По китайским правилам

По китайским правилам

Эксперт Института экономических стратегий — Центральная Азия Адиль Каукенов уверен, что в отношениях с Китаем важнее не противодействие росту влияния соседа, а четкое формулирование наших собственных экономических интересов и использование в своих интересах всех возможностей, которые открывают перед нами соседство и дружба с Китаем.

— Как вы считаете, сегодня Китай формирует некую новую экономическую парадигму или он следует старой геополитической парадигме, которая в последние десятилетия вела к росту китайского присутствия в Африке, а позднее в Латинской Америке?

— Это следование той прежней, политической парадигме, которая, впрочем, корнями уходит в экономику — развивать внешние контакты, чтобы обеспечивать внутреннее развитие. Просто раньше на пути расширения китайского влияния в Африке, например, стояли такие конкуренты, как Евросоюз и США, поэтому китайцам приходилось работать преимущественно со странами-изгоями типа Судана. Сегодня европейцы и американцы слишком заняты собственными проблемами, поэтому рост китайского влияния ускорился.

А китайцы решают проблему выгодного вложения своих валютных резервов, состоящих в основном из долларов, в надежности которых они сомневаются. Этим, в частности, объясняются и их последние покупки в Казахстане.

— Китай способен создать и навязать другим новые правила игры?

— Когда Китай пришел на мировые рынки в качестве крупного игрока, он действовал по тем правилам, которые были установлены до него. Он принял правила Всемирной торговой организации, хоть и с исключениями. И до недавнего времени следовал этим правилам, сохраняя, разумеется, специфически китайскую риторику. А сегодня, когда страны, прежде устанавливавшие глобальные правила игры, свой вклад в решение международных проблем ограничивают декларацией верности принципам открытых рынков, Китай внедряет свои правила и фактически предлагает новый мировой порядок. Но происходит это очень мягко, без выкручивания рук, без провозглашения каких-то доктрин, словом, в типично китайской манере. Но и этот новый мировой порядок важен для Китая лишь постольку, поскольку он помогает ему решить внутренние проблемы. Китай не спешит, не форсирует события, предпочитая выжидать и наблюдать. И такая тактика дает результаты — то, за что несколько лет назад пришлось бы вести борьбу с конкурентами и платить высокую цену, сегодня китайцам предлагают добровольно.

— Адиль, а вам не кажется, что Китай просто заморочил всем голову своими древними стратагемами, образом обезьяны, наблюдающей за схваткой тигров, принципом «увэй» и прочей философской мишурой?

— Нет, никого китайцы не обманывают, они действительно мыслят тысячелетиями, то есть стратегически. Но жизнь доказывает эффективность именно стратегического подхода. Несколько лет назад, когда китайцы договаривались с компанией ЮКОС о прокладке трубы в Китай, вмешались политические факторы, Япония вступила в игру. От китайского маршрута Россия отказалась в пользу японского. Пекин выразил свое недовольство, но не стал говорить о предательстве со стороны союзника, не отменял визиты, никто не пикетировал российское посольство. Китай просто решил выждать. И вот недавно Россия приняла нужное Китаю решение.

То же и в отношениях с Казахстаном. Наши парламентарии допускают более чем резкие выражения в адрес Китая, рассуждая о китайской экспансии и заселении наших земель китайцами, в нашей прессе можно прочесть про китайское лобби в нашем правительстве. Пекин предпочитает этого просто не замечать, не опровергать и не требовать опровержений.

Что касается транспортных магистралей, газопровода из Туркмении и казахстанских нефтяных активов, то их значение для Китая у нас сильно преувеличено, как и привлекательность наших земель для китайских переселенцев. Восточноазиатские рынки для Китая сегодня намного важнее, а проекты, реализуемые в Центральной Азии и Сибири, носят скорее стратегический, перспективный характер. У нас часто смотрят на китайцев как на муравьев, солдат великой империи, все действия которых подчинены неким высшим интересам. А китайцы такие же люди, как и мы, им холодно в Сибири. И если китайцы принимают решение переселиться в другую страну, то выбирают обычно не Казахстан или Сибирь, а Европу и Америку. А у себя на родине китайцы стремятся в Шанхай, точно так же, как казахи — в Алматы.

— То, что Казахстан, Китай и Россия — члены ШОС, накладывает отпечаток на наши отношения?

— Конечно. Ведь ШОС — первая международная организация, ради которой Китай в каком-то смысле поступился принципами. Прежде он отвергал многосторонний формат обсуждения вопросов и принятия решений, а создание ШОС было инициативой Пекина. Эффективность самой организации в реализации каких-то конкретных экономических проектов пока вызывает сомнения, но свое геополитическое предназначение она выполняет.

Кроме того, партнерство в рамках ШОС положительно сказывается на всем спектре казахстанско-китайских отношений — от высокого уровня церемониально-протокольных процедур, имеющих важное символическое значение еще со времен Конфуция, до той оперативности, с какой китайцы, большие мастера затягивать до бесконечности обсуждение какого-то вопроса, приняли решение по выделению нам кредита.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Риски разделим на всех

ЕАЭС сталкивается с трудностями при попытках гармонизации даже отдельных секторов финансового рынка

Экономика и финансы

Хороший старт, а что на финише?

Рынок онлайн-займов «до зарплаты» становится драйвером развития финансовых технологий. Однако неопределенность намерений регулятора ставит его развитие под вопрос

Казахстанский бизнес

Летная частота

На стагнирующий рынок авиаперевозок выходят новые компании

Тема недели

Под антикоррупционным флагом

С приближением транзита власти отличить антикоррупционную кампанию от столкновения политических группировок становится труднее