Стратегическое партнерство кризисного времени

В Индии Казахстан стремится найти источник высококачественных и недорогих товаров, услуг и технологий, Индия в Казахстане – нового поставщика энергоносителей. Но пока контакты двух стран носят скорее декларативный характер

В свое время южнокорейские автомобильные компании заходили на американский рынок под лозунгом «наши машины такие же, как японские, но дешевле». Сегодня Индия предлагает нам свои товары, услуги, технологии, образование под еще более привлекательным лозунгом: «как в Европе или США, но на порядок дешевле». И то, что кризис ликвидности продолжается, делает индийские предложения особенно заманчивыми.

Но почему мы не замечали Индию раньше? Нынешний визит Нурсултана Назарбаева в Индию (23–26 января 2009 года) – уже четвертый по счету. Первый состоялся еще в феврале 1992 года. Предпоследний – в 2002-м. А уровень торгово-экономических отношений с Индией очень низок. Объем взаимной торговли (в последние годы – 200–300 млн долларов), говоря дипломатическим языком, гораздо ниже существующего потенциала, а в сравнении с Китаем или Россией (там счет идет на десятки миллиардов долларов) смехотворно мал.

Причем в политической сфере контакты с Индией были регулярными и довольно тесными. Индия одной из первых поддержала инициативу Нурсултана Назарбаева о созыве Совещания по взаимодействию и мерам доверия в Азии (СВМДА) в начале 90-х, а позднее активно участвовала в развитии этого процесса. И авторитет Индии на международной арене стал одним из факторов успеха СВМДА в подготовке саммитов и разработке документов. Стоит отметить, что участие Индии не было формальным, она вносила в процесс создания азиатской безопасности собственные представления о международных отношениях, в том числе и о несправедливости ограничений, которые члены «ядерного клуба» накладывают на другие страны. Индийско-пакистанские противоречия также сказались и на работе саммитов, и на текстах принятых документов.

Кроме того, Индия занимает активную позицию в Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Не случайно в Совместной декларации о стратегическом партнерстве, принятой по итогам визита, было отмечено, что индийская сторона приветствовала решение государств – членов Шанхайской организации сотрудничества по расширению роли наблюдателей и отметила свое намерение активнее участвовать в мероприятиях ШОС. В частности, Индия проявила интерес к участию в деятельности Региональной антитеррористической структуры, Контактной группы ШОС – Афганистан и Делового совета ШОС.

В экономике же отношения с Индией до сих пор укладываются в термины «потенциальные возможности» и «благоприятные перспективы». Если оставить в стороне транспортные проблемы (Индия рядом, но за высокими горами), то на первый план выходит психология. Мы сохраняли советскую ментальность и покровительственно-пренебрежительное отношение к союзникам и партнерам СССР. А Индия к началу 90-х годов уже была одним из лидеров современного мира, избалованная вниманием со стороны иностранных инвесторов, сама уверенно захватывающая лидирующие позиции на мировых рынках.

Индийского слона приметили

Помимо дешевизны предлагаемых товаров и услуг индийский бизнес готов продемонстрировать в нашей стране еще одно важное отличие от западного. Ему, уверяют индийцы, принципиально чужды неоколониалистские подходы. Он намерен учитывать казахстанские интересы – нашей экономики, нашего общества. Индия сама была колонией и прекрасно знает, что такое колониальная эксплуатация.

Причем компанию ArcelorMittal, печально известную в Казахстане, некоторые индийские эксперты вообще не считают представителем индийского бизнеса, а ее владельца Лакшми Миттала – индийским гражданином. Это, по их мнению, типичная транснациональная корпорация во главе с олигархом-космополитом.

Кроме дешевых товаров Индия готова открыть для нас и дешевое, но качественное образование, а также кооперацию в области науки. Незадолго до визита Нурсултана Назарбаева в Индии побывала группа казахстанских ученых. Был подписан меморандум о взаимопонимании с Индийским институтом наук в Бангалоре – одним из крупнейших научно-исследовательских центров не только в Индии, но и во всем мире. По мнению профессора Багдаулета Кенжалиева, возглавлявшего нашу делегацию, перспективы у сотрудничества с индийскими коллегами более чем благоприятные, поскольку качество оборудования, которым оснащены индийские исследовательские центры, на уровне мировых стандартов, а цены – на порядок ниже, чем в Европе или Америке. Вклад Казахстана на сегодняшний день пока будет ограничен светлыми головами наших ученых и оригинальными идеями, которыми эти головы наполнены.

Среди потенциальных направлений сотрудничества – не только различные области металлургии, что вполне естественно, но и исследование космоса. Заместитель директора департамента астрофизических исследований Национального центра космических исследований и технологий Чингиз Омаров, участвовавший во встрече в Бангалоре, считает, если в прикладных науках конкуренция превалирует над сотрудничеством, то в фундаментальной науке больше кооперации, чем конкуренции. Кроме того, помогает научный багаж советских времен. «Мы в большой степени являемся наследниками советской науки, уровень которой был очень высок. И если в области рыночной экономики мы еще новички, только начинаем развиваться, то в науке нам намного легче идти на сотрудничество, интеграцию с другими странами. Казахстанская наука за последние 60 лет создала себе хорошую репутацию. И это очень хорошо чувствовалось во время визита в Индию. Индийские ученые были уверены, что Казахстан не только сохранил советское наследие, но и развивает те направления науки, которые традиционно были сильны в нашей стране».

Все хотят лишь одного

Ничто не переводит двусторонние отношения на уровень стратегического партнерства так быстро и надежно, как нефть и газ. Хотя на уровне политической риторики обе стороны отдали должное заявлениям о разносторонних интересах и диверсификации сотрудничества, на неофициальном уровне и наши, и индийские эксперты признают, что исследования космоса и информационные технологии – всего лишь гарнир к основному блюду, то есть углеводородам.

Потребность индийской экономики в энергоносителях настолько велика, что служит основанием и для проектов строительства трубопроводов из Туркменистана в Индию, и для появления концепции «Большой Центральной Азии» (См. «Патриот Центральной Азии», «Эксперт Казахстан» № 34 от 1 сентября 2008 года). Необходимостью проложить трубопроводы через территорию Афганистана ряд экспертов объясняют и приход к власти талибов в 1996 году, и свержение Талибана американцами в 2002-м.

Недавно профессор Пунчок Стобдан из Института оборонных исследований и анализа (Нью-Дели) предложил новый вариант транспортного коридора, который связал бы Индию и Казахстан. Главное преимущество этого маршрута в том, что он проходит не через Афганистан, Пакистан и юг Центральной Азии – эти регионы эксперт относит к политически нестабильным – а из Казахстана через Синьцзян-Уйгурский автономный район (СУАР) Китая напрямую в Индию.

Реализация этого проекта позволит Индии получить выход на транспортный коридор «Западный Китай – Западная Европа», а в стратегическом плане – составить конкуренцию пакистанскому проекту 800-километровой автомобильной магистрали от Кашгара в Китае до портового города Гавадар.

Ответ на вопрос о том, как к такому проекту отнесется Китай, зависит во многом от того, какие дивиденды получит СУАР – регион, развитию которого Пекин уделяет особое внимание, видя в экономическом процветании лучшее лекарство от сепаратизма и политического экстремизма. По мнению Пунчока Стобдана, Казахстан и Шанхайская организация сотрудничества способны убедить Китай поддержать этот проект.

А пока что в качестве первого шага в направлении углеводородного партнерства было подписано Соглашение о намерениях между АО НК «КазМунайГаз» и ONGC Mittal Energy Ltd. в отношении участка «Сатпаев», запасы которого оцениваются в 250 млн тонн углеводородов. В декларации о стратегическом партнерстве подчеркивается необходимость скорейшего заключения контракта, то есть юридически обязывающего документа, в соответствии с существующим законодательством. Индийская сторона заявила, что придает большое значение сотрудничеству с Казахстаном в обеспечении своей энергетической безопасности, и выразила надежду на то, что подписание Соглашения о намерениях положит начало долгосрочному взаимовыгодному сотрудничеству в области углеводородов. В индийской прессе публикации о предстоящей сделке появились задолго до визита казахстанского президента. В них сообщалось, что индийская компания собирается получить 40% в проекте.

Их острый взгляд пронзает каждый атом

Подобно европейцам, чьи интересы в Казахстане не ограничивались лишь нефтью и газом, но включали в себя еще и уран (См. «Путь в Европу и обратно», «Эксперт Казахстан» № 25 от 23 июня 2008 года), индийцы проявляют повышенный интерес к сотрудничеству в области мирного атома.

Из-за своего нежелания присоединиться к Договору о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) Индия на три десятилетия была исключена из полномасштабного международного сотрудничества по ядерной энергетике. Однако в прошлом году, после долгих и всесторонних переговоров с Международным агентством по атомной энергии (МАГАТЭ), санкции с Индии были сняты. 6 сентября 2008 года в Вене на пленарном заседании Группы ядерных поставщиков (ГЯП), в которую входит и Казахстан, было принято «Заявление о мирном ядерном сотрудничестве с Индией», которое в качестве исключения снимает действовавшие ранее экспортно-контрольные ограничения на взаимодействие с Дели в атомной сфере. Естественно, что индийская сторона, как сказано в совместной декларации, принятой по итогам визита, выразила признательность правительству Казахстана за поддержку, оказанную в ходе встречи ГЯП, на которой было принято решение о предоставлении Индии возможности возобновления полного сотрудничества с международным сообществом в области гражданской ядерной энергетики. А для наших стран это открыло возможности для сотрудничества в области гражданской ядерной энергетики, в том числе добычи урана.

В самом общем виде взаимные интересы в этой сфере раскрылись в меморандуме о взаимопонимании между Ядерной энергетической корпорацией Индии – Nuclear Power Corporation of India Limited (NPCIL) и АО «НАК «Казатомпром». Эти интересы включают в себя добычу и поставки природного урана, поставки казахстанской урановой продукции в форме топливных таблеток и сборок, а также обучение персонала. «Казатомпром» проявил интерес к индийскому опыту в создании атомных электростанций.

Следующим шагом в создании договорно-правовой базы должно стать заключение межправительственного соглашения о сотрудничестве в области использования ядерной энергии в мирных целях. Если сотрудничество Индии с Казахстаном (а также с Австралией и другими странами) пойдет успешно, это может привести к корректировке индийской ядерной программы в сторону расширения.

От урана – к торию

Индийская программа развития ядерной энергетики, принятая еще во времена международных санкций, исходила из того, что запасы урана в стране ограничены, зато в изобилии имеется торий. Поэтому программа состоит из трех этапов, их можно условно обозначить как урановый, плутониевый и ториевый.

На первом этапе, который считается успешно завершенным, была освоена технология выработки электроэнергии на тяжеловодных реакторах, которые в качестве топлива используют природный уран. На втором этапе внедряется технология работающих в замкнутом цикле реакторов на быстрых нейтронах плутония и обедненного урана, получаемого из отработанного топлива на тяжеловодных реакторах. Причем в качестве топлива используется также торий, который, поглощая нейтроны из атома плутония, вырабатывает уран, в итоге в реакторе вырабатывается больше урана, чем загружается.

На третьем этапе планируется сооружение усовершенствованных тяжеловодных реакторов, в которых в качестве топлива будут использоваться торий (изотоп Th-232) и уран (изотоп U-233). В таком реакторе ядерная реакция будет самоуравновешивающаяся: после первой загрузки уран будет сам воспроизводиться в реакторе благодаря периодическому добавлению тория. Видимо, именно к такому типу станций проявил интерес «Казатомпром».

Сегодня в Индии работают 17 ядерных реакторов, еще шесть строятся. В соответствии с программой запланировано довести производство электроэнергии на атомных электростанциях до 20 тыс. МВт к 2020 году. Доля энергии, вырабатываемой на АЭС, должна достигнуть 10% к 2020 году и 25% – к 2050-му.

Диалог двух регионов

Если воспользоваться лексическим набором Realpolitik, Индия уже давно стала региональной сверхдержавой. Она имеет самую мощную в Южной Азии армию с первоклассным вооружением (достаточно вспомнить об успешных испытаниях сверхзвуковой крылатой ракеты в январе). В свое время она обеспечила независимость Бангладеш. Сегодня Индия прямо или косвенно связана с проблемами Шри Ланки, Непала и Тибета. По мнению некоторых экспертов, в Центральной Азии она в качестве партнера выбрала страну, которая в наибольшей степени соответствовала бы представлениям о региональной сверхдержаве.

Индия долгое время воздерживалась от каких-то решительных шагов по выходу на наши рынки. По мнению Елены Руденко из Института востоковедения, Индия до конца 1990-х годов ждала окончания представлявшегося ей реальным противостояния Казахстана и Узбекистана за лидерство в Центрально-Азиатском регионе. Она ожидала, что государство, которое в итоге займет лидирующие позиции в своем регионе, сможет в той или иной степени представлять весь этот регион (по аналогии с самой Индией в Южной Азии). Это государство и должно возглавить со стороны Центральной Азии ее потенциальную интеграцию с Южной Азией.

«Важно также, что многие положительные моменты внешней политики Казахстана, имеющие прямое или косвенное отношение к государствам Южной Азии, переносятся последними на весь Центрально-Азиатский регион в целом. Это связано как с лидирующим положением Казахстана в своем регионе, так и с тем, что внешнеполитические позиции нашей страны выглядят в принципе благоприятно и выгодно в глазах самих южноазиатских государств, в особенности Индии. Все это даже позволяет индийским экспертам утверждать, что в настоящее время актуально говорить уже не о треугольнике Индия–Китай–Россия, а о квадрате Южная Азия–Центральная Азия–Россия–Китай; это может быть даже пятиугольник с участием Ирана, но в любом случае именно Казахстан окажется в центре данного образования», – считает Елена Руденко.

Репутацию Казахстана в глазах Индии укрепили не только реальные успехи, но и сами наши претензии на роль лидера Центральной Азии, многократно озвученные на разных уровнях. Видя на нынешнем этапе ясно обозначившееся преобладание Казахстана в политико-экономической жизни Центрально-Азиатского региона, индийская сторона сделала свой выбор. Казахстану для выбора Индии в качестве привилегированного экономического партнера потребовался экономический кризис.

Правда, пока все основные документы, подписанные в ходе визита Нурсултана Назарбаева в Индию, носят скорее декларативный, а не обязательный характер. Правительства только подали сигнал бизнес-сообществам наших стран. Статус стратегического партнера отражает больше намерения наших стран, чем достигнутый уровень сотрудничества.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности