Инвесторы вышли на казахстанский фронтир

Мировые инвесторы решили направить инвестиции на так называемые пограничные рынки. И Казахстан, входя в перечень пограничных рынков, претендует на волну финансовых инвестиций

Инвесторы вышли на казахстанский фронтир

Пару лет назад в России можно было покупать с закрытыми глазами, – рассказывает Никита Пермяков, начальник управления продаж ИК “Ист Кэпитал”. – Сейчас уже тяжело найти интересные дешевые компании. И, скорее всего, это будут компании, которые плохо торгуются. У нас были клиенты, которые заработали в России, потом пошли на Украину, затем вышли в Казахстан. Много моих клиентов сейчас инвестируют в Азию. Проблема в том, что это очень маленькие рынки, там нет прозрачности, ликвидности и т.д. Но то же самое было и в России».

По мнению г-на Пермякова, сегодня инвесторы двигаются в новые регионы, прежде всего на пограничные рынки (frontier markets). Они отличаются низкой ликвидностью, небольшими размерами, формирование фондовых рынков как таковых еще не завершено. По свидетельству представителя Merrill Lynch Майкла Хартнетта, для них характерна слабая нормативно-правовая база.

Обратной стороной недостатков frontier markets является то, что операции на них способны принести доход, намного превышающий тот, что может быть получен при инвестициях в высокоразвитые рынки. По словам председателя правления компании Compass Михаила Деркавски, пограничные рынки показали большую доходность в 2006-м и начале 2007 года, на них наконец-то появилась определенная ликвидность. Соответственно, интерес к ним со стороны инвесторов значительно усилился. «Компании пограничных рынков торгуются с большим дисконтом к идентичным компаниям развитых рынков. Понятно, что никто не хочет пропустить фантастический рост цен на активы развивающихся и пограничных рынков, который может разразиться в любой момент и пройти очень быстро, поэтому за кажущейся изоляцией некоторых рынков стоит пристальный взгляд десятков тысяч потенциальных инвесторов», – рассказывает Руслан Буликпаев, аналитик компании «Сентрас Секьюритиз».

[inc pk='1960' service='media']

Более того, The Wall Street Journal прогнозирует, что на фоне негативного влияния, которое окажет на мировую экономику и развивающиеся рынки мировой кредитный кризис, привлекательность frontier markets для инвесторов может повыситься. Причина проста – эти рынки интересны тем, что в меньшей степени подвержены колебаниям мировой экономики и меньше коррелируют с другими рынками акций. KASE во время резкого падения мировых фондовых рынков показала меньшее падение ввиду слабой глобализации нашей биржи с мировыми.

Стоит отметить, что казахстанский рынок тоже относится к числу пограничных, причем считается одним из наиболее развитых. Неудивительно, что к нам уже потянулись первые инвесторы. Летом 2007 года одна из компаний южнокорейской Hanwha Group стала акционером казахстанской Seven Rivers Capital (SRC, сейчас доля корейских совладельцев в ее капитале – 50%). В начале января 2008 года SRC объявила, что будет оказывать услуги по инвестиционному консалтингу на рынках Казахстана и СНГ для первого розничного инвестиционного фонда в Южной Корее, который будет инвестировать свои средства преимущественно в активы казахстанских эмитентов.

Храните деньги в казахстанских активах

Интерес к Казахстану возник не на пустом месте. В прошлом году ведущие мировые поставщики индексов, компании Standard & Poor’s (S&P) и MSCI Barra, включили РК в индексы, отслеживающие ситуацию на пограничных рынках. Как заметил по этому поводу директор по индексам развивающихся рынков S&P Табер Джонсон, включение Казахстана в S&P/IFCG Frontier Indices свидетельствует о растущем значении наших компаний для диверсифицированных глобальных портфелей. Действительно, один из крупнейших игроков на рынке мировых инвестиций HSBC Holdings объявил, что в начале 2008 года создаст фонд инвестиций в frontier markets. HSBC считает, что особенно большим потенциалом обладают 10–15 государств, в числе которых страны Персидского залива, Египет, Нигерия и Казахстан.

Если HSBC Holdings только планирует зайти на рынок РК, то англичане уже сделали это. Еще в начале мая 2007 года казахстанская компания Compass совместно со Spencer House Capital Management (Великобритания) создала инвестфонд Tau Capital, вкладчиками которого стали частные клиенты и институциональные инвесторы Западной Европы. Фонд собрал 251 млн долларов. В конце мая того же года Compass, теперь уже в партнерстве с Capital Partners Securities (Япония), создала инвестфонд Kazakh Compass Fund. Основными вкладчиками данного фонда стали частные клиенты из Японии. Этот фонд в свою очередь собрал 80 млн долларов. А фонд Emerging Europe, управляющийся Merrill Lynch, еще в 2006 году стал сокращать объемы вложений в сравнительно развитые восточноевропейские страны (такие как Венгрия и Польша), одновременно увеличив инвестиции в Россию, Украину и Казахстан. Активы фонда составляют более 3,7 млрд евро ($4,5 млрд). Для сравнения отметим, что на сегодняшний день активы казахстанских паевых инвестиционных фондов в совокупности оцениваются в 45 млн долларов.

Аркадий Рахилькин: «Традиционно азиатские рынки очень сильны на мировом рынке капиталов, и нас интересует этот регион в целом»

Структуру инвестиций компании не раскрывают. Но, например, в Compass утверждают, что не менее 80–90% активов будет вложено в Казахстан (остальные средства будут вкладываться в соседние страны). По мнению Руслана Буликпаева, иностранных игроков могут заинтересовать «Казахмыс», АО «Разведка Добыча “КазМунайГаз”» и Eurasian Natural Resources. А Михаил Деркавски дополняет, что для иностранных инвесторов интересны будут те компании, которые могут генерировать свободный Cash Flow даже в сложных условиях сегодняшнего рынка. «Они являются наиболее привлекательными».

Тактика Южной Кореи

Что касается корейского игрока, вышедшего на казахстанский рынок, группы Hanwha, то она планирует, что открытый ею в конце прошлого года в Сеуле розничный инвестфонд соберет к концу года 100 млн долларов. По словам председателя правления Seven Rivers Capital Аркадия Рахилькина и его заместителя Сергея Плисака, проблем со сбором средств не возникнет: корейские инвесторы располагают избыточной ликвидностью, и более 12 млн долларов уже собрано.

О том, какой стратегии южнокорейские инвесторы намерены придерживаться в Казахстане и как казахстанские бизнесмены убедили южнокорейских партнеров выйти на наш рынок, господа Рахилькин и Плисак рассказали «Эксперту Казахстан».

– Повлиял ли как-то мировой финансовый кризис на интерес инвесторов к фонду, инвестирующему в Казахстан?

Сергей Плисак: Наши партнеры не первый раз инвестируют в развивающиеся рынки. Уже были Индия, Китай, Вьетнам. Фонд, который инвестирует в индийские компании, после своего создания в первый год показал не очень хорошую доходность. Но через три года совокупная доходность оказалась уже в районе 60%.

Кризис никому не добавляет оптимизма. По статистике в первую очередь страдают рынки развивающихся стран. Именно с этих рынков инвесторы прежде всего выводят свои деньги.

Снижение ВВП США на 1% дает снижение ВВП Китая на 1,5%. Это пример, позволяющий увидеть, что негативные процессы, которые проходят на развитых рынках, гораздо сильнее сказываются на развивающихся. Но южнокорейские инвесторы достаточно осторожно подходят к инвестициям за рубежом, и их объемы, по сравнению с объемом избыточной ликвидности в стране, невелики. Наши партнеры сделали первый шаг – вошли в капитал управляющей компании, затем стали привлекать своих инвесторов в фонды, созданные этой управляющей компанией. Они постарались максимально обезопасить свои вложения, и это дало результаты. Панических настроений у инвесторов нет. За месяц розничный фонд, инвестирующий в Казахстан, собрал 12 млн долларов – это очень хорошая динамика. Несмотря на разгар кризиса и на «торнадо», который пронесся по фондовым рынкам в январе, ежедневная продажа паев в фонде увеличилась.

2

– Почему вы решили обратиться с предложением о партнерстве именно к Hanwha?

Аркадий Рахилькин: Традиционно азиатские рынки очень сильны на мировом рынке капиталов, и нас интересует этот регион в целом. Мы сделали первый шаг в сторону Южной Кореи, учитывая давние связи с холдингом Hanwha и тот факт, что для южнокорейских компаний Казахстан более понятен, чем другие страны СНГ.

Мы решили начать с того, чтобы стать понятными и прозрачными для партнеров. Поэтому сначала привлекли их в наш капитал и показали, как мы действуем.

Переговоры велись долго. Наши партнеры из Южной Кореи выбирали, с чего они начнут свои инвестиции, будет ли это девелопмент или розничные сети, или что-то другое. Оказалось, что финансовый бизнес наиболее прозрачен и понятен. Hanhwa Securities приобрела 50% АО «Seven Rivers Capital». Через 2–3 месяца были организованы первые 4 фонда для инвестирования в ценные бумаги казахстанских компаний.

Для отечественной экономики, безусловно, приятнее было бы получить внутренние инвестиции, но чтобы получить доверие нашего населения, нужно время. Мы просто решили начать с другого – получить опыт, сформировать капитал, а далее планируем выходить и на внутренний рынок.

– Вы не собираетесь создать розничный фонд для казахстанских инвесторов, который будет инвестировать в Южную Корею?

А.Р.: Мы планируем предложить отечественным инвесторам возможность инвестировать в Южную Корею, но наша инвесторская база еще мала. И если говорить о розничном фонде, то при его создании больше проблем, чем доходов.

Сергей Плисак: «За последние 10 лет в Южной Корее была накоплена довольно большая ликвидность. И экономика уже не может переварить тот объем ликвидности, который существует в стране»

Сейчас в Казахстане очень сложно собрать серьезный розничный фонд. В стране нет опыта инвестирования. В частности, депозитная база вполне отражает настроение людей. Люди откладывают деньги на депозиты тогда, когда есть возможность выделить из бюджета средства для сбережения. Но в последние 3 года это происходит в очень малых объемах. К тому же большие суммы были инвестированы в недвижимость, и получилось, что население должно финансовой системе Казахстана. Но корень проблемы в том, что потребительская корзина в настоящий момент не выдержит инвестиционной нагрузки. Нет у розничных инвесторов средств, которые можно взять для создания больших фондов. У нас управляющие компании не знают, кто их клиент, не знают, за счет чего и откуда он берет деньги, как он принимает инвестиционные решения. И эти плакаты, которые развешаны по городу, на мой взгляд, просто трата денег. Эти инструменты не целевые, они не работают, это признают практически все. Нужно искать ключик к сердцу инвестора.

– Расскажите, пожалуйста, подробнее о фондах, которые открыты вашей компанией.

С.П.: Сейчас управляющей компанией SRC открыты 4 фонда, в которые инвестируют южнокорейские компании и инвестиции которых направлены на фондовый рынок Казахстана и стран СНГ.

По своей декларации они делятся на три больших блока: долговые инструменты (корпоративные облигации), долевые инструменты и проекты. В эти фонды инвестировано уже порядка 80,5 млн долларов. Это закрытые паевые инвестиционные фонды рискового инвестирования. Они открыты по законодательству и на территории РК.

Инвесторами здесь являются 2 фонда фондов, которые открыты в Южной Корее компанией Hanwha Investment Trust Management Company. Фонд фондов – это институциональный инвестор.

Наши фонды начали формироваться летом 2007 года. Мы ожидаем, что по прошествии определенного времени, при получении положительных результатов активы фондов будут расти за счет появления новых инвесторов и увеличения инвестиций тех инвесторов, которые уже вложили свои средства.

Есть еще один фонд, который открыт Hanwha Investment Trust Management Company, но сюда уже инвестируют физические лица. Фонд начал продажу паев 14 декабря. Сейчас активы данного фонда составляют порядка 12 млн долларов. Он открыт на территории Южной Кореи и полностью регулируется законодательством этой страны.

