Компенсированный авторитаризм

Несмотря на флуктуации на финансовых и сырьевых рынках, в политической сфере Казахстан продолжает двигаться курсом, намеченным еще три года назад

Компенсированный авторитаризм

Провозглашенный Нурсултаном Назарбаевым курс на повышение эффективности государственного управления в прошлом году обернулся однопартийным парламентом, а в этом – появлением государственной суперкорпорации – фонда национального благосостояния «СамрукКазына». Эффективность принятия решений и социальная стабильность, которые давало предельное упрощение политического процесса, сопровождались сокращением каналов обратной связи между государством и обществом и снижением способности к самокоррекции у государственной власти.

Невидимые миру реформы

Утверждение, что работа правительства в уходящем году была не просто эффективной, но направленной на выполнение стратегического плана, принятого три года назад, может показаться нелепым, если исходить из того, что последние полтора года оно было занято исключительно поиском адекватных ответов на внешние вызовы. Сначала создание поясов продовольственной безопасности, потом – поддержка банков, затем – проблемы дольщиков, рецессия, перспектива роста безработицы. Кроме того, мировой финансовый кризис растопил наши валютные резервы и поставил под угрозу социальную политику президента.

Ситуация выглядит иначе, если оставить частный бизнес в покое (как он того и требовал еще пару лет назад, когда ему предлагали вступить с государством в партнерские отношения), и рассматривать лишь сферу, относящуюся к исключительной компетенции правительства, – бюджетную. Реформы последних лет, особенно направление нефтедолларов не в бюджет, а в стабилизационный Нацфонд, существенно обезопасили его и от колебания цен на нефть, и от других неприятных воздействий со стороны внешних рынков. Переход к трехлетнему бюджету в условиях кризиса также расширил возможности для маневра.

Политические реформы, адресованные Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе – ОБСЕ (предложенные правительством поправки в законы о партиях, выборах, СМИ и местном самоуправлении), были, в сущности, едва ли не стилистическими правками, однако свою роль сигнала о приверженности демократическим ценностям они, кажется, сыграли. Во всяком случае, на итоговом заседании совета министров иностранных дел в Хельсинки никаких упреков в адрес нашей страны не прозвучало. Не исключено, что часть так называемой антикризисной программы также представляет собой лишь сигналы, адресованные бизнесменам, банкирам и потребителям. Но если они будут правильно поняты, то антикризисный план можно считать наполовину выполненным.

Ничего личного

Система сдержек и противовесов окончательно перешла с институционального на личный уровень после того, как администрация президента полностью утратила свое былое влияние, а партия «Нур Отан» стала инструментом контроля над парламентом в руках правительства. Отсутствие политических разногласий внутри парламента, а также между депутатами и министрами гарантирует юридическую поддержку политики правительства на всех направлениях.

Кадровые перестановки приобрели символическое значение и стали заместителем политического процесса. Их отличительной чертой в этом году было то, что молодежь активно перемещалась из одного государственного института в другой, а политические тяжеловесы на руководящие должности не назначались.

Нуртай Абыкаев, самый близкий соратник президента, чьего возвращения из посольства в Москве многие ждали как начала передела сфер влияния внутри правящей элиты, был назначен заместителем министра в МИД – структуру важную, но почти не связанную с переделом сфер влияния внутри страны.

Еще один политик, чья фамилия служила определением одной из групп влияния, оказался вне государственных институтов. Булат Утемуратов, среди различных этапов карьеры которого выделим тот, что был связан с лоббированием казахстанских и персонально президентских интересов на Западе, прежде всего в США, был переведен в разряд внештатных советников президента.

Поскольку в рамках концепции баланса сил и игры с нулевой суммой снятие гирьки с чаши весов одной группы влияния есть следствие (или преддверие) снятия гирьки с другой чаши весов, можно предположить продолжение кадровых перестановок – горизонтальных по форме и символических по содержанию.

Мечта о выборах

Одной из самых популярных тем уходящего года была неизбежность досрочных парламентских выборов. Любая кадровая перестановка, каждый выход Ермухамета Ертысбаева, советника президента, в медийное пространство интерпретировались как знак скорого роспуска парламента и смены правительства. Главным аргументом в пользу новых выборов было то, что нынешний однопартийный парламент уж слишком монолитен с точки зрения демократических стандартов. А то, что моральная и материальная плата за проведение новых выборов может быть слишком высока, в расчет не принималось.

Выборы все же прошли, но плановые, в сенат. Оппозиционные партии от участия в них отказались, но какой-то элемент интриги в глазах наблюдателей сохранялся: у власти появилась возможность пропустить в парламент кандидата от «Адилета» или «Ак жола» и тем самым технически устранить его однопартийность. Поскольку такой сценарий предполагал некую шизофреническую раздвоенность правящей партии (победить и проиграть одновременно), от него отказались, отдав предпочтение работе с региональными элитами и профессиональным навыкам кандидатов от «Нур Отана» (подробнее см. «Победа над самим собой», «Эксперт Казахстан» № 40 от 13 октября 2008 г.).

А проблема многопартийности мажилиса была решена просто и изящно – через поправки в закон о выборах, согласно которым допуск непрезидентских партий в мажилис становится результатом не успешного выступления на выборах, а своего рода акта монаршей милости. Если семипроцентный барьер преодолеет только одна партия, то следующая за ней по числу полученных голосов тоже допускается в парламент. Формально вопрос о плюрализме в нижней палате парламента можно считать решенным.

Мечта о досрочных выборах, конечно, не умерла, она просто была отложена до весны. Похоже на то, что в нашем политическом процессе ей суждено заменять собой сами выборы – вплоть до 2012 года.

Разумеется, не все одобряют политический и экономический курс президента Назарбаева, но реальной альтернативы ему общество пока не видит. Казахстанская политическая оппозиция, видимо, разуверилась в том, что можно получить более-менее широкую поддержку народа, пропагандируя либерально-демократические ценности, и предпочла примкнуть к национал-патриотическому движению – плохо структурированному, но имеющему опору в массах. Для Нурсултана Назарбаева это еще один добрый знак – оппозиция оказалась неспособна вести полемику в рамках общественно-политических взглядов, цементирующих политические институты и международные структуры современного Запада.

Ревизия концепций и предпочтений

Как ни странно, именно возрастание роли государства в политическом процессе привело к реформам государственного управления, основанным на рыночных принципах. Реформы эти, встреченные с нескрываемым скепсисом в Казахстане, нашли одобрение и поддержку на Западе.

Растущая угроза международного терроризма, дополненная стремлением к энергетической безопасности, подтолкнула западные страны к пересмотру целого ряда концепций, среди которых для Казахстана самыми важными были теория демократического транзита и постулат о неразрывной связи и взаимозависимости экономического и политического прогресса.

На Западе стало меняться (по крайней мере, в экспертных кругах) отношение к демократии как самой эффективной на сегодняшний день управленческой модели. Победа в ходе демократических выборов партии «Хамас» в Палестине, успех «Хезболлы» в Ливане, избрание президентом Ирана Махмуда Ахмадинежада, а президентом Венесуэлы Уго Чавеса – все это заставило Запад усомниться в абсолютной ценности демократии.

Изменилось и отношение к Казахстану, точнее, к режиму Нурсултана Назарбаева. Еще пять лет назад мало кто из западных экспертов допускал возможность избрания нашей страны на пост председателя ОБСЕ. Главным (даже, пожалуй, единственным) требованием тогда было соответствие демократическим стандартам. За пять лет политическая риторика практически не изменилась, но приоритетность сменяемости власти путем демократических выборов была поставлена под сомнение. На практике гораздо важнее оказались предсказуемость и ответственность – качества, присущие в большей степени авторитарным, нежели демократическим режимам. В следующем году наша страна войдет в тройку ОБСЕ, а через год займет пост председателя, и никто этому уже не удивляется.

Способность казахстанского руководства выполнять принятые обязательства, не оглядываясь ни на интересы различных групп влияния, ни на политические партии, ни на требования избирателей, оказалась для наших зарубежных партнеров важнее, чем демократичность очередных выборов. Возможно, в недалеком будущем правила политкорректности будут требовать употребления слова «ответственный» вместо «авторитарный». Да уже и сегодня эти слова многими воспринимаются как синонимы.

Статьи по теме:
Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?