Мимо банка

В Китае все большее распространение получают системы внебанковского и микрокредита. От этой отрасли уже сегодня зависит деятельность тысяч предприятий и жизнь миллионов человек по всей стране

Мимо банка

Ма Цзюньцзюнь пришел в кредитную компанию Yixin в основном из-за брата и немножко из-за себя. Брат купил квартиру и хочет ее отремонтировать, сам Цзюньцзюнь подумывает о женитьбе. «Пожалуй, нам бы хватило ста тысяч юаней на все, — говорит он, — хотя свадьба может обойтись и дороже».

Сто тысяч юаней — это 14 тысяч долларов. Менеджер Yixin Ма Юнькэ качает головой, на двоих братья в лучшем случае получат 30 тысяч, через год придется вернуть как минимум 36. Старший брат толкает младшего под локоть: на такой результат они явно не рассчитывали, они еще долго уточняют процентную ставку и перепроверяют общий итог. Но делать нечего: Цзюньцзюнь, высунув от старания язык, начинает заполнять подробную анкету.

В любом из китайских банков братьев даже не стали бы слушать. Цзюньцзюнь преподает английский в одном из пекинских университетов, до сих пор живет в общежитии и получает не больше 3000 юаней в месяц. Его брат занимается строительными работами, доходы его высоки, но не подтверждены документами. У них нет активов, которые банк мог бы взять в качестве обеспечения, — квартира старшего брата и так куплена по ипотеке, родители — бедные крестьяне из отсталой провинции Ганьсу. «Проверь, пожалуйста, уровень английского Цзюньцзюня», — просит меня Ма Юнькэ. При определении ставки по кредиту будет учитываться и этот фактор.

Система внебанковского кредита, нелегально существовавшая в КНР десятилетиями, сегодня быстро выходит из тени. Ее масштабы пока не сопоставимы с финансовой мощью госбанков, но значение ее трудно переоценить. Такие кредитные организации дают деньги предприятиям и потребителям, для которых двери обычных банковских структур закрыты. В китайских условиях к этой категории относится абсолютное большинство населения и 70% всех компаний — в основном малый и средний бизнес.

Формы внебанковской финансовой активности разнообразны и пока плохо регулируются законом — это неправительственные организации, осуществляющие микрофинансирование на деньги западных доноров и государственные гранты; частные кредитные структуры, как полулегальные, так и подпольные; первые системы Peer to Peer (P2P), позволяющие инвесторам самостоятельно выбирать адресатов своих вложений. При этом в массе своей китайцы не привыкли жить и заниматься бизнесом в кредит, но без формирования этой привычки невозможно запустить на полную мощь маховик внутреннего потребления — один из ключевых элементов антикризисного плана властей КНР.

Занимать и потреблять

«Когда я брал в банке кредит на машину, чувствовал себя потенциальным угонщиком, китайские банки предпочитают недвижимое имущество, которое никуда не денется», — мой собеседник занимает хорошую должность в крупной китайской инвестиционной компании и получает большую «белую» зарплату. Если проблемы с кредитом возникли даже у него, то что говорить о других, менее везучих китайцах.

Развитие потребительского кредитования даже в крупных китайских городах пока сильно отстает от среднего в Восточной Азии уровня (см. график). Если в Гонконге почти в каждом магазине можно купить компьютер в кредит, то в Пекине предпочитают получать деньги сполна и на месте. Похожая ситуация и с коммерческим кредитом. Частная компания практически не может получить его в банке без внесения залога, перекрывающего кредит (иногда двукратно). До последнего времени мелкий и средний бизнес тоже старался обходить банки стороной. «Я не очень люблю “баловаться” с банками, мой принцип — тратить только те деньги, что я заработал», — говорит президент одной из китайских сетей английских школ Ли Чжанюй.

То же мнение в частных беседах высказывают и другие китайские предприниматели, представляющих самые разные сферы — производство, мелкооптовую торговлю, издательский бизнес. «Рынок банковского коммерческого кредита в КНР крайне неразвит, в Таиланде у нас сегодня больше бизнеса, чем в Китае», — подтверждает в частной беседе общее впечатление сотрудник отдела по оценке банковских рисков Moody's.

До недавнего времени спрос на кредитные деньги — как для собственных, так и для корпоративных нужд — удовлетворялся либо через личные неформальные договоренности, либо через систему «подпольных» финансов, наиболее распространенную на востоке КНР (см. «Человек из Вэньчжоу»). Существовали еще кредитные кооперативы, которые должны были обеспечивать доступным кредитом сельские районы Китая. В действительности же основная часть займов все равно выдавалась только под большой залог, а оставшаяся распределялась через знаменитую китайскую систему «хороших отношений» и вообще редко возвращалась обратно в кооператив — дефолты по кредитам здесь достигали 20–30%.

С началом кризиса проблема кредитов перешла в новую плоскость — китайские власти пытаются заставить людей начать тратить деньги. «В Китае даже богатые люди не очень любят тратить деньги, предпочитая сберегать», — ответил на вопрос «Эксперта» председатель комитета по внешним связям Народного политического консультативного совета Китая Чжао Цичжэн перед началом сессии НПКСК в Пекине. В Китае, пожалуй, самый высокий в мире показатель сбережений к ВВП, и финансовым властям пока не удается убедить граждан уменьшить свои накопления.

Впрочем, эти деньги можно заставить работать другим способом, направив их на кредиты тем, кто готов и хочет начать их тратить. Если с этой задачей не справляются банки, на смену им приходят молодые предприниматели-энтузиасты.

Кредитный миссионер

Основатель и президент Yixin (английское название — CreditEase) Тан Нин называет себя кредитным миссионером, три года назад он вернулся в Китай из США, чтобы стать пророком кредита в своем отечестве. Тан Нин открыл в КНР одну из первых компаний, работающую по модели P2P, ранее получившей распространение в США, Италии и некоторых других странах Запада.

CreditEase выступает посредником между частными инвесторами, желающими разместить свои средства под более высокий, чем банковский, процент, и заемщиками, которым нужны деньги на открытие или развитие бизнеса или просто на личные нужды. Инвесторы сами выбирают, во что вкладывать деньги, основываясь на рекомендациях менеджеров Yixin.

«Если в США роль компании, подобной нашей, заключается лишь в сведении заинтересованных сторон, то в Китае нам приходится брать на себя подтверждение информации о потенциальном заемщике: мы можем заехать к нему в офис, позвонить на работу, друзьям или родственникам, чтобы убедиться в точности данных», — говорит Тан Нин. Пока модель работает: уровень просроченных кредитов не превышает 1%. Тан Нин говорит, что учит китайцев жить в кредит, для большинства его клиентов обращение в CreditEase становится первым опытом использования заемных денег.

Кредиторы системы CreditEase не очень любят себя афишировать, поэтому мой собеседник представляется просто как Дэвид и просит не указывать деталей его биографии. Сегодня в CreditEase у него вложено более 10 тыс. долларов США — эти деньги распределены между двенадцатью заемщиками. «Это как вкладывать деньги в двенадцать разных акций, которые не связаны между собой, так минимизируются риски», — поясняет он. Доходность составляет порядка 10–15% в год, для заемщика к этой сумме приплюсовывается маржа самой CreditEase — в пределах 5%. Риски страхуются с помощью специального резервного фонда, равного 2% от всех выбранных кредитов: пока доля дефолтов не превышает этого показателя, деньги инвесторов относительно защищены.

Всего в CreditEase сегодня несколько сотен кредиторов и более десяти тысяч заемщиков по всей стране, средний кредит варьируется в пределах от пяти до 20 тысяч юаней. «Поскольку кредиты сравнительно небольшие, у заемщика нет искушения сбежать, в этом случае его потери будут намного больше», — поясняет Тан Нин.

Из-за несовершенства законодательства в микрофинансы в Китае пока не идут крупные игроки, которые могли бы вложить миллионы долларов

Лучше депозита

С тем, что американская модель P2P в чистом виде в Китае работать не будет, согласен и соучредитель другого подобного проекта — 51give — Даниэль Фоа. «В Китае, в отличие от США, нет общепринятого кредитного рейтинга заемщиков, на который мог бы ориентироваться кредитор», — говорит он в беседе с «Экспертом».

Его компания работает с несколькими сельскими микрофинансовыми организациями, которые занимаются отбором заемщиков и оценкой потенциальных рисков. Со своей стороны 51give помогает партнерам в операционной деятельности и занимается поиском новых кредиторов. «По нашему опыту, из 16 процентов, которые заемщик платит по кредиту по нашим программам, около девяти процентов уходит на операционные расходы на местах, это намного больше, чем в Индии или Бангладеш», — рассказывает г-н Фоа. Себе 51give забирает 2% от всех привлеченных денег, еще 2% уходит различным контролирующим госорганам. Доход инвестора в результате колеблется в пределах 2–4%, но при этом ему фактически гарантируется выплата основного капитала даже в случае дефолта заемщика.

Пока компания работает только с крестьянами, хотя в будущем намерена выдавать и образовательные кредиты. «Проблема в том, что для работы со студентами сложно найти местного партнера, университеты не подходят, так как они не могут финансово ручаться за студентов», — поясняет Фоа. Уже в этом году компания планирует привлечь около 20 млн долларов, в том числе напрямую предлагая свой продукт состоятельным китайцам и крупным корпорациям в качестве альтернативы банковскому депозиту.

«Мы считаем, что в Китае достаточно денег для самофинансирования, просто нужно убедить белых воротничков в том, что есть возможность зарабатывать деньги, действуя при этом на благо общества», — заключает г-н Фоа.

Коллективная ответственность

Я езжу по китайским деревням вместе с Линь и Чао, сотрудниками небольшого пекинского инвестфонда Сhina Growth Capital, — за последние три года фонд вложил деньги в несколько десятков начинающих компаний по всей стране. Обычно перспективные проекты связаны с технологиями, но эта поездка особая — в качестве потенциального объекта для инвестиций выбран филиал Всекитайской федерации развития женщин в уезде Пучэн провинции Шэньси в центре Китая.

Глава филиала Си Юэхун, крупная женщина неопределенного возраста, с трудом вспоминает единственное русское слово, оставшееся в памяти от давнего курса русского языка. «Марксизм-ленинизм», — произносит она. Пять сотрудников головного офиса (он, кстати, находится в здании администрации уезда — государство работу Си Юэхун всячески поддерживает) поочередно подходят и чокаются крошечными рюмками с китайской водкой.

«Неужели и тут люди живут?» — спрашивали позже мои гонконгские знакомые, когда я показывал им деревенские фотографии: облезлые голые стены, печка на угле, топчан. Между тем мне демонстрируют своего рода образцовую деревню — треть семей здесь взяли микрокредиты и смогли поправить свое финансовое положение. Всего в уезде Пучэн 160 деревень, программой микрокредитов охвачено лишь двенадцать, на большее пока не хватает денег. Услышанные истории и правда впечатляют.

Четыре года назад у Чжан Синьхуа было три свиньи, теперь около сорока; единственная книжка в доме — «Как вырастить, раскормить свинью и не дать ей заболеть» — замусолена и порвана в нескольких местах. Семь свиноматок даже застрахованы за 50 юаней каждая, если одна из них умрет, Чжан получит целую тысячу юаней. «А у вас-то самой есть медицинская страховка?» — спрашиваю я. Чжан сначала не понимает, потом чуть обиженно и с вызовом отвечает: «Нет, я-то подороже свиньи буду».

Своя история у Чэн Линлин. На кредитные деньги она смогла засадить свое поле хлопком, продать урожай и построить новый дом. «Почему взяла кредит в первый раз?» — «Очень бедная была, вот и взяла. Раньше даже воды дома не было, а теперь все есть», — говорит она. В углу уютно мерцает новостями цветной телевизор.

Надежность таких кредитов зиждется на традиционном китайском принципе коллективной ответственности. Кредиты дают только группам — в идеале из пяти человек, хотя в отдельных случаях разрешают четырем или даже троим. Кредиты при этом индивидуальны, просто в случае проблем у одного из членов группы ему временно помогают расплачиваться остальные. За пять лет у Пучэнского отделения не было ни одного просроченного кредита (сходные показатели, кстати, и у многих других микрофинансовых организаций). Вначале дают не больше тысячи юаней, и если платежи поступают в срок ― на следующий год сумма увеличивается до двух, а потом до трех-четырех тысяч.

«Сколько вы бы взяли, если бы была возможность?» — спрашивает Линь из Сhina Growth Capital у Чжан Синьхуа. «Не меньше десяти тысяч», — говорит Чжан и смотрит на Си Юэхун, та в ответ пожимает плечами. Десяти тысяч для Чжан у нее нет — общий кредитный фонд составляет лишь 2,4 млн юаней, полученных пять лет назад от одной из западных благотворительных организаций, новых денег пока взять негде.

Конец благотворительности

Неправительственные организации в Китае сегодня переживают кризис. Зарубежные доноры больше не считают КНР бедной страной, которой нужна крупномасштабная финансовая помощь. Да и в условиях кризиса «лишних» денег практически не осталось.

«Очень у многих НПО в Китае сокращаются бюджеты, и они вынуждены искать дополнительные источники финансирования», — рассказывает соучредитель интернет-проекта Wokai Кэйси Вилсон. Wokai решает эту проблему за счет персонификации донорской помощи. Каждый благотворитель может выбрать себе подходящего заемщика из списка, размещенного на сайте. За несколько месяцев проекту удалось собрать более 40 тыс. долларов, в основном в США, где у компании открыто несколько отделений. Интересно, что более 70% всех доноров — это американские китайцы, которые хотят хоть как-то помочь своей исторической родине. Кредиты даются на год, но забрать деньги донор не имеет права — лишь выбрать следующего заемщика.

Даниэль Фоа из 51give полагает, что чистая благотворительность сегодня теряет привлекательность. «Один мой знакомый дал деньги благотворительной организации, потом попытался узнать, на что они пошли, но ему так и не смогли рассказать ничего внятного. У нас же вся бухгалтерия прозрачна, и все вложенные средства можно вернуть, да еще и с небольшой выгодой», — говорит он.

О росте популярности микрокредитования говорит такой факт. Еще одна китайская P2P-платформа Qifeng, ориентированная на студентов, в этом году стала первым в истории технологическим пионером из КНР в рамках Всемирного экономического форума. Эта индустрия начинает вызывать все больший интерес и у частных инвесторов, от темы микрокредита в Китае уже буквально не спрятаться.

С Ша Ван я знакомлюсь случайно: мы сидим за соседними столиками в пекинском Starbucks, и я слышу, как она несколько раз отчетливо произносит слово «микрофинансирование» в телефонном разговоре. В последующей беседе выясняется, что американо-китайский фонд Cibernaut ищет новые возможности для инвестиций в КНР. «Я только что была в небольшом городке Лофэн между Пекином и Тяньцзинем, только в этом городе есть тридцать микрокредитных организаций, выбор огромен», — рассказывает Ша Ван.

Гулливеры среди лилипутов

За последние два года в Китае появился еще один тип микрокредитных организаций, которые в основном работают с мелкими и средними предприятиями. Семь пилотных проектов было запущено в разных провинциях в середине 2006 года, а с середины 2008-го лицензии на такую деятельность стали выдавать без ограничений. Единственное условие — уставный фонд в 50 млн юаней.

Сианьская компания Jianjun открылась всего две недели назад, но в ее офисе уже много клиентов. Старик Сю Ифу заглянул разузнать подробности. Об открытии узнал из крошечного рекламного объявления в одной из местных газет. «У моего знакомого ферма по разведению баранов, хочет взять двести тысяч юаней на развитие», — говорит он. В принципе можно было бы обратиться и в банк, заложив активы, но это займет не меньше двух месяцев, а здесь деньги готовы выдать в течение недели. «Бараны ждать не любят», — ставит Сю Ифу точку в разговоре.

По словам директора компании Чэн Юя, деньги действительно выдаются быстро. От заемщика требуется лишь принести справку о доходах и удостоверение личности. Средняя ставка — 20% годовых, максимальный срок кредита — чуть больше года. «Большинству нужны деньги для торговли или развития производства, наш район финансовым кризисом почти не затронут, здесь много интересных возможностей для бизнеса», — утверждает он.

Все компании, подобные Jianjun, действуют на основе лицензий, выданных местными властями. В Пекине пока разработан лишь черновой вариант закона, который регулировал бы эту сферу деятельности, когда и в каком виде он будет принят, пока не знает никто. Собственно, несовершенство законодательной базы остается одним из главных препятствий для развития индустрии внебанковского кредита в Китае.

«Одна компания в принципе может ссужать деньги другой, но в случае разногласий суд не сможет приказать исполнить контракт полностью. Судья может лишь обязать должника вернуть долг вместе с банковской процентной ставкой, а не с той, что была зафиксирована в контракте», — поясняет «Эксперту» юрист китайской юридической компании Tungshang Даниэль Вассароти.

Из-за несовершенства законодательства в микрофинансы пока не идут крупные игроки — пенсионные и инвестиционные фонды, которые могли бы вложить миллионы долларов. «У нас сорвалось несколько переговоров из-за того, что партнеры находили юридическую ситуацию слишком рискованной», — рассказывает президент Всекитайской ассоциации микрофинансов Бай Чэнюй.

И все же микрофинансы во всех своих многочисленных проявлениях в Китае становятся все более привлекательным объектом инвестиций, и финансовый кризис только ускоряет этот процесс. Сегодня китайские власти уделяют повышенное внимание ситуации в китайской деревне, а именно здесь работает значительная часть микрокредитных организаций. Двадцать миллионов мигрантов, потерявших работу в городах за последние полгода, можно рассматривать как проблему для китайской деревни, а можно и как ценный актив. Никогда раньше в китайских деревнях не было столько относительно квалифицированных рабочих рук. Надо лишь дать им небольшой стартовый капитал, чтобы они начали что-то делать.

Сиань—Пучэн—Пекин

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики