Экономический дарвинизм

Мировой кризис ликвидности лишь усилил процессы, которые все последние годы раскачивали экономику Казахстана. Спад сменится ростом, но пока сохраняются системные риски казахстанской экономики, повторения кризисных ситуаций не избежать

Экономический дарвинизм

По данным Агентства финансового надзора РК (АФН), совокупная чистая прибыль коммерческих банков в I квартале 2008 года снизилась почти на 47%. Такова цена продолжающегося кризиса ликвидности и трудностей с финансированием банков второго уровня (БВУ). Если в предыдущие годы совокупные активы банков росли в среднем на 100% в год, то в 2007-м – лишь на 30%, а с начала нынешнего увеличились всего на 0,4%. Некоторые БВУ не скрывают пессимистических прогнозов относительно возможностей своего роста в ближайшем будущем. В частности, крупнейший казахстанский Казкоммерцбанк ожидает снижения активов на 5–10% в 2008 году из-за необходимости выплаты внешнего долга.

Спад в финансовом секторе уже потянул за собой другие отрасли. Первыми жертвами кризиса долговых рынков капитала стали выросшая на кредитных дрожжах стройиндустрия, рынок недвижимости и околостроительный бизнес. Существенное сокращение банковских денег в экономике, по прогнозам Национального банка (НБРК), отрицательно скажется на темпах роста внутреннего валового продукта в целом. В последнее время источниками роста ВВП были высокие мировые цены на минеральное сырье, финансовый сектор и строительство. Из этих трех составляющих успешного развития Казахстана стабильным пока остается только рост цен на нефть.

К концу прошлого года обозначилось замедление динамики ВВП: вместо ожидаемых 9,7% он вырос на 8,5%. В 2007 году по сравнению с 2006-м с 7 до 2,6%, упал индекс физического объема промышленной продукции (ИФО) в горнодобывающей отрасли, темпы роста обрабатывающей снизились с 7,3 до 6,7%, объемы строительных работ – с 29 до 15,3%. Впервые с начала 2000-х годов дефицит текущего счета платежного баланса достиг 7 млрд долларов. В нынешнем году рост ВВП, по прогнозам Нацбанка, в лучшем случае составит 5%, в 2009-м – 6,3%, в худшем – в следующие два года будет наблюдаться стагнация.

Принято считать, что негативные процессы в казахстанской экономике раскрутил глобальный кризис ликвидности. Но еще в 2006 году в отчете по финансовой стабильности Нацбанк, используя индикаторы уязвимости, определенные МВФ по результатам анализа причин азиатского финансового кризиса 1997 года, отметил нарастание рисков в финансовой системе республики. К основным факторам риска Нацбанк отнес либерализацию финансового сектора и капитального счета, рост кредитов экономике и прежде всего сегментам, ориентированным на внутренний потребительский спрос, акцент на залоговое обеспечение при кредитовании, а также высокую долю недвижимости в ссудном портфеле.

Накачивание деньгами неторгуемых отраслей, в частности строительной, привело к раздуванию пузыря. Когда-нибудь он должен был лопнуть. Кризис ликвидности лишь ускорил этот процесс.

Подъем после падения

Об экономических достижениях Казахстана за годы независимости говорят часто и много. Но о состоянии экономики лучше все же судить по цифрам. Вот уже почти 15 лет (если брать за точку отсчета год введения национальной валюты) мы строим капитализм, однако ВВП достиг уровня вполне советского 1990 года только в 2004-м, а промышленность – в 2007-м.

Внутри этого периода восстановительного роста, как его определила директор Центра раннего обнаружения экономических и финансовых потрясений АО «Институт экономических исследований» Сара Алпысбаева, можно отметить отдельные этапы развития.

Наши эксперты по-разному датируют их. Политолог Расул Жумалы отмечает четыре таких периода в развитии экономики Казахстана в годы независимости. Первый – с 1991 по 1993 год – радикальное реформирование экономики в условиях глубочайшего социально-экономического кризиса и гиперинфляции; второй – 1994–1998 – развитие рыночной инфраструктуры; третий – 2000 – 2006 год – завершение основной части рыночных реформ. И, наконец, 2007-й, который политолог выделяет в отдельный этап развития и определяет так: «Ощущение такое, что после восьми лет роста появилось нечто вроде эйфории и самоуспокоения, хотя качество экономического роста еще явно не отвечало требованиям устойчивого развития. Как итог – замедлились темпы роста».

Асхат Сагдиев, президент ИК «Ист Коммерц», видит три этапа и несколько иначе датирует их: 1991–1995 годы – общий спад после развала СССР; 1996–2000 год – проведение рыночных реформ; с 2001 по 2007-й – начало циклического роста цен на сырьевые товары, повышение уровня ВВП, инвестиции в строительный сектор, развитие суверенных финансовых институтов.

Сара Алпысбаева выделяет только два: с 1991 по 2000 год – либерализация экономики, приватизация госсобственности, становление новых рыночных институтов; с 2001 по 2007-й – экономический рост.

В принципе, несмотря на различия в датировании этапов экономического развития Казахстана, все эксперты отмечают глубокий кризис экономики в постсоветский период, важнейшие экономические реформы к концу 1990-х и, наконец, бурный экономический рост начиная с 2000 года. Поэтому, не обращая внимания на временные промежутки, выделим основные качественные изменения, которые произошли за годы независимости.

Гиперинфляция после либерализации цен в 1991 году (индекс потребительских цен в 1993 году достиг 2153%) сопровождалась стагнацией промышленного производства, разразился экономический кризис.

По словам Расула Жумалы, в авральном режиме были предприняты попытки выстроить автономную экономическую систему на фоне крушения хозяйственных связей между бывшими союзными республиками. «Следует признать, что в силу временного цейтнота и отсутствия навыков хозяйствования в условиях рынка было допущено немало просчетов. Возьмите ту же приватизацию, истории с запоздалым выходом из рублевой зоны или безвозвратными кредитами. Реформы характеризовались половинчатостью, полярностью решений и практических действий, бессистемной денежно-кредитной и бюджетной политикой», – говорит политолог. Только в 1996 году зафиксирован положительный рост промышленности и ВВП (график 1).

Существенное сокращение банковских денег в экономике, по прогнозам Национального банка, отрицательно скажется на темпах роста внутреннего валового продукта в целом

На 1997–1999 годы пришлись важнейшие реформы: жилищно-коммунальной сферы и пенсионной системы, создание национальной банковской системы, введение свободно плавающего обменного курса тенге. К положительным сдвигам в экономике г-н Жумалы относит также наметившуюся стабильность в области государственных финансов, курса национальной валюты, устойчивости и ликвидности банковской системы, золотовалютных резервов НБРК, динамики инфляции, процентных ставок денежного рынка и рынка государственных ценных бумаг. Азиатский кризис, который ударил по России в 1998 году, обошел Казахстан стороной в силу его небольшой вовлеченности в мировую экономику. Таким образом, 1990-е годы можно считать подготовительным этапом к рывку в 2000-х.

Нефть всему голова…

Индекс физического объема промышленной продукции в 2000 году вырос более чем на 14%, что отразилось на темпах роста ВВП год спустя (см. график 1). Высокие цифры роста, конечно, объясняются низким стартом, хотя завершили мы 1999 год с положительной динамикой ВВП и промпроизводства, а также со значительной инфляцией – 17,8%. Но в 1999 году она стала свидетельством не регрессии, как в предыдущие годы, а оживления экономики (см. график 2).

Принято считать, что основой роста Казахстана стали интенсивная эксплуатация природных ресурсов и увеличившиеся нефтяные доходы. Действительно, темпы роста ВВП коррелируют с мировыми ценами на нефть (см. график 3). Однако нельзя объяснить ускорение темпов развития экономики только ценами на нефть. По мнению профессора Алпысбаевой, в восстановительный период использовались производственные возможности, заложенные в предрыночный цикл развития. «У нас имелась “подушка” в виде недозагруженных производственных мощностей, разведанных запасов сырья, избытка трудовых ресурсов, то есть основных факторов производства: труда, капитала и природных ресурсов», – считает она.

Именно в этот период наблюдается увеличение валового притока прямых иностранных инвестиций (ПИИ): в 2001 году их сумма составила 4,6 млрд долларов (в 2000-м – 2,8 млрд).

С ростом цен на нефть иностранные инвесторы окончательно определились с приоритетами. Если в середине 1990-х доля ПИИ в добычу металлов, обрабатывающий и нефтяной секторы была примерно одинакова, то начиная с конца периода основная часть инвестиций направлялась именно в нефтедобычу (см. графики 4 и графики 5). Нужно отметить, что в отличие от России, где в последние годы сократились вложения в геолого-разведочные работы, в Казахстане с 2005 года инвестиции в геологоразведку и изыскания, наоборот, увеличились.

Рост цен на сырье при интенсивной эксплуатации природных ресурсов стимулировал перегрев экономики. Даже созданный в 2000 году Национальный фонд, куда поступали излишки нефтяных доходов, не мог стерилизовать валютную массу, поступающую в страну. С 2004-го по 2007 год экспорт минеральных продуктов вырос с 13,7 млрд долларов до 33 млрд, только продажа на внешних рынках нефти и газоконденсата в 2006 и 2007 годах принесла 23,6 и 28 млрд долларов соответственно. К потоку нефтедолларов начиная с 2001 года прибавились внешние заимствования банков. В результате стали расти заработная плата, не подкрепленная адекватной производительностью труда, расходы домашних хозяйств, произошло укрепление национальной валюты, что снизило конкурентоспособность отечественного производства. На графике 1 хорошо видно, что ИФО промышленной продукции так и не достиг рекордных показателей 2000 года. Более того, «накачка» экономики деньгами перестала оказывать стимулирующее воздействие на производство, темпы его роста стали падать, и к концу 2007 года рост составил всего 4,5%. Благоприятная внешняя конъюнктура не отразилась на внутреннем производстве.

…а банки – шея

Изменения коснулись не только производственного сектора. К началу 2000-х годов были проведены основные реформы в финансовой сфере. Еще в 1996 году Нацбанк принял положение о переходе банковской системы на международные стандарты к 2000 году и успешно осуществил задуманное. Был усилен контроль в банковской системе, введены более жесткие нормативы, такие как минимальный размер уставного капитала, коэффициент достаточности собственных средств, коэффициент ликвидности. В итоге в Казахстане с 1993-го по 1999 год из более 200 банков осталось только 55. Сегодня в Казахстане работает 35 банков второго уровня (БВУ).

Казахстанская финансовая система многие годы считалась самой передовой в СНГ, что подтверждалось и высокими рейтингами от международных агентств. Из-за высокого суверенного рейтинга Казахстана (ВВВ+ от Standard&Poor’s) банки получили возможность занимать деньги на международных рынках капитала по приемлемым ценам. Внешние заимствования обеспечили рост активов БВУ. Валовой внешний долг банковского сектора с 2002-го по первое полугодие 2007 года вырос с 1,4 млрд долларов почти до 46 млрд. За счет заимствований банки наращивали объемы кредитования.

Привлечение капитала с внешних рынков в условиях ограниченного фондирования внутри страны было объективной необходимостью. Оперируя только вкладами населения и компаний, банки просто не могли бы в полном объеме выполнять свои кредитные функции: заемные средства были бы настолько дорогими, что мало кто рискнул бы занимать деньги у банков. Кстати, сегодня происходит именно это.

Банкиры говорят, что благодаря их кредитам рос несырьевой сектор экономики. Однако, как ответили «Эксперту Казахстан» в Национальном банке, «банковские кредиты не играли значительной роли в источниках инвестиций отечественных предприятий. Хотя их доля в последнее время росла. Если в 2005 году на долю заемных средств приходилось немногим более 5% в общем объеме инвестиций в основной капитал, то в 2006-м – уже 10%, а в 2007-м – почти 12%». По данным Нацбанка («Отчет по финансовой стабильности», 2006 год), порядка 30% предприятий используют банковские кредиты на финансирование оборотных средств и только 11% – на инвестиции в основной капитал (см. график 6).

Основными получателями банковских займов стали строительство, торговля и непроизводственная сфера. По данным АФН, в целом по системе на них приходится 26, 28 и 25% кредитов соответственно. У конкретных игроков это соотношение может меняться: например, у некоторых крупнейших казахстанских банков на торговлю приходится до 40% ссудного портфеля.

Против основного закона рынка – деньги идут туда, где выше норма прибыли – возразить трудно, но накачивание деньгами отдельных, пусть даже очень выгодных в смысле получения маржи, отраслей экономики, которое не влечет за собой качественного роста, чревато раздуванием пузыря.

«Крупные банки достигли очень высокого показателя активов, пока не совсем сопоставимого с уровнем развития экономики, – говорит Асхат Сагдиев. – В этом уже существует угроза перегрева. Банки накачивают экономику деньгами, а она не может качественно абсорбировать эти ресурсы. Возникают пузыри».

Именно это произошло в Казахстане. Качественного роста, при котором вложенные ресурсы переходят в активы, генерирующие адекватные инвестициям доходы, у нас по большей части не наблюдалось. Это в первую очередь касается строительного сектора. По мнению г-на Сагдиева, произошел отрыв стоимости недвижимости от доходов, которые она может реально генерировать. В стране существовал и существует дефицит жилья, не подкрепленный платежеспособным спросом. Банки стимулировали спрос путем выдачи ипотечных кредитов. В последние годы рынок недвижимости рос спекулятивно. Цены на недвижимость выросли с 2000 по 2007 год на 1780% на вторичном рынке и на 775% – на новое жилье (отметим, что объемы сдачи жилья выросли в 4 раза). Как только кредитные ресурсы подорожали, недвижимость стала падать в цене и инвесторы потеряли к ней интерес.

Кроме того, кредитование подстегнуло потребительский спрос, обернувшийся всплеском инфляции. Тенденция к ее росту обозначилась с 2005 года. Тогда она впервые вышла из заданного коридора в 5–7% и составила 7,7%, в 2006 году инфляционное давление еще более увеличилось, индекс потребительских цен достиг 8,4%. В 2007-м Казахстан вернулся к двузначной инфляции – 18,8% на конец года. Это трехлетие мы можем определить как отдельный экономический цикл, когда тревожные симптомы – рост инфляции, спад промпроизводства, снижение инвестиций в основной капитал – усиливались. Все это происходило на достаточно благополучном фоне: рост цен на нефть, по-прежнему высокие темпы роста ВВП, низкие отрицательные значения текущего счета платежного баланса вплоть до осени 2007 года.

Страховки от кризиса нет

Классический восходящий тренд на валютных и фондовых рынках развивается в несколько этапов: первоначальный этап роста сменяется коррекцией, после чего рост вновь продолжается. Нечто подобное, видимо, будет происходить с казахстанской экономикой и с отдельными отраслями.

Нынешняя кризисная ситуация снизила перегрев в отдельных отраслях, в частности в строительной и банковской, что, безусловно, необходимо. Кризис – не только негатив, но и благо, поскольку позволяет оздоровить экономику. В первую очередь это коснется банковского сектора. С начала кризиса ликвидности банки начали корректировать свою кредитную политику, подняв цены на займы, ограничив выдачу ипотечных кредитов. Они также меняют и депозитную политику, чтобы диверсифицировать источники финансирования ссудного портфеля.

Во втором полугодии 2007 года – первом квартале 2008-го банки стали агрессивно привлекать депозиты. Это было заметно по рекламной активности, по открытию новых программ и новых расчетно-кассовых отделений банков. Вероятно, рост депозитной базы ускорится, когда начнет возвращаться доверие к банкам. Вместе с тем, как заверяют банкиры, они намерены меньше использовать внешние ресурсы. Так, например, БТА Банк (второй по размерам в Казахстане) ожидает прироста депозитов в 2008 году на уровне 20–25%. В первом квартале в банке вообще не ожидали особого роста, но он составил 3%. В БТА сейчас проводят политику замещения внешних заимствований депозитами с внутреннего рынка.

Меры АФН, направленные на увеличение размера собственного капитала банков (СК должен составлять не менее 2% от объема ссудного портфеля), позволят добиться большей устойчивости банков. В будущем предусматривается увеличение минимального размера собственного капитала БВУ: с 1 января 2009 года до 1,5 млрд тенге, с 1 января 2010 года – до 2 млрд тенге. Сейчас минимальный размер собственного капитала составляет 1 млрд тенге.

Минимальный размер уставного капитала увеличивается с 1 января 2010 года с 1,5 млрд до 2 млрд тенге.

Однако мы не застрахованы от тех же перекосов в экономике, из-за которых сложилась нынешняя ситуация. Никто не может гарантировать, что сразу же, как только для банков откроются внешние рынки, они вновь не начнут ту же кредитную политику. Экономике нужны деньги, самым доступным их источником всегда были банковские кредиты. И, очевидно, останутся в ближайшем будущем, если стоимость заемного капитала на мировых рынках снизится.

Видимо, вернется пузырь в секторе недвижимости, хотя сегодня в это трудно поверить. Цены на недвижимость продолжают свое падение. На вторичном рынке самого дорогого города страны, Алматы, стоимость квадратного метра жилья упала, по неофициальным данным, на 50%. Наивно думать, что это приведет к снижению инвестиционной привлекательности объектов недвижимости.

Из-за продолжающейся рецессии на рынке накапливается отложенный спрос, а с падением цен увеличивается потенциал их роста. Сейчас все те, кто искал точки выхода с рынка недвижимости, ищут наиболее удачный момент, чтобы на него войти. Серьезной альтернативы рынку недвижимости для инвестиций по-прежнему нет. Как только появятся признаки ценового дна, спекулянты вновь до предела начнут разогревать рынок.

Ситуация может повториться, но на качественно ином уровне.

Сдвиги произойдут в строительной отрасли и недвижимости. Несмотря на то что инвесторы по-прежнему намерены вкладываться в недвижимость, представители различных фондов и отдельные инвесторы говорят о дальнейшей диверсификации портфелей. Да и бизнес в условиях ограниченного банковского кредитования может переориентироваться на финансирование с фондового рынка. А это, как известно, возможно только при прозрачности и эффективности деятельности компании. Это тоже плюс.

Вряд ли нынешняя кризисная ситуация завершится серьезными структурными изменениями, как это произошло в России после 1998 года, когда пошло полномасштабное импортозамещение, а девальвация рубля резко улучшила конкурентоспособность экспортных товаров. У нас слишком мал внутренний рынок, чтобы можно было ожидать появления серьезного производственного сектора, способного заменить импорт.

В условиях дефицита денежного предложения со стороны частных институтов вырастет значение бюджетных средств. По мнению Сары Алпысбаевой, нужно ожидать увеличения государственных инвестиций в строительство энергогенерирующих объектов, транспортных коммуникаций, активизации государственно-частного партнерства, развития обрабатывающих отраслей. Чтобы заинтересовать частный бизнес в участии в ГЧП и стимулировать инвестиции в обрабатывающую промышленность, государству придется провести частичную либерализацию цен и тарифов и снизить налоговую нагрузку на предприятия, считает наш эксперт.

Угрозой для стабильного развития Казахстана остаются системные риски: зависимость казахстанской экономики от колебания мировых цен на сырье и внешних заимствований, импорт инфляции, связанный с удорожанием продовольствия на мировом рынке, возможный отток капиталов.

Статьи по теме:
Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?