Бизнес, шитый нитками

Швейная отрасль Киргизии оказалась в нокдауне из-за падения спроса на внешних рынках и изменения порядка налогообложения. Швейникам удалось вернуть прежний порядок уплаты налогов; надежды на восстановление спроса они связывают с ориентацией потребителей на продукцию эконом-класса

Бизнес, шитый нитками

В первые два месяца 2009 года швейная отрасль Киргизии пережила серьезнейшую встряску. По данным Национального статкомитета, в январе-феврале объем промышленного производства в Киргизии сократился на 25%. У швейников все было серьезнее – до 40%, по данным директора Ассоциации предприятий легкой промышленности Кыргызской Республики «Легпром» Сапарбека Асанова. «В прошлом году мы произвели продукции на сумму пять миллиардов сомов (120 млн долларов). В этом году за два месяца мы произвели пока только на 242 миллионов сомов», – говорит замминистра промышленности, энергетики и топливных ресурсов КР Гульбарчин Асанова.

Первое, что приходит на ум для объяснения такого глубокого провала, – костлявая рука мирового экономического кризиса. Действительно, резкое падение спроса на внешних рынках могло сыграть свою роль: на экспорт уходит более 90% готовой продукции на сумму около 110 млн долларов, швейные изделия являются второй по величине статьей в структуре киргизского экспорта (после золота). Но не меньшую роль сыграл и местный фактор: неожиданный вывод швейной промышленности из патентной системы.

Резкое изменение ситуации в отрасли для швейников сродни удару под дых: если в советское время в республике производилось около 30 млн единиц готовой продукции, то в последние годы в два раза больше. Главная задача для отрасли теперь – закрепиться на завоеванных позициях.

Возьмешь чужое – сошьешь свое

По словам Гульбарчин Асановой, за постсоветское время структура киргизского легпрома резко изменилась в пользу швейной промышленности (см. график). И это несмотря на то, что сегодня фактически 95% «советских» предприятий закрылось. За последние 15 лет производство переместилось с крупных промышленных гигантов на малые и средние предприятия. «Отрасль снова возродилась, но теперь уже в новом структурном исполнении, – подтверждает г-н Асанов и объясняет: – маленькие цеха перерастают в крупные предприятия. Сегодня у нас в отрасли 58 обществ с ограниченной ответственностью. Это компании, в цехах которых работает до 700–800 человек». При этом на одном предприятии в среднем пока работает 50–100 человек.

Производство сконцентрировано в основном в Чуйской области, в Бишкеке и в городе Ош на юге республики. Инвестиции местные: по словам директора легпрома, деньги идут с товарооборота: продали товар – инвестировали в расширение производства. «В принципе, доступны и кредиты в местных банках, если вы согласны со ставкой в 25%», – замечает г-н Сапаров, хотя подчеркивает, что очень немногие из киргизских швейников идут в этом направлении. А вот иностранцы, по словам г-жи Асановой, интереса к отрасли не проявляют. Возможно, потому что в ней долгое время доминировали «серые» схемы работы. Да и сейчас, по признанию специалистов, при официальной зарплате швей от 3,5 до 7–8 тыс. сомов за месяц (100–200 долларов) фактически они получают в два-три раза больше. То есть процветает практика «конвертных» зарплат.

Иностранцы поставляют швейникам сырье и покупают готовую продукцию. Главный поставщик – Китай (до 70% материалов), также материалы закупаются в Турции, Корее, ОАЭ. Кстати, ввозятся они, как и оборудование, с нулевым таможенным тарифом.

Сбыт идет в северном направлении. Крупнейшей торговой площадкой, на которой швейники реализуют свою продукцию, является находящийся на северной окраине Бишкека оптово-розничный рынок «Дордой», один из самых крупных в Центрально-Азиатском регионе. Девять из десяти произведенных в Киргизии швейных изделий завершают свой путь в гардеробе жителей России и Казахстана. По словам Сапарбека Асанова: «Мы полностью зависим от потребительского спроса, формирующегося на этих двух крупнейших рынках».

Купят сами

Экспортная ориентация была безусловным плюсом для предприятий, работающих в стране с населением пять миллионов человек. Как отмечает г-н Асанов: «5–10% <нашего производства> достаточно для того, чтобы охватить внутренний рынок. Тем более что есть категории потребителей, которые предпочитают, к примеру, только дорогую западную одежду или только турецкую, или могут позволить себе только китайский импорт». Но падение спроса в Казахстане и России сразу же отразилось на киргизских компаниях. По итогам 2008 года объем экспорта упал на 20% по сравнению с 2007-м. «Три года мы получали хорошие заказы, сегодня поток этих заказов приостановился», – жалуется г-жа Асанова.       

По ее мнению, возможный выход из ситуации – расширение рынков сбыта: «Мы освоили Сибирь и Центральную Россию, теперь нужно идти дальше, в Магадан, на Дальний Восток. Возможности у нас хорошие – у нас есть мощности, и мы можем это сделать».

Может быть, внесет свою лепту и увеличение госзаказа. В начале марта президент Киргизии Курманбек Бакиев потребовал: «Нужно, чтобы все государственные закупки, связанные с приобретением товаров и услуг, в приоритетном порядке осуществлялись у кыргызстанских производителей». В ответ правительство подготовило изменения в закон «О государственных закупках». В частности, предполагается, что все потребности государственных структур в швейной продукции, в том числе армии и МВД, будут обеспечиваться исключительно местными производителями. Сегодня эти поправки находятся на согласовании.

Дело – патент

Но не только «схлопывание» рынков сбыта ударило по швейникам. В конце прошлого года резко изменились правила игры в отрасли. Последние три года киргизские швейники работали по патентной системе. Согласно ей раз в год предприниматели покупают в налоговых органах патент, определяющий сумму налоговых выплат в зависимости от количества рабочих мест, а не от объема производства. В конце декабря 2008-го патенты были отменены, и бизнесмены просто закрывали цеха, потому что было неясно, как будет развиваться ситуация. Ведь предприниматели брали кредиты под расширение производства, часто закладывая свое имущество, в расчете еще как минимум на год работы по патенту. В течение двух месяцев представители бизнеса добивались восстановления статус-кво. По их мнению, переход на новую систему налогообложения серьезно подрывает устойчивость бизнеса в очень напряженный период, когда главные внешние рынки киргизских швейников находятся в состоянии кризиса.

Патент – это необходимая для швейников вещь, убежден директор «Легпрома». «Не будем забывать, что исключительно благодаря введению патентной системы мы легализовали целую отрасль». По мнению Сапарбека Асанова, патент решает три главные задачи: «Во-первых, легализация теневой экономики. Во-вторых, создание микроклимата для развития предприятия, и, в-третьих, в корне уничтожает коррупцию». До 2005 года около 60% швейников были в тени, напоминает г-н Асанов, а сегодня в тени работать невыгодно.

Сапарбек Асанов рассказал: «Мы пошли по всем инстанциям, я неделю фактически ночевал в парламенте, и нам удалось доказать свою правду».

Правительство, приняв во внимание доводы представителей отрасли, пошло на восстановление патентной системы. Правда, ставки патентов были увеличены в два раза. И в правительстве все же считают отмену патентной системы одной из стратегических целей развития отрасли. Как сказала Гульбарчин Асанова: «Мы будем работать по патентной системе до тех пор, пока не увидим, что можно начать постепенный перевод промышленности на другую основу». По ее мнению, патенты в перспективе нужно отменять – ведь при патентной системе доходы государства не увеличиваются пропорционально подъему уровня производства.

Город для швейников

Швейная промышленность находится на вершине пирамиды, в основании которой лежат хлопковое поле и овечья отара. Это производственная цепочка, в нее включено и сельское хозяйство, и машиностроение, и торговля. Именно поэтому развитие швейной отрасли имеет огромное значение для экономики страны в целом. Государство могло бы сыграть важнейшую роль по стимулированию всей цепочки через выделение целевых дотаций, долгосрочных льготных кредитов ключевым участникам.

«Я считаю, что нашей швейной отрасли необходимо активнее осваивать натуральные материалы – чистую шерсть, хлопок, шелк, для этого необходимо увеличить усилия для развития собственной сырьевой базы», – убеждена Гульбарчин Асанова. Правительство уже пригласило немецких экспертов помочь в разработке стратегии развития швейного производства. Предполагается, что будет выработан пакет мер на период 2009–2011 годов, который создаст условия для возрождения текстильного сектора Киргизии.

В качестве одного из катализаторов швейного производства предполагается и создание нескольких технополисов: как минимум четырех, в том числе и в новостройках, опоясывающих Бишкек. Первый из них швейникам хотелось бы видеть на северной окраине столицы, у рынка «Дордой». В мэрии киргизской столицы уже давно лежат все необходимые документы. Увы, как говорит г-н Асанов, планы по строительству технополиса рядом со столицей пока не удается воплотить, в правительстве и мэрии города говорят, что нет подходящего участка земли. Тем не менее в ассоциации «Легпром» надеются начать строительство первого технополиса уже в этом году. «Предварительно в проекте изъявили желание участвовать 26 компаний. Будет создано акционерное общество, каждый сможет на свои средства построить себе предприятие», – говорит г-н Асанов. «Конечно, у нас и сегодня работники трудятся в достойных условиях, но до западных стандартов еще далековато. Технополис позволит нам с самого начала организовать производство в соответствии с требованиями стандартов развитых стран и тем самым позволит открыть двери на их рынки», – надеется руководитель «Легпрома».

Удержать рубежи

После восстановления патентной системы ситуация начала постепенно нормализовываться. По словам г-жи Асановой, хотя швейники и потеряли два месяца, они снова начали получать заказы. «Есть надежда, что нам удастся закрыть это отставание, и промышленность сможет достичь по итогам года уровня 2008-го», – говорит она. С таким прогнозом согласен и Сапарбек Асанов: «В этом году мы рассчитываем сохранить прошлогодние объемы производства, то есть около 55 миллионов изделий».

По мнению г-на Асанова, у киргизской швейной промышленности есть все необходимое, чтобы пережить период кризиса без особых потерь. Хотя объемы заказов из России и Казахстана уменьшаются, маловероятно, что все без исключения покупатели перейдут на дешевую китайскую одежду. Директор «Легпрома» убежден, что не последнюю роль в стабильности спроса на киргизскую одежду на рынках СНГ играет тот факт, что «у нас с нашими потребителями одинаковый менталитет, воспитание, прошлое... и ГОСТ у нас одинаковый». «Мы приложили огромные усилия и ресурсы, чтобы изучить рынки, на которых сегодня присутствуем, и удержаться на них. Поэтому просто так закрыться и уйти мы не собираемся», – говорит Сапарбек Асанов.

Директор «Легпрома» осторожен в своих долгосрочных прогнозах, считая, что никто не знает, как сложится ситуация. «Можно сказать одно – наша продукция качественна, доступна по цене и наиболее подходит к требованиям покупателей в сложившейся ситуации финансового кризиса. Люди отказываются от дорогих вещей и переходят на эконом-класс – к нам. Мы планируем расширить спектр наименований изделий, чтобы как можно полнее удовлетворить спрос наших новых покупателей. У отрасли есть все шансы не только банально выжить, но и осуществлять рыночную экспансию», – оптимистично заключает Сапарбек Асанов.

Статьи по теме:
Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?