В Южной Корее у фондов, в которые инвестируют физические лица, ограниченный инструментарий. Они могут вкладывать средства в облигации, акции, могут хеджировать валютные позиции. Но не могут покупать контракты на разницу, аукционы, фьючерсы, то есть инструменты, которые характеризуются неограниченным риском потерь.

В фонде можно увидеть широкую диверсификацию – это консервативная стратегия, уменьшающая риск потерь.

Инвестиции этого фонда направлены на 60% в ценные бумаги казахстанских эмитентов и на 40% в ценные бумаги других стран СНГ. В данный портфель будут включены ценные бумаги эмитентов, представляющих 6 основных отраслей – нефть и газ, горная добыча и металлургия, другие виды сырьевых материалов, потребительский сектор, телекоммуникации, финансовый сектор.

– Почему Hanwha заинтересовалась финансовыми инвестициями в Казахстан?

С.П.: После кризиса 97–98 годов финансовая политика внутри Южной Кореи немного поменялась. Компании перестали заимствовать так, как они заимствовали до кризиса. Они стали инвестировать 99% средств. А полученная прибыль реинвестировалась внутри страны, что позволило аккумулировать достаточно большие финансовые ресурсы. И экономика уже не может переварить тот объем ликвидности, который существует в стране. Сейчас власти начали ослаблять контроль за инвестициями и позволять корейским инвесторам больше вкладывать за рубежом.

Перед группой компаний Hanwha – а это одна из крупнейших УК страны – тоже стоит стратегическая задача по географической диверсификации своего бизнеса. Эта задача стоит и перед подразделениями, которые занимаются фондовым рынком. Они предлагают инвестиции в Северную Америку, Европу, Китай, Вьетнам, Россию и с лета прошлого года в Казахстан и другие страны СНГ.

Чем меньше развит рынок, тем больше возврат на инвестиции – это основной принцип. И это заставляет инвесторов двигаться в поисках новых развивающихся интересных рынков. Сначала это были Китай, Индия, Юго-Восточная Азия, Вьетнам. Но сегодня у них уже нет таких перспектив роста, какие были несколько лет назад. Кроме того, есть угроза, что на рынке появился «пузырь». И это может привести к резкому удешевлению компаний в будущем. Такие моменты заставляют инвесторов искать новые рынки.

Центральная Азия представляет довольно серьезный интерес. Играют свою роль геополитическое положение, наличие природных ресурсов. Нельзя говорить, что интерес к Казахстану появился вчера, он появился сразу после того, как была обретена независимость, но раньше инвестиции в основном были прямыми.

Естественно, наши управляющие компании заинтересованы в этих клиентах. Потому что казахстанский фондовый рынок находится в самом начале своего развития и у него очень большой потенциал роста. Первая фаза, когда казахстанские компании были оценены рынком, прошла. Рост фондового рынка за три года (2004–2006) составлял порядка 100% в год. Будет еще одна фаза роста, до тех пор пока компании будут оценены полностью адекватно с учетом тех возможностей, которые имеет Казахстан. После того как мы проложили мостик, новые компании будут выходить на южнокорейский рынок.

– Какие именно услуги вы будете оказывать южнокорейскому фонду?

С.П.: Наши услуги – это ежедневные рекомендации Buy – Sell. Есть определенная форма, где указывается перечень бумаг, количество, цена, условия покупки. Такой документ отправляем ежедневно нашим партнерам, плюс мы разработали модельный портфель. Также ежемесячно делаем краткую сводку по рынку и определенные прогнозы.

– В Казахстане это не очень популярная форма сотрудничества.

С.П.: Это первый опыт. Хотя во всем мире инвестиционный консалтинг достаточно хорошо развит. С чем это связано? При инвестировании в ценные бумаги иностранных эмитентов инвесторы сталкиваются с определенным перечнем технических проблем. Поэтому есть простое решение: фонд открывается там, где находятся основные инвесторы, а управлять может любая компания, находящаяся там, где это необходимо.

Статьи по теме:
Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?