Туркмения: брак с иностранцем

Евросоюз активизирует сотрудничество с Туркменией, стремясь привлечь ее к участию в Транскаспийском проекте, альтернативном российским маршрутам экспорта газа. Туркмения использует переговоры с ЕС для ценового шантажа своих партнеров из России

Туркмения: брак с иностранцем

В сентябре текущего года между Туркменией, Россией, Казахстаном и Узбекистаном планировалось подписание договора о строительстве Прикаспийского газопровода. Однако из-за позиции Ашхабада, не согласного с предложенной ценой газа (сейчас туркменский газ продается за 100 долларов за тыс. куб м, но продавец настаивает на повышении цены до 150 долларов), идея пока остается нереализованной. Напряженность, возникшая в отношениях Туркмении и России, оживила умершую было надежду Запада на реализацию Транскаспийского маршрута, который должен стать дополнением проектируемого трубопровода Nabucco. В Ашхабад зачастили эмиссары Евросоюза: в сентябре британский министр энергетики Малькольм Викс, в октябре – верховный комиссар Евросоюза по вопросам общей внешней политики и политики в области безопасности Хавьер Солана. В начале ноября совершил визит в Брюссель сам президент Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедов. На середину ноября назначен визит комиссара Евросоюза по вопросам энергетики Андриса Пиебалгса.

«Секретный» меморандум

Переговоры с Туркменией крайне важны для ЕС – Европа пытается вовлечь Ашхабад в проект газопровода Nabucco, призванного снизить зависимость Европы от России. Однако результаты переговоров не очень афишируются. Сенсацией стала недавняя публикация британской The Times информации о том, что в сентябре текущего года во время визита в Туркменистан государственного министра энергетики Великобритании Малькольма Викса между Лондоном и Ашхабадом был заключен секретный меморандум о взаимопонимании, позволяющий британским компаниям получить доступ к запасам туркменского газа. Газета ссылается на представителя одного из департаментов правительства Великобритании, который сообщил о существовании протокола о намерениях, подписанного Министерством нефтегазовой промышленности и минеральных ресурсов Туркменистана и Министерством бизнеса, предпринимательства и нормативно-правовых реформ Великобритании.

Позднее выяснилось, что никакого грифа секретности этот вполне обычный в практике дипломатии документ не содержал, и о его подписании туркменские власти официально заявляли. По мнению российского эксперта Аждара Куртова, «вполне возможно, что дутая сенсация о секретных британско-туркменских протоколах понадобилась для того, чтобы осложнить и без того непростое движение к реализации проекта Прикаспийского газопровода, о строительстве которого договорились лидеры России, Казахстана и Туркменистана весной 2007 года».

Как известно, на нефтегазовых месторождениях Туркмении сегодня работает лишь несколько зарубежных компаний: среди крупных – малайзийская Petronas и арабская Dragon Oil, более мелких – датская Maersk и британская Burren Energy. В конце октября долю в одном из нефтегазовых проектов на территории Туркмении приобрела индийская ONGC Mittal Energy. Ни одной российской компании пока нет.

Подписание туркмено-британского меморандума открывает доступ к туркменским энергоресурсам прежде всего таким компаниям, как British Petroleum и British Gas. Их приход в Туркмению, безусловно, может серьезно осложнить конкуренцию российских компаний с представителями других стран. Но директор Оксфордского института энергетических исследований Джонатан Стерн полагает, что до полноценного сотрудничества Великобритании и Туркмении в газовой сфере пока далеко. И недоумевает: «Эта история с меморандумом вообще выглядит странно. Великобритания не собирается в сколько-нибудь недалеком будущем импортировать туркменский газ».

Вместе с тем подписанный между Великобританией и Туркменией меморандум позволит Туркмении увеличить цену продажи своего газа России. По мнению Владимира Лескова, эксперта НГК «2К Аудит – Деловые консультации», заручившись поддержкой британских властей, президент Туркменистана получает дополнительный аргумент для переговоров с «Газпромом» о повышении цены на газ.

Всем сестрам по серьгам

В настоящее время Ашхабад проводит активную политику многовариантности маршрутов экспорта газа. С Россией обсуждает проект Прикаспийского газопровода. С Китаем подписывает договор о строительстве газопровода в Поднебесную через Узбекистан и Казахстан. Обнадеживает США и Евросоюз, выступающих за строительство по дну Каспия Транскаспийского газопровода. По замыслу Евросоюза новая труба длиной 3300 км должна пройти по дну Каспийского моря и далее «влиться» в Nabucco в обход России по маршруту Центральная Азия – Турция – Болгария – Румыния – Австрия.

Безусловно, участие Туркмении в любом проекте будет оправдано в том случае, если страна сможет гарантировать поставки газа. По словам президента Гурбангулы Бердымухамедова, газа хватит: прогнозные запасы углеводородов только туркменского сектора Каспийского моря оцениваются якобы в 12 млрд тонн нефти и 6 трлн куб. м газа. Насколько эти цифры соответствуют действительности, неизвестно: туркменский сектор Каспийского моря на предмет добычи углеводородов исследован в весьма незначительной степени. Реальные же данные о запасах нефтегазовых ресурсов своей страны туркменские власти тщательно скрывают.

Какова же реальная ситуация с туркменским газом сегодня? В этом году Туркмения планирует добыть около 80 млрд куб. м газа. Из них «Газпром» покупает более 50 млрд куб. м. Еще 7 млрд куб. м ежегодно поставляются Ирану, собственное потребление составляет около 18 млрд куб. мв год. Помимо контракта с «Газпромом», по которому Туркмения обязуется поставлять большую часть добываемого газа до 2028 года (в 2008-м – 63–73 млрд куб. м, с 2009-го – 70–80 млрд куб. м), Ашхабад имеет договоренность с Китаем, куда планирует поставлять ежегодно 30 млрд куб. м. Таким образом, весь газ Туркмении, даже с учетом роста объемов добычи, уже распределен, по крайней мере до 2028 года.

В Ашхабаде полагают, что к 2030 году газодобыча должна достичь 250 млрд куб. м. Однако темпы роста, как показывает статистика, невелики, и реальные объемы добычи газа постоянно отстают от запланированных. Вероятно, чтобы подстраховаться, в мае 2007 года с китайской CNPC был заключен контракт на 1,5 млрд долларов на разведку месторождений природного газа. За 12 лет CNPC должна пробурить 12 разведочных скважин в расположенном на правобережье Амударьи месторождении Южный Иолотань. Но даже если будут обнаружены крупные запасы газа, на доведение их до промышленной добычи потребуются годы. То же самое относится и к вероятным запасам газа на туркменском шельфе Каспия. При таком раскладе у Ашхабада для проекта Nabucco просто не хватит газа. А выполнение соглашения с Китаем может оставить без сырья Прикаспийский газопровод. Ведь согласно контракту в случае нехватки объемов газа для выполнения договоренностей Ашхабад станет это делать за счет других ресурсов.

Таким образом, когда дело доходит до элементарной арифметики, выясняется – все эти газовые проекты пока, во всяком случае, существуют лишь в виртуальных гигабайтах информации о намерениях, а не измеряются в кубометрах и долларах реалий. Тем не менее ЕС ведет переговоры по этому поводу с Ашхабадом. Надо полагать, если Ашхабад и Москва в ближайшее время не договорятся о строительстве Прикаспийского газопровода, то Европа рассчитывает на согласие Бердымухамедова перенаправить потоки газа в Европу через Nabucco. Одновременно Ашхабад дает надежду Китаю, России и США на получение своей доли туркменского газа. С кем из иностранных инвесторов в итоге Ашхабад пойдет «под венец», видимо, неведомо и самому «жениху».

Статьи по теме:
Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?