Монополистов просят побеспокоиться

Проект закона «О конкуренции» имеет ряд преимуществ по сравнению с действующим законодательством, регулирующим эту сферу, однако лишает предприятия стимула к росту

Монополистов просят побеспокоиться

C 1 января 2009 года в действие вступит новый закон «О конкуренции», разработанный Агентством по защите конкуренции РК (АЗК). По значимости для дальнейшего развития экономики его можно поставить в один ряд с новым Налоговым кодексом: свободная конкуренция так же важна для благоприятного инвестиционного климата, как грамотная налоговая политика.

Царство монополий

В Казахстане сегодня действуют сразу два закона, направленные на защиту конкуренции – «О недобросовестной конкуренции» и «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности». Первый принят еще 10 лет назад – в 1998 году, второй, которым был отменен закон с идентичным названием от 2001 года – в июле 2006-го. Однако результатов в виде большого количества конкурирующих компаний, уменьшения числа монополистов, а значит, повышения качества услуг и товаров и снижения цен обычный потребитель не ощутил. У нас нет выбора ни на земле, ни в воздухе, где железными дорогами владеет один монополист, национальный перевозчик «Казахстан темир жолы» (КТЖ), а в небе царит другой – национальный же авиаперевозчик – компания Air Astana. Цены на газ, воду, электроэнергию нам диктуют поставщики, от услуг которых отказаться мы не можем, иначе останемся вообще без благ цивилизации. Если считать конкуренцию одним из главнейших признаков рыночной экономики, то придется признать, что цивилизованного рынка у нас пока нет.

Есть множество примеров, когда госпомощь идет совсем не тем, кому предназначена, а это уже недобросовестная конкуренция

По результатам анализа состояния товарных рынков за три года – с 2005-го по 2007-й, специалисты Агентства по защите конкуренции пришли к заключению, что большую их часть можно отнести к высококонцентрированным рынкам с неразвитой конкуренцией. Особенно это касается таких отраслей, как энергоснабжение, железнодорожные перевозки, услуги связи.

Монополизация экономикообразующих отраслей; практика заключения картельных соглашений; наличие множества «непродуктивных» посредников; существование административных барьеров для входа новых компаний; непонимание и игнорирование действующего антимонопольного законодательства – так характеризует АЗК товарные рынки страны. Законопроект «О конкуренции» должен изменить ситуацию.

Госкомпании – под контроль

Эксперты в целом считают новый закон более прогрессивным по сравнению с действующими и подчеркивают его значение для экономики. «Во всем мире законы антимонопольного регулирования, а именно таковым является по существу закон о конкуренции, являются главным инструментом регулирования экономики страны», – подчеркивает эксперт в области антимонопольного законодательства Айдын Бикебаев. Его поддерживает вице-президент Независимой ассоциации предпринимателей Тимур Назханов: «Многие его положения соответствуют международной практике». В качестве положительных моментов специалисты называют данные в документе определения аффилированности, монопольного и доминирующего положения, монопольно высокой и низкой цены.

Интерес вызывают статьи, касающиеся государственного регулирования в сфере конкуренции, и основные принципы, на которых оно должно строиться: законность, обоснованность, ограниченность и несостязательность. Впервые законодательно ограничено участие государства в предпринимательской деятельности (см. таблицу). Если участие государства в уставном капитале компании превышает 50%, то создание предприятия должно быть согласовано с антимонопольным органом. Случись, что деятельность госкомпании ограничивает конкуренцию, она может и не получить разрешения.

Многие предприниматели пострадали от местных властей, которые могут как поддержать, так и утопить любое предприятие. Инструментов для этого достаточно. Все они перечислены в разделе законопроекта «Антиконкурентные действия госорганов» с пометкой «запрещаются и признаются недействительными».

Правда, остается открытым вопрос, сможет ли антимонопольный орган, то есть Агентство по защите конкуренции, противостоять властям, особенно в регионах, где последнее слово обычно остается за акимами. По мнению г-на Назханова, выполнение этого пункта напрямую зависит от уровня полномочий антимонопольного органа. «В законе предусмотрено разделение функций между АЗК и регуляторами рынка, то есть АРЕМ, АФН и АИС (Агентство по регулированию естественных монополий, Агентство финансового надзора, Агентство по информатизации и связи). Поэтому возникает вопрос, будет ли Агентство по защите конкуренции лишь одним из регулирующих органов, и как в таком случае они будут согласовывать свои действия? Если статус АЗК выше, чем у всех остальных регуляторов, тогда закон будет работать хорошо», – заключает он.

Айдын Бикебаев считает, что антимонопольный орган вообще не должен входить в состав правительства. «Если председатель и его замы назначаются правительством, то есть согласие на их назначение подписывают министры, то вряд ли АЗК может быть подлинно независимым органом, – говорит он. – Например, Минэнерго нарушает законодательство, предоставляя кому-то льготы и преимущества, другим в них отказывая. Будет ли АЗК в этом случае проявлять принципиальность? На мой взгляд, нужно агентство ввести в состав Генпрокуратуры, потому что генеральный прокурор не подчиняется правительству, его назначает президент».

Защита от рейдерства

В разделе о защите конкуренции Тимур Назханов обращает внимание на понятие «экономическая концентрация». «Особо отмечу подпункты, где говорится о реорганизации субъекта рынка путем слияния или присоединения, а также об участии одних и тех же физических лиц в исполнительных органах, наблюдательных советах и советах директоров, что сейчас происходит в крупном и среднем бизнесе. В этом есть элементы возможного рейдерства. Одно предприятие насильно присоединяется или поглощается, а в советах директоров сидят одни и те же люди, которые владеют всем. Как правило, банки направляют своего представителя в органы управления компании, это является условием для получения кредита».

Вместе с тем антимонопольный орган наделен правом обращаться в суд с иском о принудительном разделении субъекта рынка или выделении из него структурных подразделений, если он занимает монопольное или доминирующее положение, за неоднократные нарушения закона о конкуренции. По мнению г-на Назханова, это положение будет препятствовать монополизации рынка.

Несколько слов о новации законопроекта, отмеченной международными экспертами как соответствующая лучшей мировой практике: освобождение от ответственности в случае «деятельного раскаяния». Тимур Назханов называет это положение амнистией и относит его к плюсам законопроекта, поскольку оно, по его мнению, будет стимулировать предприятия, нарушающие закон, к признанию своей вины для избежания наказания.

Закон хороший, жизнь – не очень

Естественно, специалисты отмечают и недостатки законопроекта. Есть в нем положения, которые могут легко превратить закон о конкуренции в антиконкурентный. В частности, проектом предусмотрено выделение госпомощи субъекту рынка при согласии антимонопольного органа. Предприниматели сомневаются в действенности этой меры, которая при существующей забюрократизированной схеме госфинансирования и коррупции может легко стать антиконкурентной. По словам г-на Назханова, есть множество примеров, когда госпомощь идет совсем не тем, кому предназначена, а это уже недобросовестная конкуренция.

«Такая помощь, на наш взгляд, должна оказываться на конкурсной основе или хотя бы каким-то образом контролироваться. Сейчас через «Казыну», фонд «Даму» выделяются деньги на помощь малому бизнесу и строительному сектору, но, честно говоря, вопрос финансирования не решен. Его вообще трудно решить через госорганы, потому что при существующей сложной бюрократической схеме возрастает коррупция, а деньги растекаются по разным карманам», – говорит он.

Коррупция, по мнению президента ассоциации товаропроизводителей Алматы Серика Туржанова, – основной тормоз на пути развития свободной конкуренции. У предпринимателей нет равного доступа к финансовым, природным ресурсам, к электроэнергии.

«О какой конкуренции может идти речь, если одна компания получает кредиты под 25 процентов, а другая, близкая к руководству банка, под пять, – возмущается г-н Туржанов. – Вот возьмем, к примеру, монополистов. Мы приходим к ним за канализацией, водой, электроэнергией. Нам говорят, мы вам все дадим, но вы платите нам долевку. То есть я должен платить за присоединенные мощности. А они нам вернут эти деньги лет через 20 в виде акций. Монополисты диктуют правила игры. А какой-то парень вхож к руководству – и легко получает долевку».

Незавидная доля

Сейчас обсуждается еще одна норма проекта, которая может лишить компании стимула к росту. Чтобы субъект был признан как имеющий доминирующее положение, его доля на рынке должна составлять 35% и более. Соответственно, он подпадает под госрегулирование. Эксперты считают, что тут разработчики слишком жестко подошли к участникам рынка. «В действующем законе вообще была норма 15%, так что это прогресс, тем не менее и 35 процентов – все же слишком низкий порог для признания доминантом рынка», – говорит Тимур Назханов.

«Деятельность такой компании будут рассматривать под лупой, а ее конкуренты смогут действовать свободно, то есть получат конкурентное преимущество, но не за счет своей хорошей работы, а потому что более крупное предприятие стало объектом регулирования, – добавляет г-н Бикебаев. – Положение о коллективном доминировании переведет в разряд доминантов многие компании. Эти положения законопроекта можно назвать антиконкурентными. Например, в странах Евросоюза критерии, согласно которым субъект рынка признается доминантом, крайне высокие – более 50% рынка».

Отметим, что в проекте закона допущена неопределенность: с одной стороны, для признания субъекта доминирующим необходимо, чтобы он занимал долю не ниже 35%. С другой – закон провозглашает, что не может быть признана доминирующей компания, занимающая менее 15% рынка. Что будет с компаниями, чья доля составляет от 15% до 35% – непонятно. Такая неопределенность допускает возможность произвольного толкования закона, а значит, потенциально коррупциогенна.

По словам нашего эксперта, теория коллективного доминирования вызывает много споров о ее экономической обоснованности. Во многих странах предлагается вообще отказаться от этого принципа, потому что он препятствует росту компаний. Нет интереса увеличивать свою рыночную долю, потому что ценообразование будет регулироваться антимонопольным органом. «Нужно регулировать компании, чья рыночная доля превышает 50 процентов. Тогда это справедливо. Иначе у нас никогда не появятся игроки международного уровня типа «Майкрософт», эту инициативу рубят на корню», – считает Айдын Бикебаев.

[inc pk='263' service='table']
Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности