Скучный новый мир

Бурное развитие и рост финансовых рынков позади. После рецессии мировая банковская система будет жестко регулируемой, низкодоходной – зато более стабильной, чем прежде

Скучный новый мир

VI финансовый саммит «Глобальный кризис и Турция» в Стамбуле для казахстанских журналистов начался с завтрака. Сидевший рядом с нами иностранный бизнесмен медленно пил кофе, задумчиво вглядываясь в Босфор. Может быть, он на секунду задумался о вечном – но раскрытая соседом газета с набранным крупным шрифтом на первой странице словом «Crisis» вернула его взгляду озабоченность. Отставив кофе, он направился в конференц-зал.

На саммит, организованный турецкой компанией Active Academy в Стамбуле, прибыло около 400 гостей. Генеральные директора банков и строительных компаний, страховщики и чиновники откровенно обменивались мнениями об экономическом кризисе. Представитель турецкого Агентства по банковскому регулированию и надзору Тевкин Билгин даже попросил их соблюдать осторожность: «Сейчас большой вес имеют комментарии со стороны экспертов, появляющиеся в средствах массовой информации. Я хочу призвать всех представителей финансового мира давать выверенные и продуманные комментарии, а в некоторых случаях хранить молчание». Однако мало кто прислушался к его совету.

И вас проконтролируем

Из выступлений докладчиков постепенно становилось ясно, что главным последствием кризиса стало чувство страха, охватившее как участников рынка, так и экспертное сообщество. Страха перед нынешней неустойчивостью финансовой системы, перед грядущей рецессией и перед будущим жестким контролем государства. Профессор из университета Лойолы в Чикаго доктор наук Вефа Тархан в своей речи выказал уверенность, что кризис рано или поздно разразился бы в любом случае. Коллапс американского рынка ипотечных бумаг не является его единственной причиной.

«Все твердят об ипотеке, – заявил доктор Тархан, – однако действительная причина кризиса – дефицит государственного бюджета США. (В 2008 году он достиг рекордного уровня в 3,2% от ВВП – 438 млрд долларов вместо планировавшихся ранее 239 млрд. – “ЭК”) У <американского> правительства нет инструментов для финансирования дефицита. Кроме того, для увеличения доходности компании стали использовать кредиты. Инвестиционные банки буквально всем раздавали их. Риски были плохо просчитаны, компании так сильно хотели получить прибыль, что шли на очень рискованные операции. Это не кризис ликвидности. Это кризис плохо просчитанных рисков».

А вот директор финансового департамента Ernst and Young UK Питер Мидлтон, говоря о кризисе, вспомнил классику: «Диккенс писал: “Годовой доход в 100 фунтов при годовом расходе в 95 фунтов вызвал бурную радость”, а мы можем сказать, что годовой доход в 100 фунтов при годовом расходе в 105 фунтов обернулся большим горем».

Мистер Мидлтон добавил, что в банковском секторе наблюдалось раздувание активов. «По данным Morgan Stanley, размер долгосрочных активов европейских банков превышает размер ликвидных активов на 17 триллионов евро, – тут он сделал паузу, – вдумайтесь – 17 триллионов! Это довольно спекулятивное создание активов. А на правой стороне баланса, на стороне обязательств – огромные долги государственным и частным организациям». Он выразил уверенность в том, что кризис еще не завершен, и предсказал мировой экономике трудные времена: высокий уровень безработицы, падение совокупного спроса, рецессию, которая может продлиться от 18 месяцев до трех лет. Кроме того, сейчас кризис ликвидности постепенно трансформировался в кризис доверия. Финансовые институты и крупнейшие банки по всему миру перестают доверять друг другу, а население утрачивает веру в финансовую систему. На фондовых рынках царит страх.

Эту мысль подтвердил заместитель директора Центрального банка Турции Эрдем Баски, заметивший: «Общемировая уверенность в финансовых инструментах настолько мала, что инвесторы продолжают вкладывать в американские государственные облигации». Именно поэтому доллар продолжает укрепляться, хотя, по мнению банкира, должен падать.

«Мы с вами живем в очень интересное время, – приободрил аудиторию г-н Мидлтон и пообещал, что в финансовом и банковском секторах грядут очень серьезные перемены. – Через три-пять лет мы увидим совершенно другую банковскую систему. В первую очередь изменения затронут политику государственного регулятора и роль государства в финансовом секторе. Уже сейчас социализация экономики США достигла уровня послевоенного периода 1940-х годов, а финансовые институты Великобритании впервые в истории переживают такую масштабную национализацию».

Правда, он отметил, что не все национальные правительства поддерживают идею введения сильного регулятивного контроля. США продолжают настаивать на свободном рынке, в то время как Европа и Россия предлагают жестко его регулировать. Перед правительствами очень трудный выбор – сохранить доступ к кредитам малым и средним компаниям или ограничить кредитование и улучшить баланс финансовых организаций.

Рассказывая о предстоящей работе государственных органов, г-н Мидлтон попытался оправдать действия финансистов, ставших причиной этой бурной деятельности государства: «Сейчас все обвиняют банкиров и финансистов во всех смертных грехах и в том, что они заварили эту кашу, но я должен сказать, что за последние 10 лет мы наблюдали такой рост мировой экономики, какого еще не было в истории человечества. Мы должны помнить, что именно развитие финансовой системы сделало возможным этот рост (впрочем, из этого можно предположить, что мир может ожидать рецессия, какой еще человечество не знало. – “ЭК”)».

Будущее г-ну Мидлтону видится весьма скучным. «Увлекательные годы, леди и джентльмены, позади, – печально сказал представитель Ernst and Young, – для банкиров начинается путешествие назад в будущее (опять-таки во времена Диккенса), когда нужно будет набирать частную клиентуру, увеличивать долю депозитов на балансе, внимательно следить за размером активов, сохранять высокий уровень капитализации и скрупулезно оценивать риски. Банкам придется снижать долю заемного капитала, уменьшать использование долгового финансирования, проводить делевередж».

Очевидно, что многих финансистов не радует такое будущее. Выступавшие на форуме эксперты полагают, что прежде чем в финансовом мире воцарится размеренная жизнь, несколько крупных европейских банков обанкротятся, произойдут слияния и поглощения и все больше компаний выйдут на рынок для капитализации.

Главный экономист Denizbank доктор наук Сраухан Озель высказал мнение, что на данном этапе государству необходимо создать новые институты доверия, чтобы вернуть инвесторам уверенность в финансовом рынке. Но сделать это правительствам будет очень непросто.

Кому в Турции жить хорошо?

На стамбульском форуме не могли не затронуть тему кризиса в самой Турции. Большинство спикеров были настроены оптимистично. «Когда мы говорили о грядущих проблемах, нас называли каркающими воронами, а сейчас, когда мы пытаемся всех успокоить, называют соловьями, выводящими радостные трели», – полушутя сказал г-н Озель. Многие спикеры отмечали, что турецкий финансовый кризис 2001 года, когда разорился 21 банк, а турецкая лира потеряла 50% стоимости, сделал банковскую систему более устойчивой. Турецкие финансисты научились просчитывать риски (банки практически не покупали ипотечных бумаг), а государство разработало более жесткий регулятивный контроль. Из прошлого кризиса Турции помог выбраться Международный валютный фонд (МВФ), выделив 15,7 млрд долларов.

Однако генеральный директор Koc Information Group Мехмет Налбантоглу считает, что оптимистичные взгляды на нынешний кризис лишены оснований: «Я привык называть вещи своими именами. Кризис оказал негативное влияние на все секторы экономики Турции. Экспортоориентированные отрасли пострадали очень сильно – упали объемы производства текстильной промышленности, снизились объемы автомобильного производства. Тысячи человек потеряли работу, а в будущем кризис только усугубится, нас ждет стремительный рост безработицы».

В 2008 году Турция пережила массовый отток иностранного капитала. Если в ноябре прошлого года на турецкой фондовой бирже обращалось порядка 300 млрд долларов, то в ноябре этого года – только 97 млрд. В среднем турецкие компании потеряли около 2/3 от капитализации. По мнению доктора Тархана, настоящая беда – не рыночные потери, а замораживание кредитования. Получение доступа к кредитам – это ключевой вопрос в преодолении последствий кризиса. По словам г-на Тархана, Турция нуждается в помощи МВФ. «Средства валютного фонда необходимы не только для рефинансирования синдицированных займов, но и для поддержки реального сектора, который сейчас остро нуждается в финансовой подпитке», – поддержал доктора президент Турецкой ассоциации экспортеров Мехмет Буюкекши. В следующем году стране понадобятся 130 млрд долларов для рефинансирования краткосрочных синдицированных займов. Банки, получив деньги, смогут кредитовать реальный сектор. Но МВФ пока самому предстоит найти кредитора.

Выбираться самим

В этой ситуации частным компаниям необходимо сконцентрироваться на оптимизации производства и сокращении расходов. Представители IT-компаний предложили три пути снижения издержек – аутсорсинг, консолидацию активов и использование новых технологий. Управляющий директор HP Turkey Сердар Урчар рассказал «Эксперту Казахстан», как новые технологии и консолидация помогли им снизить расходы. «У нас было 85 информационных центров, мы сократили их количество до трех основных и трех вспомогательных. Мы сократили персонал, который работал в этих инфоцентрах. Кроме того, оборудование инфоцентров использовало много электроэнергии для работы и последующего охлаждения. Мы изобрели новое устройство, которое расходует электроэнергию более эффективно, снижает необходимость охлаждений, таким образом, мы срезали расходы на 60%». Генеральный директор Cisco Turkey Еркан Акдемир отметил, что его компания считает неправильной политику сокращения работников. «Ценность компании заключается в ее работниках. Несмотря на трудности, мы не планируем никаких сокращений. Это наш главный урок, вынесенный из кризиса 2001 года, – мы хотим сохранить ценные кадры», – сообщил г-н Акдемир. Он сказал, что с помощью новых технологий возможно сокращение расходов, например, на организацию бизнес-поездок сотрудников компаний. «Теперь можно чаще устраивать видеоконференции», – высказал свое мнение г-н Акдемир. Али Думанкая, член совета директоров строительной компании Dumankaya Construction, добавил, что компаниям в условиях кризиса необходимо оставаться открытыми для средств массовой информации и общественности. А также развивать внутрикорпоративные коммуникации. Мехмет Буюкекши резюмировал, что предприятиям следует работать 24 часа в сутки, чтобы выжить.

Вице-президент Shekerbank (34% принадлежит БТА Банку) Мурат Исмухамедов оказался одним из немногих казахстанцев, с которым удалось побеседовать в кулуарах форума. Сравнивая развитие кризиса в РК и Турции, он отметил: «Турки пережили уже несколько экономических потрясений, последнее было в 2001 году. У них выработалось что-то вроде иммунитета, они кризисов не сильно боятся. Для Казахстана это первый серьезный кризис после получения независимости. Последние шесть лет Казахстан находился в неком эйфорическом состоянии. Поэтому главный урок, который мы должны вынести – это то, что не нужно обольщаться. Волновые экономические законы никто не отменял. Высокая прибыль не вечна».

Благодарим компанию K’Cell за помощь в организации поездки

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики