Победа над самим собой

Прошедшие в начале октября выборы в сенат показали, что внутри правящей партии обостряется конкуренция между партийными группами: региональные элиты заявляют о своих претензиях на власть

Победа над самим собой

Принято считать, что назначение на должность посла порой является почетной ссылкой для политика. Для казахстанских чиновников местом почетной ссылки часто выступала верхняя палата парламента. Во всяком случае, кресло сенатора (избираемого, а не назначаемого) часто становилось последней строчкой в трудовой биографии казахстанских чиновников, а вот трамплином на пути к новым высотам – практически никогда.

В результате прошлогодней конституционной реформы полномочия сената существенно выросли (впрочем, лишь в рамках парламента). Выросла и привлекательность депутатского мандата. Однако проекция властных полномочий президента Нурсултана Назарбаева на партию, лидером которой он является, привела к тому, что внеочередные выборы в мажилис завершились полной победой «Нур Отана» и в Казахстане появился однопартийный парламент. Поскольку президент концепцию однопартийности не поддерживал, более того, заявил о необходимости обеспечить на законодательном уровне прохождение в парламент второй партии, многие ждали, что после выборов в сенат, которые прошли 4 октября, в парламенте появятся представители если не оппозиционных, то хотя бы альтернативных президентской партий.

Как и предсказывал «Эксперт Казахстан», президентская партия отказалась играть в поддавки и проводить в сенат представителя другой партии ради торжества идеи многопартийности (см. «Полный цикл избирательных процедур», «Эксперт Казахстан» № 37 от 22 сентября 2008). Во всех округах победили кандидаты от «Нур Отана». Не просто члены этой партии, а те, кого она утвердила в ходе «праймериз» (предварительных выборов). Разумеется, все они фактически являлись выдвиженцами региональных элит, согласованными с администрацией президента, а партия, избиркомы и маслихаты всего лишь оформляли это соглашение.

Явка выборщиков (членов маслихатов) составила 97,6%. Причем победители в большинстве регионов забрали себе почти все голоса (80–90%). На выборах 2005 года мало кто из победителей мог похвастаться таким результатом. Очевидно, переход «Нур Отана» из разряда партии власти в разряд партии правящей сопровождался как повышением внутрипартийной дисциплины (выборщики – депутаты маслихатов были почти сплошь однопартийцами кандидатов), но и улучшением планирования. Но при этом выборы были не просто альтернативными, в ряде округов они прошли в атмосфере жесткой конкуренции.

Делегированные акиматом

Партийный список выглядит сбалансированным по национальному признаку. Пятеро сенаторов – русские. На прошлых выборах в 2005 году был избран один немец (Евгений Аман), все остальные – казахи. Гендерный баланс выдержан в меньшей степени – из 16 сенаторов только одна женщина. Но у нас не Норвегия, и вряд ли вопиющий гендерный дисбаланс вызовет негодование общества.

Часть сенаторов была переизбрана на новый срок, но таких в этот раз было меньше половины. Причины, по которым 9 из 16 сенаторов не были утверждены «Нур Отаном» в качестве кандидатов, различны – от возраста до нежелания или неспособности работать в парламенте. Из выбывших наиболее заметной фигурой является Бексултан Туткушев, он, пожалуй, единственный, чей уход был многими воспринят с сожалением.

Большинство новоизбранных сенаторов – это заместители акимов или руководители аппаратов акиматов. То есть люди, работавшие длительное время в исполнительной власти. Креатуры местных правящих элит, отобранные партией и правительством. Они скорее хозяйственники, чем политики, но при этом практически все они чиновники. Кожахмет Баймаханов, шедший на выборы в статусе предпринимателя, с 1999 по 2004 год был акимом Кызылорды. Хусаин Валиев, ректор университета, долгое время работал в системе образования на управленческих должностях.

Впрочем, те, кто шел на выборы в качестве действующего депутата сената, прежде работали в органах исполнительной власти. Светлана Джалмагамбетова работала заместителем акима. Иран Амиров был председателем облсуда. Юрий Кубайчук был менеджером «Казахмыса», компании частной, но куда более близкой государственной власти, чем иная нацкомпания. Ермек Жумабаев – парламентский ветеран, он в сенате с 1995 года, возглавляет комитет по законодательству и правовым вопросам, а прежде он был прокурором района. Анатолий Башмаков до 2002 года работал в «Продкорпорации». Жумабек Турегельдинов и Орынбай Рахманбердиев были секретарями маслихата.

Все сенаторы – члены «Нур Отана», но партийных активистов среди них нет. Видимо, партия в этот раз, как и в ходе предыдущих выборов, лишь оформляла выбор, сделанный местными акиматами по согласованию с администрацией президента.

В Казахстане правоприменительная практика важнее качества самих законов. А основная функция сената, как и парламента в целом, не разрабатывать законы, а принимать их. Законопроекты готовятся в правительстве, где ими занимаются грамотные экономисты и юристы. А в парламенте их рассматривают люди, которые во время работы в акимате видели, как на практике действуют эти законы. Например, Сарсенбай Енсегенов, первый замакима Атырауской области, занимавшийся работой с инвесторами и решением трудовых конфликтов, был фигурой едва ли не более публичной, чем сам аким.

Это опытные управленцы, знающие, как функционирует система, отвечающие за болевые точки – социалку, жилкомхоз, сельское хозяйство. Это люди, сочетающие опыт со здравым смыслом. А техническое оформление законов ложится на правительство и юристов из аппарата парламента. Кроме того, с точки зрения представления интересов региона заместитель акима области – далеко не худший вариант. Ведь для региональных элит по-настоящему важны бюджетные вопросы, а именно в них замакима обычно хорошо разбирается.

Внутрипартийная конкуренция

По итогам праймериз «Нур Отан» выдвигал в каждом округе одного кандидата. При этом следовало предусмотреть наличие как минимум еще одного участника, обеспечивающего альтернативность выборов. Причем для того чтобы исключить возможность снятия им своей кандидатуры (и срыва таким образом выборов), этот участник должен был быть надежным человеком, а не представителем оппозиции.

Так как для большинства чиновников кресло сенатора – финальный аккорд в его карьере, можно предположить, что некоторые пошли в парламент не вполне добровольно. Ведь если сравнить полномочия, возможности, да и карьерные перспективы заместителя акима области и сенатора, то сравнение будет не в пользу последнего.

Выборы были не просто альтернативными, в ряде округов они прошли в атмосфере жесткой конкуренции

Особенность выборов этого года в том, что на них пошла большая группа представителей региональных элит, которые вступили в конкуренцию с официальными кандидатами от правящей партии. Они в большинстве своем были членами той же самой партии, но не дублерами. И не похоже на то, чтобы они шли на выборы ради галочки, ради строчки в биографии. Они шли на выборы, опираясь на некий административный и финансовый ресурс, рассчитывая на поддержку своих сторонников в маслихатах.

Региональные элиты заявили о своих претензиях на власть. Учитывая особенности казахстанского политического процесса, когда оппозиция связывает свое прохождение в парламент не с процедурой выборов и народным волеизъявлением, а с актом монаршей милости, именно это и есть реальная конкуренция. Конкуренция за доступ к процессу принятия политических решений, за возможность влиять на бюджетную и налоговую политику.

После изменения избирательной системы с преимущественно мажоритарной на пропорциональную региональные элиты утратили возможность напрямую проводить своих выдвиженцев в центральные органы власти. Путь во власть теперь лежит через правящую партию. И обреченные на провал выступления отдельных представителей региональных групп – пусть не прямая угроза, но ясный и недвусмысленный сигнал Ак орде о том, что чрезмерная централизация власти устраивает далеко не всех.

И прежде случалось, что на выборах соперниками оказывались примерно равные по весу и положению чиновники – как в 2004 году, когда партии «Отан» и «Асар» выдвинули кандидатами в одном округе двух заместителей акима области. Но тогда разные элитные группы были связаны с разными партиями (большинство из них было пропрезидентскими, но все же они были разными). А сегодня практически все представители правящей элиты стали соратниками по партии.

Проблем с качественным наполнением сената у «Нур Отана» нет. Все новые сенаторы – грамотные, компетентные, профессионально состоявшиеся люди. Проблема – в процедуре их отбора, которая абсолютно закрыта не только от общества, но и от управленческой элиты в целом. И реакция на эту непрозрачность проявляется, в частности, на выборах в виде фронды групп специальных интересов в областях. Недовольство региональных элит трудно замерить, но оно очевидно. И лучший способ снять это недовольство – превратить конкуренцию интересов в конкуренцию на выборах, которой не помешал бы даже однородный состав маслихатов. Но сегодняшние методы государственного управления, при которых политическая партия фактически обслуживает интересы правительства, превращают процесс выборов в техническую процедуру ротации кадров, мало чем отличающуюся по своей сути от назначения.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности