Доверено потомкам

Китай и Япония пришли к принципиальному консенсусу об условиях добычи газа в спорных районах Восточно-Китайского моря: стороны будут совместно разрабатывать месторождения, а делимитация границы отложена на неопределенный срок

Доверено потомкам

Производственная необходимость» – пожалуй, так можно в двух словах охарактеризовать июньскую договоренность между Японией и Китаем о совместной эксплуатации месторождений на спорных участках шельфа Восточно-Китайского моря.

Поэтому решение Пекина и Токио отложить на время политические принципы и взять на вооружение принципы экономической целесообразности вызвало бурный отклик в мире. Китай называет такой подход концепцией откладывания споров и совместного освоения ресурсов и с успехом использует его во взаимоотношениях с партнерами во многих точках земного шара.

По словам Ичиро Короги, эксперта из токийского Университета Канда: «Соглашение по газоносным полям означает, что в отношениях Пекина и Токио, которые стали слишком эмоциональными, произошел наконец поворот в сторону прагматизма. И Китай, и Япония почувствовали, что ухудшение отношений зашло слишком далеко и должно быть остановлено, прежде чем разразится настоящий полномасштабный кризис».

На грани фола

Первые залежи углеводородов на морском дне между КНР и Японией были найдены еще 40 лет назад, и практически сразу территориальная принадлежность некоторых из них стала предметом споров стран, лежащих на побережье. Прежде всего – между Китаем и Страной восходящего солнца, хотя о своих претензиях на нефтегазоносные площади заявляли и другие государства, в частности Южная Корея. В результате стороны уже несколько десятилетий не могут договориться о демаркации совместной границы в акватории Восточно-Китайского моря.

Спор имеет принципиальный характер. Подтвержденные запасы углеводородного сырья спорных месторождений составляют всего 92 млн баррелей в нефтяном эквиваленте. Японской экономике этого хватит на три недели работы. Впрочем, по мнению специалистов из Токио, работавших на спорных площадях в 1980-х годах, общие запасы на шельфе Восточно-Китайского моря составляют около семи триллионов кубометров, а нефти – порядка 100 млрд баррелей.

Вопросы принадлежности морского дна регулируются двумя законодательными документами: Женевской конвенцией по континентальному шельфу 1958 года и Конвенцией ООН по морскому праву от 1982 года (строго говоря, последняя является дополнением первой). Токио при этом руководствуется принципом средней линии. Согласно этому положению, морской границей между двумя странами, берега которых находятся ближе друг к другу, чем 400 миль, является линия, все точки которой равноудалены от побережий соседей. Так как расстояние между Японией и Китаем в Восточно-Китайском море составляет всего 320 морских миль, то в данной ситуации, считают японские власти, необходимо руководствоваться принципом справедливого деления морского дна. Морская граница, проводимая официальным Токио, пересекает месторождение Лонжин и два нефтегазоносных поля: Дуаньцяо (Кусунок) и Тяньвайтянь (Каши).

Пекин категорически не согласен с предложением Японии. И это понятно, учитывая, что, приняв доводы японской стороны, КНР потеряет свыше 80 тыс. кв. км. Китай в определении своей исключительной экономической морской зоны (ИЭЗ) руководствуется Женевской конвенцией и проводит границу по Окинавской впадине, которая является окончанием материкового шельфа.

Принципиальная позиция, занятая обеими странами, десятилетия не позволяла им найти взаимоприемлемое решение вопроса о разработке запасов на шельфе. Поэтому неудивительно, что начатая в июне 2004 года в одностороннем порядке разработка китайской национальной корпорацией CNOOC газоносного поля Чуньсяо вызвала резкий протест со стороны официального Токио. В качестве ответной меры правительство Японии инициировало работы по детализации нефтегазовых запасов в ИЭЗ страны. Так как в понимании границ ИЭЗ у сторон имелись существенные расхождения, то уже через месяц Китай обвинил Японию в нарушении границ. В ноябре 2004-го в японских территориальных водах в районе Окинавы в течение двух часов находилась китайская атомная подводная лодка. Пик кризиса пришелся на осень 2005-го, когда в районе Чуньсяо появились пять крейсеров ВМФ КНР, а японское правительство спешно подготовило законопроект, разрешающий в случае необходимости защищать японские разведывательные партии, работающие в спорных районах, с помощью военной силы.

Только с уходом предыдущего премьер-министра Японии Дзюнъитиро Коидзуми китайско-японские отношения сдвинулись с мертвой точки. Так, состоялся ряд важных визитов лидеров двух стран: официальный визит экс-премьер-министра Японии Синдзо Абэ в Китай в 2006 году, официальный визит премьера Госсовета Китая Вэнь Цзябао в Японию в 2007-м, официальный визит нынешнего премьер-министра Японии Ясуо Фукадо в Китай и майский 2008 года официальный визит председателя КНР Ху Цзиньтао в Японию.

В конце концов сторонам удалось достичь временного компромисса. Согласно подписанному в начале лета соглашению планируется совместное освоение блока континентального шельфа площадью около 2700 кв. км, расположенного к югу от газового месторождения Лонжин (японская сторона называет это поле Асунаро). Кроме того, японским инвесторам будет разрешено принять участие в финансировании китайских компаний, принимающих участие в эксплуатации газового месторождения Чуньсяо. Стороны также взяли на себя обязательства продолжить консультации по скорейшей реализации совместных проектов в других частях шельфа Восточно-Китайского моря. Отметим, что, поскольку на Лонжин претендует еще и Южная Корея, для совместной разведки и потенциальной разработки был выбран блок шельфа, который лежит в непосредственной близости от Лонжина, но находится в спорных водах только Японии и Китая.

Тени прошлого

По словам министра иностранных дел Японии Масахико Комура, соглашение является хорошим примером того, что даже самые непростые проблемы в японо-китайских взаимоотношениях могут быть решены путем переговоров. Со своей стороны, китайский МИД охарактеризовал соглашение по Восточно-Китайскому морю как решение, в котором нет проигравших. Как заявляют официальные лица, найденный принципиальный консенсус содержит два ключевых момента: налаживание сотрудничества в «переходный период до завершения демаркации при ненанесении ущерба законной позиции двух сторон и совершение первых шагов на пути совместного освоения северной акватории Восточно-Китайского моря».

Но говорить о том, что вопрос решен, рано. Официальный Пекин не устает напоминать своим согражданам, что месторождение Чуньсяо, в финансирование которого пустили японских инвесторов, находится на территории Китая – даже если проводить границу по промежуточной линии. Как подчеркивает министр иностранных дел КНР Ян Цзечи: «Такое сотрудничество находится в компетенции китайских законов, а ведущая роль в этом принадлежит китайским предприятиям».

Не все оказались согласны и с июньским «консенсусом». Около 20 человек, представляющих Всекитайскую организацию по защите островов Дяо-Дао (еще одна спорная территория между Китаем и Японией, а также Тайванем в Восточно-Китайском море), собрались у японского посольства в Пекине. Недолгий митинг прошел под лозунгом: «Япония, вон из Восточно-Китайского моря!». Около 500 человек митинговали и перед японским консульством в городе Чанша, административном центре центрально-китайской провинции Хунань. А Ян Цзечи напомнил на встрече с журналистами: «Китай никогда не признавал точку зрения японской стороны о так называемой промежуточной линии и не признает ее. Мы выступаем за достижение делимитации границ шельфа Восточно-Китайского моря, руководствуясь принципом естественной протяженности. Вопрос окончательной делимитации границ акватории данного моря будет решаться сторонами путем переговоров».

Обречены на сотрудничество

Эксперты убеждены, что у Китая и Японии нет иного выхода, кроме как, отложив в сторону политические разногласия, совместно реализовывать конкретные экономические проекты. Япония является крупнейшим иностранным инвестором в экономику Китая – японские капиталовложения в 2007 году составили почти 210 млрд долларов (что более чем на 12% выше показателей 2005-го). Китай в свою очередь является крупнейшим торговым партнером Страны восходящего солнца – торговый оборот между странами в прошлом году достиг 253 млрд долларов. Японский экспорт в Китай по сравнению с 2000 годом увеличился в три раза.

В этом контексте соглашение о совместной разработке одного месторождения и инвестициях в разработку другого являются особо значимыми прежде всего не с экономической, а с символической точки зрения. Как отмечает Йосихиса Миямото из токийского агентства Okasan Securities: «Для Японии достигнутое соглашение стало важным шагом на пути реализации долговременной национальной стратегии по энергетической безопасности, одним из элементов которой является снижение зависимости от ближневосточной нефти». Для Китая гарантия бесперебойности поставок является необходимым условием стабильного развития экономики.

Вопрос об окончательной демаркации морской границы два азиатских «тигра», возможно, оставят решать своим потомкам. Как говорил китайский лидер Дэн Сяопин, комментируя возможности решения территориального спора о принадлежности островов Дяо-Дао: «Это правда, что обе стороны имеют различные точки зрения на данную проблему... Но это не имеет значения, если ее решение будет положено на полку еще, скажем, на 10 лет. Возможно, наше поколение недостаточно мудро для того, чтобы найти взаимовыгодное решение. Но следующее поколение определенно будет мудрее. Оно, без сомнения, сможет найти решение, приемлемое для всех».

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики