Сертификат патриотизма

Решение проблемы увеличения казахстанского содержания в нефтегазовых проектах неминуемо столкнется с нехваткой кадров и мощностей для ее реализации

Сертификат патриотизма

Тема повышения казахстанского содержания (КС) не сходит с повестки дня. Прежде всего когда речь идет о нефтянке. Это понятно. Ведь КС — это и создание конкурентоспособных и высокотехнологичных производств для внутренних сервисных рынков, и внедрение международных стандартов качества продукции отечественных товаропроизводителей, и подготовка своих квалифицированных кадров с целью максимального замещения иностранных спецов.

В отчетах многих иностранных компаний цифры, фиксирующие величину казахстанского содержания, варьируются от 60 до 90%. Однако в действительности, как отмечает глава энергетического ведомства Сауат Мынбаев, этот показатель не превышает 7–10%. И дело здесь не в приписках. Как считает министр, причина в том, что в республике до сих пор не определились с самим понятием «казахстанское содержание»: «Мы не можем стимулировать рост казахстанского содержания, так как не знаем, какое оно на самом деле». Понятие «казахстанское (местное) содержание» законодательно не закреплено, и каждая компания реализует эту норму на свое усмотрение.

Это позволяет инвесторам включать в КС потребляемую воду и электроэнергию, расходы на аренду и бонусы, даже уплаченные в наш бюджет налоги, тем самым демонстрируя властям высокий показатель казахстанского содержания в проектах.

Лишь недавно власти озаботились четким определением понятия КС. Так, на состоявшемся в апреле заседании координационного совета по поддержке предпринимательства и развитию казахстанского содержания ассоциации KazEnergy обсуждалась единая методика расчета казахстанского содержания. Согласованная с крупнейшими недропользователями методика (с отдельно выделенным учетом по товарам, работам, услугам и трудовым ресурсам) после ее утверждения нормативным актом позволит делать адекватные выводы о том, насколько велико КС в контрактах на недропользование.

Купи то, не знаю что

Как градусником нельзя вылечить болезнь, так четким определением КС невозможно добиться его повышения в реализуемых в стране проектах. Но оно позволит объективно судить о том, насколько казахстанская промышленность задействована в удовлетворении потребностей собственного рынка, насколько востребованы товары, материалы и услуги, которые сегодня производятся или могут производиться в Казахстане. Ведь сервисный рынок недропользования по объему инвестиций является наиболее крупным в РК: ежегодные закупки нефтяных и горнорудных предприятий достигают 18 млрд долларов.

Однако, по экспертным оценкам, около 10 млрд долларов из общего объема нефтяных инвестиций утекает из республики обратно за границу в обмен на ввозимые товары и услуги. В частности, закупка услуг казахстанских компаний в крупных нефтегазовых проектах в 2008 году составила лишь 2,56 млрд долларов. Распределение закупок нефтяников внутри страны выглядит следующим образом: машины и оборудование — 39%, металлы и изделия из них — 21%, химическая продукция — 14%, прочие товары — 26%.

По словам вице-премьера Серика Ахметова, на конец апреля этого года в рамках работы по увеличению казахстанского содержания в проектах с отечественными компаниями заключено меморандумов по закупкам товаров и услуг на общую сумму 1,1 трлн тенге (7,3 млрд долларов). Как отметил вице-премьер: «В настоящее время завершены переговоры и согласованы такие показатели: по товарам — не менее 30–50%, по работам и услугам — не менее 90%, по казахстанским кадрам — до 90%».

Рецидив отсутствия

О намерении создать собственную индустрию, обслуживающую потребности недропользователей, власти Казахстана говорят уже не один год. Развитию КС уделялось внимание и в утвержденной в мае 2003 года Стратегии индустриально-инновационного развития, и в подписанных (после мартовского 2006 года президентского послания народу) Министерством индустрии и торговли и группой компаний-недропользователей Меморандуме о развитии местного содержания на сервисном рынке недропользования и Меморандуме о реализации инициативы прозрачности деятельности недропользователей в осуществлении закупок. НК «КазМунайГаз» с 1998 года ежегодно разрабатывается и реализуется Программа освоения новых видов нефтегазового оборудования на заводах РК.

Очередным шагом в этом направлении стал указ президента Казахстана №733 от 27 февраля 2009 года, ставящий задачу повышения казахстанского содержания при осуществлении инвестиционных проектов. Тем не менее следует отметить, что к вопросу о повышении доли КС и государство, и инвесторы до последнего времени подходили достаточно формально. Так, по словам бывшего тогда министром индустрии и торговли Владимира Школьника, из 575 заключенных в Казахстане на конец 2008 года контрактов на недропользование в 500 имелось общее обязательство по КС без указания конкретных объемов, в 72 закреплялось наличие КС на уровне 50%, а в трех крупнейших контрактах на недропользование (с «Тенгизшевройл», «Аджип ККО» и «Карачаганак Петролеум Оперейтинг»), обеспечивающих более 43% общего объема закупок, требование о КС вообще не оговаривалось.

По итогам 2008 года доля КС в объеме закупок АО «НК “КазМунайГаз”» составила 76%. Запланированный объем закупок «КазМунайГаза» на 2009 год, по предварительным данным, составляет 343,1 млрд тенге (2,3 млрд долларов). Однако, надо полагать, компанию это не очень радует. Как отмечает ее глава Каиргельды Кабылдин, низкое качество выпускаемой отечественной продукции вынуждает компанию отвлекать дополнительные средства на ее замену или ремонт и в конечном итоге приводит к росту затрат.

Уровень КС в Карачаганакском проекте оценивается в 55%, в Северокаспийском — в 39% и представлен по большей части сферой услуг. Проекты являются сложными с инженерной точки зрения, требуют неординарных технических решений, а значит, высокотехнологичного оборудования, производство которого в Казахстане не ведется.

В настоящее время Казахстан не имеет необходимых производственных мощностей, обеспечивающих полное покрытие потребностей в высокотехнологичном оборудовании для нефтегазовой промышленности. Тем не менее КС могло бы быть выше. Но периодически вспоминающие о КС власти так и не создали механизма, сочетающего стимулы и санкции, которые побуждали бы компании заботиться об увеличении доли КС в приобретаемых ими товарах, работах и услугах.

Яркий пример этого — реконструкция Жанажолского ГПЗ в 2000 году. При проведении тендера явное преимущество имело ОАО «Химмонтаж», предложившее более низкую (на три миллиона долларов) цену, обладавшее опытом строительства ГПЗ, необходимым оборудованием и персоналом. Тем не менее АО «СНПС — Актобемунайгаз» признало победителем тендера по реконструкции газоперерабатывающего завода Китайскую нефтяную инженерно-строительную корпорацию.

Попытки правительства заставить инвесторов увеличивать КС в своих проектах терпят неудачу. Так, в апреле текущего года президент компании «Лукойл Оверсиз Холдинг Лтд» (в Казахстане компания участвует в проектах «Кумколь», «Карачаганак», КТК, «Аташ» и др.) Андрей Кузяев заявил о проблемах, возникших у компании в связи с решением правительства об обязательном 50-процентном казахстанском содержании в товарах, работах и услугах. По его словам: «Мало что из оборудования казахстанского производства и автотехники местной сборки может купить Россия у Казахстана. Есть проблемы подбора специалистов на руководящие должности. Для их подготовки необходимо время, причем не менее 10–15 лет».

Следует отметить, что нефтедобыча — очень опасное производство, любая поломка оборудования может обернуться тяжелыми авариями, а на крупных месторождениях с высоким содержанием сероводорода и огромными пластовыми давлениями (Тенгиз, Карачаганак, Кашаган) — экологической катастрофой. Поэтому заталкивать в проекты казахстанское содержание только с целью увеличения его доли категорически нельзя.

Печальные реалии

В советское время в Казахстане, несмотря на наличие мощных машиностроительных заводов, оборудование для нефтегазовой промышленности практически не производилось. При существовавших тогда объемах добычи этого и не требовалось. С обретением независимости нефтегазовая отрасль стала локомотивом экономики страны, и собственное производство нефтегазового оборудования приобрело принципиальное значение.

Ситуация радикально изменилась, но не в лучшую сторону: если в советское время в Казахстане насчитывалось свыше двух тысяч машиностроительных предприятий различной специализации, то сегодня их осталось не более сотни. При этом основной фонд отрасли имеет высокую (около 43%) степень износа, производственные мощности используются едва на 20%. Что вполне закономерно: на долю отрасли приходится лишь 1,5% инвестиций в промышленность. Итог очевиден. Доля продукции отечественного машиностроения на внутреннем рынке не превышает 15%, остальные потребности страны покрываются за счет импорта.

Номенклатура выпускаемой сегодня в Казахстане продукции для нефтегазовой промышленности не намного превышает 300 наименований, не составляя и десятой доли необходимого нефтяникам. К примеру, Петропавловским заводом тяжелого машиностроения (ПЗТМ) освоено производство мобильных буровых установок, Западно-Казахстанской машиностроительной компанией — печей подогрева нефти, Ульбинским металлургическим заводом — электродвигателей мощностью до 100 кВт.

Крупной ошибкой стало упразднение в 1996 году на волне приватизации успешно работавшего государственного концерна «Казахстаннефтегазстрой», созданного в 1992 году на базе самостоятельной структуры союзного Миннефтегазстроя. Зарубежные инвесторы для строительно-монтажных работ начали привлекать иностранные фирмы. Как тогда, так и сегодня инвесторы стремятся не только использовать иностранную рабочую силу, но и применять дорогостоящие импортные изделия и конструкции. Что тоже понятно. Затрачиваемые на эти цели средства, фактически служащие развитию экономики стран-экспортеров, засчитываются как инвестиции.

За годы независимости была принята масса различных программ по развитию машиностроения, а результат нулевой. Одной из последних стала презентованная Министерством индустрии и торговли Программа диверсификации и развития машиностроительной отрасли Республики Казахстан на 2006—2008 годы с бюджетом в 10,7 млрд тенге. Но, как и предыдущие, машиностроителям она ничего не дала, поскольку госчиновники пытаются сами решать проблемы отрасли, не вникая в их суть и не желая выслушивать производителей.

Задачи на вчера

Для обустройства нефтегазовых месторождений, сооружения магистральных трубопроводов и перерабатывающих комплексов нужны высококвалифицированные специалисты, сложные технологии и оборудование, специализированные научные и проектные институты, собственное машиностроение, пусконаладочные и другие специализированные предприятия. Все это требует значительных капиталовложений и времени, но без продвижения в этом направлении все большая доля доходов от продажи сырья будет уходить на оплату услуг иностранных фирм.

Создав оптимальные условия для привлечения иностранных инвесторов в добывающий сектор, в частности, предоставив им льготы для ввоза не производимого в Казахстане оборудования, властям удалось вывести страну в региональные лидеры по экономическим показателям. Однако собственная машиностроительная отрасль оказалась в состоянии стагнации. Ожидаемый значительный рост КС преимущественно связан с увеличением трубной продукции на Актауском заводе спиральношовных труб и вводом в действие завода ТОО «KSP Steel» в Павлодаре по выпуску стальных бесшовных труб.

Сегодня существует масса проблем, напрямую влияющих на долю КС, без решения которых Казахстан потеряет один из самых капиталоемких секторов внутреннего рынка. Среди них отсутствие дешевой электроэнергии и надвигающийся энергетический кризис, высокая удельная себестоимость продукции и некоторые положения закона (создающие сложные условия для отечественных производителей) о госзакупках, высокие транспортные расходы и слабая подготовка (а зачастую и отсутствие) специалистов. Серьезной проблемой, препятствующей развитию КС на рынке оборудования для недропользователей, является несоответствие многих отечественных товаров международным стандартам.

Необходима и специальная государственная программа, направленная на подготовку такой категории специалистов, как высококвалифицированные рабочие.

Нельзя не упомянуть и об отсутствии не только реестра всех казахстанских производителей сертифицированного нефтегазового оборудования, но и достаточного объема оборотных средств у казахстанских машиностроительных предприятий, что препятствует эффективному техническому перевооружению и заблаговременной закупке материалов и комплектующих. Сказывается и отсутствие серьезной научно-конструкторской базы. Надеяться же на то, что кто-то при существующей налоговой системе придет в Казахстан создавать сервисную продукцию с инновационными технологиями в виде совместного предприятия, не приходится. Ведь тогда иностранный инвестор вынужден будет нести дополнительные затраты (например, 12% по НДС). Заставить же западных подрядчиков, вроде «Шлюмберже», организовывать здесь СП с казахстанскими партнерами с обязательной передачей новых технологий вряд ли получится. Таким образом, развитие местного содержания — это ответственность не только и не столько нефтяных компаний, сколько самого государства.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики