китай. Мы готовы рассматривать проекты и других экспортных маршрутов.

– Не обсуждается ли вариант продления казахстанской трубопроводной системы до Тайшета, с тем чтобы соединить ее с российской трубой Восточная Сибирь–Тихий океан (ВСТО)?

– Пока не обсуждается, но в целом мы сейчас очень много работаем в рамках развития энергетического сотрудничества между Россией и Казахстаном.

– На каком этапе находятся переговоры правительства Казахстана с международным консорциумом Agip KCO по месторождению Кашаган? Происходит ли сближение позиций сторон?

– Правительство РК с большим вниманием следит за ходом переговоров между полномочным органом в лице АО НК «Казмунайгаз» и подрядными компаниями по урегулированию спорной ситуации, связанной со значительным удорожанием проекта освоения месторождения Кашаган и отсрочкой начала коммерческой добычи.

22 октября этого года полномочным органом и подрядными компаниями СКП был подписан меморандум о взаимопонимании. Данный меморандум определяет основные принципы, в соответствии с которыми стороны планируют урегулировать спорную ситуацию с целью компенсирования потерь РК, возникающих в результате значительного удорожания проекта и отсрочки добычи, а также в целях восстановления первоначального баланса экономических интересов сторон СРП.

Меморандум предусматривает завершение переговоров по определению конкретных механизмов восстановления экономического баланса к 30 ноября текущего года.

Отсутствие конкретных договоренностей к данному сроку поставит под вопрос целесообразность дальнейшего продолжения переговоров в рамках дружественного урегулирования. В этом случае перед правительством встанет необходимость принятия адекватных мер с целью защиты экономических интересов РК.

 Я хотел бы сделать особый акцент на том, что все происходящее вокруг Кашагана не является процессом национализации. Я имею в виду в том числе и недавно вступивший в силу закон РК «О внесении изменений и дополнений в закон РК “О недрах и недропользовании”», который дает нам юридическую базу для отстаивания наших экономических интересов.

– Как вы оцениваете соотношение национального и иностранного капитала в стратегических отраслях Республики Казахстан? Будет ли, и если да, то каким образом, меняться расстановка сил?

– Вы знаете, это очень чувствительный вопрос. В разные периоды времени он решался по-разному. В девяностые годы у нас не было опыта и своих ресурсов по освоению недр – ни финансовых, ни административных, ни управленческих. Поэтому приоритет отдавался привлечению внешних инвесторов, в том числе и в стратегические отрасли, поскольку у нас тогда других альтернатив не было. Отечественный бизнес-капитал был еще не развит, а у государства возможностей не было. Сейчас ситуация кардинально изменилась. Я считаю, что по крупным новым нефтяным месторождениям и новым проектам в других стратегических отраслях государство в лице национальных компаний должно иметь долю не менее 50 процентов. По действующим проектам, там, где иностранный инвестор выполняет условия контрактов, мы будем строго следовать этим контрактам и соблюдать статус-кво. Если же кто-то из инвесторов сейчас намеревается выйти из проекта, продать по тем или иным причинам свою долю, мы, то есть правительство в лице национальных компаний, будем стараться купить пятидесятипроцентную долю в проекте. Приведу пример. Крупнейший в Казахстане угольный разрез «Богатырь» долгое время принадлежал и до сегодняшнего дня принадлежит американской компании, которая проявила желание продать его или слить с российской компанией. Мы вели переговоры по этому поводу и выразили заинтересованность в том, чтобы наша национальная компания приобрела по рыночной цене пятьдесят процентов данного месторождения. Такая договоренность достигнута.

Астана

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности