По китайским правилам

По китайским правилам

Эксперт Института экономических стратегий — Центральная Азия Адиль Каукенов уверен, что в отношениях с Китаем важнее не противодействие росту влияния соседа, а четкое формулирование наших собственных экономических интересов и использование в своих интересах всех возможностей, которые открывают перед нами соседство и дружба с Китаем.

— Как вы считаете, сегодня Китай формирует некую новую экономическую парадигму или он следует старой геополитической парадигме, которая в последние десятилетия вела к росту китайского присутствия в Африке, а позднее в Латинской Америке?

— Это следование той прежней, политической парадигме, которая, впрочем, корнями уходит в экономику — развивать внешние контакты, чтобы обеспечивать внутреннее развитие. Просто раньше на пути расширения китайского влияния в Африке, например, стояли такие конкуренты, как Евросоюз и США, поэтому китайцам приходилось работать преимущественно со странами-изгоями типа Судана. Сегодня европейцы и американцы слишком заняты собственными проблемами, поэтому рост китайского влияния ускорился.

А китайцы решают проблему выгодного вложения своих валютных резервов, состоящих в основном из долларов, в надежности которых они сомневаются. Этим, в частности, объясняются и их последние покупки в Казахстане.

— Китай способен создать и навязать другим новые правила игры?

— Когда Китай пришел на мировые рынки в качестве крупного игрока, он действовал по тем правилам, которые были установлены до него. Он принял правила Всемирной торговой организации, хоть и с исключениями. И до недавнего времени следовал этим правилам, сохраняя, разумеется, специфически китайскую риторику. А сегодня, когда страны, прежде устанавливавшие глобальные правила игры, свой вклад в решение международных проблем ограничивают декларацией верности принципам открытых рынков, Китай внедряет свои правила и фактически предлагает новый мировой порядок. Но происходит это очень мягко, без выкручивания рук, без провозглашения каких-то доктрин, словом, в типично китайской манере. Но и этот новый мировой порядок важен для Китая лишь постольку, поскольку он помогает ему решить внутренние проблемы. Китай не спешит, не форсирует события, предпочитая выжидать и наблюдать. И такая тактика дает результаты — то, за что несколько лет назад пришлось бы вести борьбу с конкурентами и платить высокую цену, сегодня китайцам предлагают добровольно.

— Адиль, а вам не кажется, что Китай просто заморочил всем голову своими древними стратагемами, образом обезьяны, наблюдающей за схваткой тигров, принципом «увэй» и прочей философской мишурой?

— Нет, никого китайцы не обманывают, они действительно мыслят тысячелетиями, то есть стратегически. Но жизнь доказывает эффективность именно стратегического подхода. Несколько лет назад, когда китайцы договаривались с компанией ЮКОС о прокладке трубы в Китай, вмешались политические факторы, Япония вступила в игру. От китайского маршрута Россия отказалась в пользу японского. Пекин выразил свое недовольство, но не стал говорить о предательстве со стороны союзника, не отменял визиты, никто не пикетировал российское посольство. Китай просто решил выждать. И вот недавно Россия приняла нужное Китаю решение.

То же и в отношениях с Казахстаном. Наши парламентарии допускают более чем резкие выражения в адрес Китая, рассуждая о китайской экспансии и заселении наших земель китайцами, в нашей прессе можно прочесть про китайское лобби в нашем правительстве. Пекин предпочитает этого просто не замечать, не опровергать и не требовать опровержений.

Что касается транспортных магистралей, газопровода из Туркмении и казахстанских нефтяных активов, то их значение для Китая у нас сильно преувеличено, как и привлекательность наших земель для китайских переселенцев. Восточноазиатские рынки для Китая сегодня намного важнее, а проекты, реализуемые в Центральной Азии и Сибири, носят скорее стратегический, перспективный характер. У нас часто смотрят на китайцев как на муравьев, солдат великой империи, все действия которых подчинены неким высшим интересам. А китайцы такие же люди, как и мы, им холодно в Сибири. И если китайцы принимают решение переселиться в другую страну, то выбирают обычно не Казахстан или Сибирь, а Европу и Америку. А у себя на родине китайцы стремятся в Шанхай, точно так же, как казахи — в Алматы.

— То, что Казахстан, Китай и Россия — члены ШОС, накладывает отпечаток на наши отношения?

— Конечно. Ведь ШОС — первая международная организация, ради которой Китай в каком-то смысле поступился принципами. Прежде он отвергал многосторонний формат обсуждения вопросов и принятия решений, а создание ШОС было инициативой Пекина. Эффективность самой организации в реализации каких-то конкретных экономических проектов пока вызывает сомнения, но свое геополитическое предназначение она выполняет.

Кроме того, партнерство в рамках ШОС положительно сказывается на всем спектре казахстанско-китайских отношений — от высокого уровня церемониально-протокольных процедур, имеющих важное символическое значение еще со времен Конфуция, до той оперативности, с какой китайцы, большие мастера затягивать до бесконечности обсуждение какого-то вопроса, приняли решение по выделению нам кредита.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности