Это – радостное обещание

Редакционная статья

Это – радостное обещание

Несовпадение политической риторики с практикой – давняя традиция, трюизм. В этом смысле недавний саммит «большой двадцатки» в Лондоне ничего нового не принес. Администрация едва ли не главного борца за свободный рынок Барака Обамы дала согласие на субсидирование автомобильных гигантов из Детройта и ужесточение условий импорта стали. Представители европейских демократий достаточно недемократично поступают с соседями по Евросоюзу. И так далее. При этом буквально все, начиная с американского президента, настойчиво убеждали друг друга остерегаться протекционизма и объединиться в противостоянии кризису. С помощью одних и тех же слов и выражений. Создавалось такое ощущение, что у собравшихся в Лондоне в алфавите букв немного (и строй – буржуазный).

Интересно другое. Обычно объект воздействия (читай – манипулирования) при использовании политической риторики статусно отличается от субъекта воздействия. Можно убеждать население в преимуществах социалистического строя, одновременно зарабатывая на поставках нефти растущим капиталистическим экономикам. Можно бороться за демократию и права человека, параллельно создавая систему нелегальных тюрем для политических противников. Бороться за мир во всем мире, формируя самую многочисленную на планете армию.

Во всех трех случаях коммуникативный успех весьма возможен – по крайней мере, на какое-то время. Но каждый раз перед нами не диалог – монолог высшего, обращенного к низшим. Вождь говорит со своей страной, отец народов – со всеми угнетенными народами мира. Светоч демократии обращается к миллионам, страждущим приобщиться к свободным выборам, поп-корну и автомобилям в кредит. Что служит в качестве рупора – радиоголос свободы, брошюры, перевозимые в чемоданах с двойным дном, или интернет-сайты – вопрос технологий. В любом случае общения нет – информационный поток имеет одностороннюю направленность. Обратная реакция возможна только в виде массовых демонстраций, выражающих горячее одобрение и поддержку любимому руководству.

Но кого и в чем убеждали мировые лидеры, собравшиеся в Лондоне? Характер общения в этом созвездии стал для нас непонятным. Форма общения была диалогическая, причем это был разговор равных или почти равных. Степень компетентности участников форума тоже примерно совпадала – вряд ли Ангела Меркель не знала о попытках французских автопроизводителей перекрыть поставки немецких запчастей на свой внутренний рынок. И неудивительно, что укорять друг друга за несовпадение деклараций с реальными действиями президенты и премьеры тоже не стали: обошлись без слов обидных и властных. В этих условиях дружная симфония призывов к либерализации мировой экономики напоминает общение ангелов с Венеры: «Если скажут “еа” иль “аи” – Это радостное обещанье, “Уо”, “ао” – о древнем рае золотое воспоминанье». Язык красив, но к земным реалиям отношения не имеет.

Между тем радостных обещаний в последнее время действительно хватает. Тренды на мировых рынках выглядят в последние недели обнадеживающими. Акции растут. В Штатах оживляется рынок недвижимости, в Германии невероятные результаты показывают автодилеры. Казалось бы, самое время потихоньку снимать барьеры на границах, приводя практику в соответствие с риторикой. Ан нет – подобного не наблюдается. Напротив, в ряде случаев, как, например, с господином Обамой, лидеры наций ведут позиционные бои с лоббистами из парламентов, настаивающими на ужесточении правил ввоза импортных товаров, постепенно отступая перед парламентариями. На этом фоне разрыв, невязка между лондонским разговором о свободе торговли языком из одних только гласных и реальной политикой становится просто удручающим. Закрадывается подозрение, что на этот раз никакой попытки манипуляции нет – сильные мира сего говорят не то, что хотели бы или не хотели бы сказать, а то, что могут. Иным словам не обучены.