Капитальные проблемы

Рост просроченной задолженности способен привести к серьезной декапитализации банковской системы. Государство собирается поддержать банки субординированными кредитами

Капитальные проблемы

На прошлой неделе чиновники и банкиры в очередной раз обсуждали ситуацию в банковской сфере. Напомним, что за прошлый год монетарные власти уже вкачали в систему более 3,6 трлн рублей (предоставление субординированных кредитов, снижение норм резервирования, выделение средств АИЖК и АСВ – на выкуп ипотечных кредитов, санацию и проч.). Но с первых же дней наступившего года стало понятно, что этих мер недостаточно. Поэтому неудивительно, что основной темой обсуждения стала проблема капитализации отечественной банковской системы.

Что происходит с капиталом

Темпы прироста собственного капитала банков еще не в минусе, но чрезвычайно близки к этому. По расчетам Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП), за сентябрь–ноябрь собственный капитал банков (без учета субординированных кредитов, привлеченных от государства) вырос на 2,5%. Рост, прямо скажем, не очень могучий. Для сравнения: в прошлом году за тот же период он составил 6,7%. Причем почти весь рост происходил за счет накачивания уставного и добавочного капитала, то есть взносов акционеров. Если убрать этот компонент и рассматривать только рост за счет капитализации прибыли банков, то прирост окажется совсем скромным – около 0,6%. И это понятно, ведь прибыль банков сокращается. Только за октябрь она сжалась на 11%, а за весь 2008 год – более чем на треть. В начале декабря убытки показали 115 банков, то есть каждый десятый.

Прибыль могла бы обвалиться еще ниже, по оценкам экспертов, едва ли не до половины от нынешней официальной, если бы Банк России не принял ряд спасательных мер. Так, в конце ноября вышло Указание № 2129, которое позволило банкам переквалифицировать ценные бумаги: акции и облигации, купленные в первом полугодии, ЦБ разрешил оценить «по справедливой стоимости» на 1 июля, приобретенные позже – по стоимости на дату приобретения. Иными словами, учитывать обвалившиеся акции и облигации по докризисным ценам. И если за июль–октябрь убытки от операций с ценными бумагами составили по банковской системе почти 100 млрд рублей, то период ноябрь–декабрь балансов не испортил: переоценка дала положительный результат почти в 60 млрд рублей, хотя фондовый рынок, как все помнят, продолжал падать.

Затем Центробанк подыграл банкам в декабре. Под Новый год он издал еще один документ, Указание № 2156-У, позволяющее переклассифицировать проблемные ссуды. До декабря к проблемным относили ссуды, просроченные корпоративными заемщиками в течение пяти дней, физлицами – в течение тридцати. С 28 декабря прошлого года банки имеют право закрывать глаза на просрочку со стороны предприятий до тридцати дней, на неплатежи граждан – до шестидесяти. Кредиты с такими просрочками ЦБ разрешил считать хорошими, что позволило банкам не отвлекать капитал на создание дополнительных резервов по ним. «Эти меры логичны, так как дают некоторую фору по времени. Монетарные власти не хотят допустить, чтобы банки посыпались из-за угрозы потери капитала, прежде чем будут приняты решения о реструктуризации плохих кредитов, создан фонд стрессовых ссуд», – объясняет руководитель аналитического центра БФИ Андрей Чумаченко. Однако столь же логично, что плохие кредиты не станут лучше от того, что их отразят в другой графе.

Просрочка – главный риск

Как ни маскируют банки просрочку, она все равно растет. Только по официальным данным ЦБ, абсолютный размер просроченной задолженности предприятий за одиннадцать месяцев увеличился в 2,8 раза. В относительном выражении, по расчетам ЦМАКП, общая доля просроченных ссуд в кредитных портфелях банков составила 2,7%, что очень много – прежде этот показатель не поднимался выше 1,7%. Наибольшая доля неплатежей пришлась на кредиты гражданам – 4,3%, предприятия просрочили всего 2,1% взятых ссуд. Но в последние месяцы ситуация резко изменилась: прирост неплатежей по кредитам со стороны юрлиц в течение осени происходил очень высокими темпами, по 25–30% ежемесячно. Да и в абсолютном выражении просрочка предприятий гораздо тяжелее частной задолженности.

Как далеко можно уйти такими темпами? «Есть опасение, что где-то к середине второго квартала доля просрочки у банков приблизится к пяти процентам. Это по официальной статистике. А поскольку часть задолженности банки прячут, то реально это будет более десяти процентов. Это много. Рост просрочки приведет к декапитализации банков, которая, по нашим расчетам, к концу первого полугодия может составить около 20 процентов», – подсчитал ведущий эксперт ЦМАКП Олег Солнцев.

На фоне удручающих данных по просрочке кредитов довольно парадоксально выглядит показатель достаточности капитала: он растет. По данным БФИ, на начало декабря этот показатель составил 16,3% против 14,5% на начало осени. Разгадка этого феномена проста. Банки, боясь роста просрочки, стали выдавать меньше кредитов: как подсчитали в БФИ, доля процентных доходов в структуре доходов банков снизилась с 49% в 2007 году до 45% в 2008-м. (При этом доля доходов от операций с валютой демонстрировала противоположную динамику: за этот же период она выросла с 2,9 до 9,9%.)

Ждать активизации кредитования в текущем году не стоит. Во-первых, как мы уже отметили, банки стали осторожнее; во-вторых, пассивная база (а рассчитывать сейчас можно только на внутренние ресурсы) не позволяет им существенно увеличить выдачу кредитов. «Можно прогнозировать, что темп роста депозитов населения будет достаточно вялым, порядка 15–17 процентов за год. Темпы роста средств предприятий тоже будут сопоставимыми. Такая динамика пассивной базы при определенных условиях способна обеспечить темпы расширения кредитования экономики также на уровне 15–17 процентов в год. Такие низкие темпы не позволят использовать кредит для формирования нового оборотного капитала, в лучшем случае их хватит лишь для погашения процентов по ранее привлеченным долгам», – поясняет Олег Солнцев.

Мало того, дополнительным ударом по скудеющей пассивной базе станет необходимость выплат по внешним долгам. О серьезности этой угрозы можно судить по такому показателю, как короткие, до года, иностранные пассивы. На 1 января, подсчитали в ЦМАКП, они составляли чуть менее 30 млрд долларов. С поправкой на то, что какая-то часть этих кредитов (эксперты считают, что около 40%) может быть рефинансирована за рубежом (в основном через закрытые схемы), цифра получится поменьше – 17–18 млрд долларов, или чуть более 600 млрд рублей при курсе 36 рублей за доллар. Это не смертельно, но весьма неприятно. Тем более что пока совершенно непонятно, откуда возьмутся деньги. «Можно взять для осуществления этих платежей деньги, которые банки будут привлекать на внутреннем рынке, но тогда неясно, чем будет фондироваться даже минимальный рост банковских кредитов экономике, – размышляет Олег Солнцев. – Можно покрывать ее за счет кредитов ЦБ. Но это не вполне удачный выход, потому что с кредитами ЦБ уже возникает ряд проблем и дальше их будет еще больше. Главной проблемой становится прежде всего ненадлежащее использование средств ЦБ, то есть те же валютные спекуляции. И можно ожидать, что регулятор от политики увещеваний перейдет к использованию более жестких мер – сократит объемы рефинансирования. Второе ограничение заключается в кредитных рисках самих банков: Банк России очень скоро столкнется с тем, что некоторые банки, привлекшие средства, не смогут расплатиться ни по прямому репо, ни по беззалоговым ссудам. Этот фактор тоже будет сдерживать кредитование за счет ЦБ».

Предчувствие второй волны

Рост просрочки и сопутствующая этому потеря капитала могут привести и к драматическим последствиям. Так, в ЦМАКП не исключают возможности разворачивания второй волны кризиса. «Первая волна накрыла в основном столичные и крупные региональные банки, поскольку эти категории институтов оказались более зависимы от “зараженных” рынков – ценных бумаг, межбанковских кредитов, внешних рынков. Балансы большинства региональных банков были устроены таким образом, что делали их нечувствительными к проблемам “зараженных” рынков. А вот проблема плохих долгов в гораздо большей степени, чем предшествующая волна кризиса, затронет банки региональные, поскольку доля кредитов в их портфелях достаточно высока», – предсказывает Олег Солнцев.

Второй волны банковского кризиса специалисты ожидают во втором квартале, так что времени на ее упреждение остается совсем немного. «Все будет зависеть от позиции регулятора: решится ли он на массовый отзыв лицензий или будет нацелен на сохранение банковской системы», – подчеркивает Андрей Чумаченко из БФИ.

Судя по теме, что обсуждалась в Белом доме на минувшей неделе, власти все-таки нацелены на то, чтобы сохранить банковскую систему. Осенью прошлого года как равноценные обсуждались две основные схемы спасения: создание фонда стрессовых активов (или «банка плохих долгов») и прямое вхождение государства в капитал банков. От первого пути власти отказались. «В отличие от планов в некоторых западных странах отделить плохие активы от хороших Россия такую практику пока применять не намерена, это создает высокие коррупционные риски», – объяснял на прошлой неделе первый вице-премьер Игорь Шувалов.

Вместо создания «кредитной помойки» Игорь Шувалов предложил предоставить системообразующим банкам (в список системообразующих, подготовленный возглавляемой им Комиссией по повышению устойчивости развития экономики, вошла 81 кредитная организация) дополнительно 15% капитала в виде субординированных кредитов при условии, что действующие акционеры также внесут 15% капитала.

Большинство экспертов считают, что в сложившейся ситуации это, пожалуй, оптимальный вариант. Но, как водится, есть у идеи и критики. «Государство предпочитает задействовать нерыночные схемы поддержки банковской системы. В Америке власти выкупают плохие долги, но, заметьте, речь идет об уже выданных экономике реальных кредитах. У нас же дают деньги всего лишь под обещания направлять средства в экономику, а потом уговаривают банкиров сдержать слово. Предлагаемый механизм по-прежнему подразумевает “ручное управление” кризисом. Инструментария, позволяющего поддержать банковскую систему неперсонифицированно, так и не выработали», – считает первый вице-президент Ассоциации региональных банков «Россия» Олег Иванов.

Впрочем, понятно, что лекарства без противопоказаний и побочных эффектов в нынешней ситуации быть попросту не может. Главное все-таки начать что-то делать.

[inc pk='224' service='table']
Статьи по теме:
Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом