Остановка перед солнцем

Неблагоприятная рыночная конъюнктура заставила компанию KazSilicon приостановить производство. Но генеральный директор предприятия Эльдар Кассымов не теряет надежды вывести компанию в лидеры рынка, делая ставку на высокотехнологичные ноу-хау

Остановка перед солнцем

По данным экспертов казахстанского инфраструктурного комплекса «Нанофабрика», рост мирового рынка солнечной энергетики за последние годы составляет 20–40% в год. Сейчас более 95% всех выпускаемых солнечных батарей созданы на основе кремниевых технологий. Солнечная энергетика дорога – 1 кВт установленной мощности на гелиоэлектростанциях обходится почти в 100 раз дороже, чем на угольных. Поэтому важнейшей задачей для развития гелиоэнергетики является снижение ее стоимости, которая напрямую зависит от стоимости кремниевых пластин. Казахстан обладает большими ресурсами кремниевого сырья. Но пока у нас действует только один завод по производству металлургического кремния – ТОО МК «KazSilicon» (входит в инвестиционно-промышленную группу Zhersu), расположенный в Алматинской области. Кроме того, компания Silicium Kazakhstan (учредителями которой являются компании «Баско», «Титан» и ThyssenKrupp Mannex) ввела в эксплуатацию в начале декабря завод в Караганде. Подразделение казахстанской Lancaster Group KUN Renewables также объявило о строительстве завода по производству поликристаллического кремния на территории индустриального парка Астаны. Сдача объекта предварительно запланирована на 2010 год. KazSilicon выпускает только металлургический кремний, хотя, по словам генерального директора KazSilicon Эльдара Кассымова, его компания в лабораторных условиях смогла получить монокристаллический (солнечный) кремний из металлургического. Он считает, что если внедрить эту технологию в производство, то стоимость солнечного кремния снизится в четыре-пять раз. Сейчас производство металлургического кремния на заводе приостановлено в связи с неблагоприятной рыночной конъюнктурой – цена на кремний постоянно колеблется. Руководство предприятия не комментирует причин остановки деятельности завода, утверждая, что его работа будет возобновлена в первом квартале 2009 года. Но, несмотря на временное затишье на предприятии, г-н Кассымов уверен в том, что KazSilicon ждет яркое «солнечное» будущее.

– Эльдар, кто выступил его инициатором и каков был объем инвестиций?

На сегодняшний день мы первые в СНГ, а может быть, и одни из первых в мире получили монокристалл из металлургического кремния

– Инициатором нашего проекта выступала группа Zhersu, которая в 2006 году называлась TSC Group. Zhersu разработала программу «Жетысуйская кремниевая долина» на 2006–2010 годы. Программа соответствует задачам Стратегии индустриально-инновационного развития Республики Казахстан, призванной перевести экономику страны от добычи и реализации кварцевого сырья к производству высокотехнологичной продукции, то есть к производству металлургического, поликристаллического кремния и солнечных батарей. Zhersu начала с приобретения Сарыкульского месторождения жильного кварца с утвержденными запасами 1,75 миллиона тонн. В последующем она занималась разработкой проектной документации для строительства завода, которое началось в 2005 году. В конце 2006-го мы уже запустили наш завод. Строительство проводилось за счет собственных средств группы и кредитной линии Казкоммерцбанка. Кварц с Сарыкульского месторождения уникален своей высокой химической чистотой с содержанием оксида кремния свыше 99,5%. Сегодня, в условиях нынешней экономической ситуации, мы были вынуждены создать два предприятия под одним проектом – ТОО «Кварц» и ТОО «KazSilicon». Это делалось для того, чтобы получить преференции по корпоративному налогу, налогу на имущество и налогу на землю, так как проект производства металлургического кремния является уникальным для казахстанской промышленности. На сегодняшний день объем инвестиций по двум предприятиям превышает 30 миллионов долларов.

– Чем занимаются два ваших предприятия?

– «ТОО Кварц» занимается разработкой месторождения, добычей и первичной переработкой кварца. После чего кварц, как основное сырье, поступает на KazSilicon, где его при помощи карботермического восстановления перерабатывают в металлургический кремний.

– Каков был первоначальный срок окупаемости? Изменился ли он в связи с кризисом?

– Первоначальный срок окупаемости составлял шесть лет, однако из-за ухудшения экономической ситуации мы ожидаем его увеличения. Но все зависит от объемов нашего производства. Инфраструктура завода создавалась для выпуска 10 тысяч тонн металлургического кремния, а мы выпускаем пять тысяч.

– То есть в связи с экономическим кризисом мощность завода упала?

– Нет. Изначально инфраструктура завода строилась для выпуска 10 тысяч тонн продукции, но так как мы были пионерами в производстве металлургического кремния на территории Центральной Азии, было необходимо снизить риски. Поэтому решили разбить проект на два этапа. На первом этапе нашей целью было наладить производство качественного кремния и отработать технологические режимы. Мы хотели быть уверенными в том, что можем производить качественный кремний, что этот кремний будет иметь спрос на мировом рынке, что мы можем продать его по хорошей цене и установить заложенную рентабельность. На все эти вопросы получили утвердительные ответы. В связи с высокими качественными характеристиками наш кремний пользуется спросом на территории Европы, в таких странах, как Германия, Румыния, Голландия и другие, и в Юго-Восточной Азии. То есть сейчас вопрос только в том, что мы должны поставить дополнительную печь, тогда производительность нашего предприятия увеличится в два раза. Потому что все основные производственные узлы, такие так автозагрузка, система газоочистки, энергообеспечение и водоснабжение, установлены на две печи.

– Какова стоимость установки еще одной печи?

– Учитывая полную готовность производственной инфраструктуры, расширение производственной мощности обойдется намного дешевле уже вложенных средств. Мы ориентируемся уложиться в минимальные 5–7 миллионов долларов.

Спасибо китайцам и россиянам

– Что входит в вашу продуктовую линейку?

– Имея два предприятия, мы имеем две продуктовые линейки. Первая – это кусковой кварц, кварцевая крошка, кварцевая крупа, которая идет на футеровку металлургических печей, но основной продукцией у нас является производство металлургического кремния, но он, к сожалению, уходит только на экспорт. Это исключительно экспортоориентированная программа. Сегодня мы производим кремний с качеством Si от 99,0 до 99,95%. Имея такой широкий спектр продукции – Si 99,0, 99,3, 99,6 и 99,9%, покрываем все рынки потребления кремния, будь то металлургия, химия или в дальнейшем передел в кремний солнечного качества. Рентабельность составляет более 35%. Она высчитывается, начиная от карьерных работ и заканчивая реализацией готового кремния.

– Технология плавления кремния – это ваши разработки?

– Частично наши, но сначала мы не умели ничего плавить, поэтому привлекали специалистов из других стран – из Китая, куда отправляли на учебу наших сотрудников, из России. Уже после того, как мы провели первоначальные плавки, начали разрабатывать свои методы повышения качества кремния. И сегодня у нас есть свои наработки. Но изначально это были те знания, которыми с нами поделились китайцы и россияне.

– Как у вас обстоят дела с кадрами?

– Трудно, потому что кадры нам пришлось выращивать самим. Разумеется, это люди, которые переквалифицировались из металлургии, которые уже имели двадцати- и тридцатилетний опыт работы на ферросплавных предприятиях. Этих же людей мы обучали у поставщиков оборудования – в Китае и России. (В Китае производится около 75% всего мирового кремния.) Они посещали обучающие программы по повышению квалификации. В процессе установки печи участвовали специалисты с российских заводов – ОАО «Кремний» и СУАЛ «Кремний-Урал». Они обучали наших сотрудников, и теперь я могу с гордостью сказать, что у нас единственное предприятие в Казахстане, которое имеет в своем штате сотрудников, умеющих плавить кремний. Производство кремния – самый сложный металлургический передел. Всего у нас 273 человека на комбинате и 69 человек на месторождении.

Кто владеет информацией...

– С какими проблемами вы сталкивались?

– Без проблем такое производство не запустить. Первая и основная заключалась в том, что, повторюсь, мы были первыми в Казахстане, кто собирался производить металлургический кремний, и не знали, что мы делаем и как это нужно делать. Сегодня этот вопрос уже решен. Есть определенные сложности с поставками электроэнергии, так как у нас очень электрозависимое предприятие. Были проблемы с налаживанием сбыта. Чтобы получить информацию о рынке кремния, необходимо с годик посидеть в Интернете, провести исследования. Честно говоря, чтобы получить информацию о рынке, нужно заключать договоры и заказывать такую информацию. Цену на кремний найти сегодня крайне сложно даже в Интернете. Были определенные затруднения, потому что товар продавался на зарубежных рынках, а чтобы продать товар там, нужно иметь какую-то репутацию, историю. Естественно, все это долгое время нарабатывалось, но сейчас это уже пройденный этап, и мы с уверенностью смотрим в будущее.

– Вы говорили о том, что использование невозобновляемых источников энергии вредит экологии. А ваше предприятие?

– В 2007 году дополнительно к нашей инфраструктуре, к нашему заводу мы поставили систему газоочистки, которая позволяет нам улавливать до 99% пыли. Это наилучший показатель в этой отрасли. Поэтому наше предприятие, несмотря на то что это металлургическое производство, является экологически чистым. Более того, вся пыль, которую мы улавливаем, не является нашим отходом, а является нашей побочной продукцией, которую мы получаем в пределах двух тысяч тонн в год. Ее мы продаем на рынках Европы достаточно успешно. Безотходное, экологически чистое производство.

– Насколько успешное?

– За тонну отходов мы получаем около 600 евро.

«Мы – первые! В лаборатории»

– Есть ли у вас отдел, занимающийся разработками?

– У нас есть исследовательский департамент (Research and Development), перед которым поставлена задача получения кремния солнечного качества, который может в ближайшем будущем стать заменой поликристаллическому кремнию. То есть необходимо получить высококачественный кремний 99,99% и выше металлургическим путем, из него можно вырастить монокристаллический кремний с требуемыми параметрами для производства солнечных батарей. Мы тесно сотрудничаем с «Астра КХМЗ» (Кыргызстан), где налажено производство монокристаллического кремния, и проводим свои эксперименты по выращиванию монокристаллов.

– Сколько у вас сотрудников в этом департаменте?

– В исследовательском департаменте работают четыре человека. К сожалению, таких специалистов в Казахстане можно пересчитать по пальцам, но нам повезло, мы нашли человека, который кремнием и солнечной энергетикой занимается уже более 10 лет. Он возглавляет департамент. Все наработки и все, чего мы на сегодняшний день добились, – это его рук дело. Сейчас не испытываем недостатка в кадрах. Не буду лукавить и скажу, что вся экспериментальная работа достаточно сильно зависит от объемов финансирования. Все зависит от того, какие экспериментальные плавки мы можем позволить себе проводить. Я вам приведу один пример. Сегодня работаем с Fraunhofer Institute for Solar Energy Systems – это лидирующий Центр по солнечной энергетике в Европе. Провести свои экспериментальные плавки в этом институте стоит около 50 тысяч евро за один эксперимент. Да, недешевое удовольствие, но мы, зная, к чему это может привести, идем на такие затраты. Источники финансирования в большинстве случаев частные – средства корпорации Zhersu, но привлекаем и займы.

– Каковы первые результаты исследований?

– Обычно для получения монокристалла из металлургического кремния требуется очищенный поликристаллический кремний. Мы смогли вытянуть такую болванку из нашего металлургического, рафинированного, высокочистого кремния Si 99,98%.

– Как это получилось?

– За счет процесса рафинирования, в котором у нас есть свое ноу-хау, внедренное нашим исследовательским департаментом. О ноу-хау я рассказать подробно не могу. Могу лишь сказать, какие эксперименты проделали. Имеется ряд всем известных способов очистки металлургического кремния – это методы карботермического восстановления, направленной кристаллизации, плазменной очистки. Мы отрабатываем все направления. Работаем с рядом международных центров и компаний, таких как Solar Power Industries из США, институт Fraunhofer, институт им. Патона в Украине, включая и наш Физико-технический институт. Хотим получить кремний солнечного качества без хлорсиланового процесса, из него можно будет производить солнечные батареи.

– В чем преимущество этого процесса? Он дешевле?

– В этом и заключена основная суть того, чем мы занимаемся. Этот процесс в четыре-пять раз дешевле. Так, себестоимость производства поликристаллического кремния – это минимум 50 долларов за килограмм, а по новой технологии – не выше 10 долларов за килограмм.

Вся политика солнечной индустрии сводится к тому, что необходимо уменьшить стоимость вырабатываемой электроэнергии. А высокая стоимость солнечной энергии вызвана в первую очередь высокой стоимостью поликристаллического кремния. Поэтому нашей целью является снижение стоимости электроэнергии, вырабатываемой солнечными батареями.

– Кто еще занимается получением монокристалла из металлургического кремния?

– В связи с острым дефицитом поликристаллического кремния все крупные компании в нашей отрасли и международные научно-исследовательские центры пытаются отработать дешевую технологию получения поликремния солнечного качества, то есть годного для производства солнечных батарей. Среди них Dow Corning (США), Elkem (Норвегия), Solar World (Германия), JFE Corp (Япония) и многие другие.

Дорогое солнце

– Какова стоимость солнечной электроэнергии?

– Сегодня она составляет 15–20 центов за кВт.ч и, по прогнозам, к 2020 году должна сравняться со стоимостью традиционных энергоисточников и составить порядка 5–7 центов за кВт.ч. Но несмотря на высокую стоимость солнечной энергии, во всех развитых странах отработаны механизмы и принято законодательство, способствующее распространению различных видов возобновляемой энергетики. К сожалению, у нас пока нет законодательной базы, которая бы приветствовала создание возобновляемых источников электроэнергии, но мы ожидаем, что в ближайшем будущем она будет принята.

– Что вы думаете о перспективах альтернативной энергетики при нынешних низких ценах на нефть?

– Кризис когда-нибудь закончится. Все понимают, что такие источники электроэнергии, как газ или нефть, не вечны и, кроме того, ухудшают экологию. На протяжении 10 лет самые развитые экономики мира, США и Европа, вкладывают огромные деньги в разработку проектов по возобновляемым источникам энергии. Несмотря на то, что сегодня нефть дешевеет, в будущем альтернативные источники электроэнергии все равно будут актуальной темой. Если сегодня солнечная энергетика занимает менее 1% в мировом балансе произведенной электроэнергии, то к 2040 году эта доля должна возрасти до 30%.

– Есть ли у вас определенные сроки по запуску производства кремния солнечного качества?

– Пока нет. У нас уже есть определенные результаты, позволяющие думать, что мы на правильном пути. Добиваемся определенных параметров – чистоты кремния или удельного сопротивления, которое требуется (выше 0,5 Ом/кв. см). Но понимаем, что есть ряд характеристик, которые мы не смогли удовлетворить, поэтому все зависит от того, как будет продвигаться наша работа.

– Какой дополнительный объем инвестиций вам нужен?

– Все зависит от того, как далеко мы планируем идти. Наш проект расписан на пять этапов – это подготовка карьера для добычи сырья, производство металлургического кремния, получение кремния солнечного качества, выращивание монокристаллов, распиловка на кремниевые пластины и производство солнечных батарей. У каждого из этих этапов есть своя добавленная стоимость. На сегодня мы уже выполнили два этапа, но, к сожалению, пока остановились на этом. Какими будут дополнительные инвестиции, будет зависеть в основном от производительности предприятия – если мы ограничимся одной тысячей тонн кремния солнечного качества и его доводкой до кремниевых пластин, то мы должны будем вписаться в бюджет до 50–100 миллионов долларов. 

Статьи по теме:
Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?