Горная болезнь

Экономика Казахстана постепенно входит в состояние рецессии. Выработанный правительством план антикризисных действий основан на традиционных методах поддержки экономики. Но для придания нового импульса стране нужны быстрые и нестандартные действия

Горная болезнь

Выступая 3 ноября на презентации бюджета в сенате парламента Казахстана, премьер-министр Карим Масимов заявил: «Казахстан бросает вызов мировой экономике: она на пороге рецессии, а он стремится все выше в гору. В настоящее время экономика страны развивается в заданных параметрах. За прошедшие полтора года наработан уникальный опыт обеспечения макроэкономической стабильности, поддержания деловой активности и ликвидности банковского сектора в условиях резкого ограничения доступа к внешним заемным ресурсам. Приняты меры по устранению симптомов перегрева ряда секторов национальной экономики и созданы условия для их оздоровления... Мы подготовились к снижению мировых цен на сырье и металлы и сформировали достаточно прагматичный трехлетний республиканский бюджет.

Вместе с тем в период рецессии мировой экономики нам предстоит предпринять самые энергичные шаги для противодействия глобальному кризису… А чтобы движение не прекращалось, нам необходимы новые нестандартные подходы и эффективные решения». Собственно, поиском таких решений правительство и занималось последнюю неделю октября, проведя три заседания кабинета министров, на которых были озвучены части антикризисного плана. Позитивный настрой премьер-министра должен вселять в граждан уверенность. Но так ли оптимистична ситуация на самом деле и действительно ли правительство подошло ко второй волне кризиса с четко разработанным планом нестандартных и эффективных действий? Доклады профильных министров и руководителей ведомств, прозвучавшие на заседаниях кабмина, а также данные как об экономике страны, так и в целом о ситуации в мировой экономике, как минимум, ставят под сомнение оптимизм премьера.

Это уже не кризис. Это рецессия

Начнем с макроэкономических параметров. Похоже, оправдывается заявленный в основах денежно-кредитной политики Национального банка на 2008–2009 годы пессимистический сценарий развития экономики. Он предполагал, что выполнение обязательств банков перед нерезидентами будет обеспечиваться сокращением внешних активов банков при отсутствии нового заимствования из-за рубежа. Это повлечет сокращение объемов внутренних инвестиций и замедление роста внутренних сбережений. Необходимость обслуживания внешних долговых обязательств обусловит нетто-отток капитала из страны, что будет оказывать высокое давление на обменный курс тенге в сторону его ослабления. «В рамках данного сценария ожидается, что экономического роста в Республике Казахстан в 2008 и 2009 годах наблюдаться не будет», – констатировали разработчики документа.

Эти опасения подтверждаются статистикой. Как заявил на заседании правительства министр индустрии и торговли Владимир Школьник, комментируя положение дел в малом и среднем бизнесе, доля которого в ВВП страны за 2007 год составила 30,8%, происходит ухудшение показателей выпуска продукции малого и среднего бизнеса (МСБ). Объем выпущенной продукции МСБ за январь–сентябрь 2008 года увеличился по сравнению с соответствующим периодом прошлого года (в постоянных ценах) на 0,1% и составил 1 748,9 млрд тенге. Но если индекс физического объема продукции МСБ за январь–июнь текущего года к аналогичному периоду прошлого года составил 3,3%, то за январь–сентябрь этот рост составил всего 0,1 %». То есть в этом секторе зафиксированный рост ниже статистической погрешности. Причем падение индекса физического объема произошло не одномоментно, он падал весь этот год. До августа общее положение в экономике спасали высокие цены на основной продукт казахстанского экспорта – сырье, как углеводородное, так и уголь и металлы. Полученные за это время экспортерами доходы, возможно, обеспечат номинальный рост ВВП по итогам года. Но роста физических объемов производства ожидать не приходится.

Ситуацию усугубляет то, что, начиная с августа, цены резко пошли вниз. Это привело к уже объявленному сокращению производства в горно-металлургическом секторе, который является базовым донором несырьевого бюджета. Более того, такой тренд, видимо, продолжится и в течение следующего года. Существует серьезная вероятность того, что горнодобывающая промышленность погрузится в состояние рецессии. Практически то же самое можно сказать и о малом и среднем бизнесе.

Как же обстоят дела в финансовом секторе? Может быть, там положение лучше? Отнюдь. По данным Агентства финансового надзора (АФН) и Нацбанка в сентябре общая сумма депозитов юридических и физических лиц уменьшилась на 0,8%, ссудный портфель банков увеличился лишь на 0,6%, а по году – на 2,5%. Для сравнения, по данным Национального банка, в течение семи месяцев 2007 года рост кредитов в экономике составил 46,6% (за соответствующий период 2006-го – 27,7%). Заметно ухудшилось качество кредитных портфелей: зафиксирован более чем двукратный рост безнадежных кредитов, объем которых на 1 января 2008 года составлял 1,5%, а на 1 октября – уже 3,3%. Инфляция в Казахстане, по данным Агентства по статистике, составила в октябре 2008 года 0,6%, с начала года – 8,8%, среднегодовая же инфляция (январь–октябрь 2008-го к январю–октябрю 2007-го) – 18,7%. Но что гораздо важнее – по данным того же агентства прожиточный минимум за этот период вырос на 24%.

В этой ситуации совершенно понятна активность правительства по поиску «нестандартных и эффективных» решений. Можно выделить три основных направления предложенного властями антикризисного плана. Во-первых, это попытка оздоровить и оживить финансовую систему страны путем введения дополнительных провизий, а также новых видов резервных требований, рекапитализации на сумму около пяти миллиардов долларов четырех или шести крупнейших банков и очищения кредитных портфелей банков через созданный 1 ноября с первоначальной капитализацией в 52 млрд тенге Фонд стрессовых активов (подробнее см. «Всем сестрам по рискам»). Во-вторых, попытка добавить деньги в экономику через финансирование инфраструктурных и других проектов, входящих в программу «30 корпоративных лидеров». На эти цели предполагается направить еще пять миллиардов тенге из Национального фонда.

В-третьих, реализация комплекса мер по развитию агропромышленного комплекса, где уже озвученная премьером цена вопроса равна 350 млрд тенге, которые будут получены через различные источники и прежде всего бюджет.

Про две трубы

Разберем подробнее меры, предлагаемые для оздоровления финансового сектора. На прошедшей неделе было оглашено совместное заявление правительства, Нацбанка и Агентства по финансовому надзору (АФН). Основная идея документа заключается в том, что банкам будут увеличены размеры провизий, что, в свою очередь, может повлечь дефицит средств для кредитования экономики. В этой ситуации правительство предложило акционерам четырех системообразующих банков (Альянс Банк, Народный банк, БТА Банк и Казкоммерцбанк) либо «незамедлительно увеличить размеры уставного капитала», либо согласиться на вхождение в состав акционеров государства в лице фонда «СамрукКазына», который приобретет до 25% акций банков на общую сумму до пяти миллиардов долларов (выделены ему на дополнительную капитализацию из Национального фонда). Все четыре упомянутых в заявлении банка положительно откликнулись на инициативу правительства и назвали суммы, которые хотели бы получить (ККБ – 200 млн долларов, Альянс и Народный – по 500 млн, а БТА – 2,3 млрд долларов).

Руководитель центра экономического анализа «Ракурс» Ораз Жандосов отмечает, что в отношении самой попытки рекапитализации банков «существует два момента – совершенно правилен посыл, что необходимо в банках произвести нормальное провизирование, так как качество кредитных портфелей значительно упало, но вряд ли это возможно сейчас, пока не достигнуто дно на рынке недвижимости». Более того, учитывая скорость, с какой банки назвали точные суммы, которые хотели бы получить от правительства, складывается ощущение, что именно этих средств им как раз не будет хватать для формирования нового уровня провизий.

[inc pk='1820' service='media']

Вряд ли вливаемые деньги увеличат объем кредита в экономике. Помимо ухудшившихся банковских активов продолжают действовать и другие факторы. И прежде всего погашение банками обязательств по внешним займам: по данным Института развития экономики, это около 17 млрд долларов в нынешнем году и восемь – в следующем. Вроде бы здесь все в порядке. Ни один казахстанский банк не допустил дефолта по своим внешним обязательствам. Заверения председателя Национального банка Анвара Сайденова и ряда банкиров о том, что у банков хватит средств расплатиться с внешними долгами, соответствуют действительности. Правда, есть одно «но»: банкиры не говорят, что будет с остальной экономикой страны. В отсутствие достаточного и доступного кредита она просто свернется, что отчасти сейчас и происходит. Если посмотреть на то, как производились в течение 2008 года выплаты, то, исходя из данных Национального банка, можно сделать вывод, что долг перед нерезидентами уменьшился незначительно. Более 80% внешних обязательств было погашено путем рефинансирования, по-видимому, в результате двусторонних непубличных договоров. Вторая волна кризиса развеяла иллюзии, царившие в правительстве и в банковских структурах в феврале–марте этого года, об открытии в IV квартале внешних рынков капиталов. И поставила окончательную точку в вопросе привлечения денег извне. Собственно это обстоятельство и побудило правительство, которое до августа с непонятным упорством отстаивало принцип частной собственности в БВУ, пойти на вхождение в капитал и советы директоров системообразующих банков. Однако возникает вопрос: достаточно ли будет пяти миллиардов долларов для того, чтобы увеличить кредитное плечо в казахстанской экономике? И не придется ли государству добавлять еще? Учитывая размеры Национального фонда (объем стабилизационной части – как раз 10 млрд долларов), возможности тут ограничены. «Идеально было бы, чтобы в результате этих мер все-таки произошло рефинансирование, но вряд ли это будет. По сути, государство деньгами Нацфонда попытается заместить те средства, которые банки выведут из казахстанской экономики для выплат по внешним займам. Как это ни печально, по-другому сейчас просто невозможно. Однако надо понимать, что есть и другие факторы. В целом рекапитализация со стороны государства даст уверенность депозиторам – как юридическим, так и физическим лицам. Следом это даст какие-то дополнительные ресурсы и повлияет на возможность привлечения субординированного долга», – говорит Ораз Жандосов. Хорошо, если это будет так, но существуют изрядные сомнения. По данным Национального банка, в последнем квартале этого года и в первых двух следующего банкам придется выплатить около 10 млрд долларов внешних долгов. В среднем чуть более трех миллиардов в квартал. Получается, что ситуация крайне напоминает школьную задачку про бассейн и две трубы: в одну вода втекает – из другой вытекает. И скорость, а также уровень наполнения бассейна зависит прежде всего от диаметра труб.

Нужно быть быстрым

Если с банковским сектором ситуация все-таки более или менее ясная, то как предполагается использовать еще один пятимиллиардный транш из Нацфонда – ясно не вполне. Есть лишь общие контуры. «СамрукКазына» выпустит на эту сумму облигации, а их целиком выкупит Нацфонд. Из полученных средств предполагается кредитовать инфраструктурные и прорывные проекты. Первые 19 из них (см. таблицу) уже были озвучены на заседании правительства. Но совершенно не ясен ни срок обращения этих облигаций (а следовательно, на какой срок будут выдаваться кредиты), ни ставка, по которой эти облигации будут размещены. Что тоже критически важно. Если она будет высокой – то высокой будет и цена кредита, если низкой – это приведет к потере средств Национальным фондом, то есть, по сути, бюджетных средств.

В любом случае обещанные инвестиции не помогут устранить структурные перекосы национальной экономики. Это нужно было делать раньше. Но начатые в конце 90-х институциональные реформы, которые попыталось продолжить в 2000-х Министерство экономики и бюджетного планирования, на рубеже 2005–2006 годов свернули. В условиях нефтяной эйфории правительство кинулось в ручное управление экономикой, плодя всевозможные и, как правило, не скоординированные между собой программы – то создание хлопкового кластера, то строительство гигантского завода по производству стекла et cetera. Создавалось и громадное количество государственных институтов. Беда в том, что в результате в стране так и не появился нормальный инвестиционный климат (крупные зарубежные компании, отпускающие комплименты правительству, вряд ли можно брать в расчет, поскольку они работают на основе индивидуальных договоренностей с высшим политическим руководством) и не реализован ни один по-настоящему серьезный проект. Фактически экономика страны представлена тремя большими секторами, слабо взаимодействующими между собой, – нефтегазовым, горно-металлургическим (работающими практически исключительно на экспорт) и прочими предприятиями. Упор на экспортоориентированность привел к тому, что в стране практически отсутствуют серьезные производства, ориентированные на внутренний спрос. Поэтому пять миллиардов долларов, которые предлагает правительство добавить в виде точечных инвестиций в экономику, скорее всего, никакого серьезного мультипликативного эффекта не дадут. Большая часть этих средств уйдет в качестве оплаты за оборудование, технологию за рубеж. Оживление может произойти лишь в строительном секторе и производстве стройматериалов.

Есть и еще один нюанс. «Серьезно влияет на ситуацию скорость принятия решений. Все происходит очень долго. Хотя уже новой волне кризиса два месяца. Мое мнение – что в феврале-марте этого года правительство должно было пойти на фискальное стимулирование. В результате, возможно, падение цен на недвижимость остановилось бы и само по себе, поскольку сохраненные деньги пошли бы на стимулирование спроса. А в силу того, что у нас все-таки не такая, как в США, разница в объемах, в том числе и по проблемам недостроя и уже построенного жилья, это дало бы эффект. Этого сделано не было, и в конце лета нас накрыла вторая волна кризиса», – считает Ораз Жандосов.

На ситуацию в экономике влияет, и серьезно, снизившаяся покупательная способность граждан и компаний. Это приводит к общему снижению спроса. Между тем правительство по-прежнему делает ставку не на стимулирование спроса путем хотя бы преодоления диспропорции в оплате труда между бюджетным сектором и рыночным, а на программы поддержки. Но и они малоэффективны, особенно в сегменте малого и среднего бизнеса.

Впрочем, правительство не теряет оптимизма. И, похоже, приходит к пониманию того, что время разговоров о перевыполнении плана по росту ВВП окончательно прошло. «Мы должны делать сейчас все очень быстро и решительно. Должны работать на опережение, предвидя те или иные вопросы, которые возникают, очень быстро. В течение ноября-декабря должны принять все основные решения, все должно начать двигаться. У нас руки свободны. Законодательная база существует, деньги есть, договоренности есть, инвесторы есть, они желают работать, ликвидность у них есть. Надо просто очень быстро с ними вместе двигаться», – заявил, подводя итоги обсуждения плана антикризных мер, Карим Масимов.

[inc pk='239' service='table']
Статьи по теме:
Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом