Ускользающие цели

Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) предстоит определиться с приоритетами и доказать свою способность координировать разносторонние интересы государств, входящих в нее

Ускользающие цели

В условиях меняющейся парадигмы международных отношений и кризиса международного права ШОС, как и все прочие международные организации, переживает период поиска собственной идентичности. Третья Иссык-Кульская конференция, которую Общественный фонд Александра Князева провел 5–6 июня этого года, носила название «ШОС как фактор интеграции Центральной Евразии: потенциал стран-наблюдателей и стран-соседей». Видимо, ожидалось, что ее участники будут обсуждать те преимущества, которые можно будет извлечь из организации энергетического или, например, продовольственного клуба в рамках этой организации. Но большинство докладов и кулуарных дискуссий лежали в русле попыток понять, для чего Шанхайская организация сотрудничества вообще предназначена и какие цели она должна перед собой ставить. Представители Ирана делали акцент на перспективах сотрудничества в нефтегазовой сфере. Китайцы – на экономической интеграции. Парижский профессор Катрин Пужоль от лица всей Европы транслировала мнение о ШОС как об организации великой и ужасной. А вот выступления представителей постсоветских государств были проникнуты пессимизмом. Про интеграцию говорили мало, чаще звучало слово «дезинтеграция», особенно применительно к Центральной Азии. Вспоминали водно-энергетические и прочие разногласия.

Движение ШОС в позитивном направлении сдерживается также периодически обостряющимися противоречиями между центральноазиатскими государствами – членами ШОС по вопросам распределения водных ресурсов. На их решение отвлекается много сил и эмоций. Узбекистан занимает «особую позицию» почти по всем проектам, отказываясь от участия в их обсуждении, даже после данного им самим предварительного согласия. «Все это также не способствует росту авторитета организации», – отмечает профессор кафедры востоковедения Новосибирского государственного университета Владимир Пластун.

Военно-политические возможности и потенциал экономического сотрудничества стран-членов и стран-наблюдателей до сих пор не нашли воплощения в проектах многостороннего формата. В то же время демонстрационный эффект от деклараций, принимаемых на саммитах ШОС, достаточно велик для того, чтобы создать у третьих стран впечатление о военно-политической или экономической экспансии и подтолкнуть к превентивным мерам.

Вступление какой-либо из стран-наблюдателей в ряды членов организации в ближайшее время могло бы серьезно осложнить процесс превращения ШОС в структуру, способную не только реагировать на внешние вызовы, но и формировать геополитическое и геоэкономическое пространство, а также формулировать повестку дня, исходя из агрегированных интересов и целей стран-членов.

Дежавю по-афгански

На повестке дня саммита ШОС, который откроется в Екатеринбурге 15 июня, будет, видимо, совместное противостояние новым экономическим вызовам и возможность создания в этих целях какого-либо союза или хотя бы пула. Но главная интрига пока таится в возможной встрече афганского президента Хамида Карзая со своим киргизским коллегой Курманбеком Бакиевым. Встреча эта может состояться во время саммита, а речь на ней пойдет о судьбе базы «Манас», с которой американцы, несмотря на решение киргизского парламента, уходить пока не собираются. Подтверждаются слова Александра Князева, сказанные в интервью нашему журналу: «Есть много разных способов формально выполнить обещание Курманбека Бакиева о ликвидации базы и в то же время сохранить американское присутствие в Киргизии» (см. «Новые подходы к старым проблемам», «Эксперт Казахстан» № 6 от 16 февраля 2009 года). Следовательно, афганская тема вновь будет одной из центральных на саммите.

Нетрудно заметить, что война в Афганистане в целом повторяет вьетнамскую войну. Но не только в смысле своего воздействия на американское общество и американскую внешнюю политику. В 60-е годы прошлого века Вьетнам стал для Соединенных Штатов и Советского Союза полигоном для испытания новых видов оружия и военной техники. Американцы проверяли эффективность новых самолетов, напалма, дефолиантов, мы испытывали новые зенитно-ракетные комплексы. Афганистан сегодня – полигон для тестирования новых форм политической борьбы за сферы влияния.

Судя по последним событиям вокруг Афганистана, политический торг России и США продолжается в прежнем направлении (новые маршруты для грузов), но с использованием новых возможностей, а также с подключением к переговорам новых игроков. Например, Китая.

Владимир Пластун уверен, что и Китай, и Афганистан имеют общий интерес в обеспечении региональной безопасности.

Стабильный Афганистан, отмечает он, необходим Китаю для достижения его региональных интересов, что, в свою очередь, требует прекращения поддержки афганским талибам, которую им обеспечивают пакистанские боевики в районах афгано-пакистанской границы. Этот же фактор представляется очень важным в оказании содействия и помощи пакистанскому правительству, с которым Пекин поддерживает дружеские отношения.

«В сферу китайских экономических интересов в Пакистане входит стратегически важный морской порт Гвадар в Белуджистане, расположенный в 400 километрах к востоку от Хормузского пролива, через который проходит 60% импортируемой КНР нефти. Для Пекина, вложившего в строительство порта значительные средства, Гвадар является и передовой операционной базой, обеспечивающей безопасность его энергетического импорта. Кроме того, предусматривается строительство железной дороги Гвадар–Синьцзян.

При этом ШОС, заявив о необходимости уделить особое внимание повышению активности своих действий в Афганистане и, в принципе, обладая значительным потенциалом, до сих пор не определила для себя приоритетное направление деятельности. Ее представители предлагают решать сразу необъятный круг вопросов (безопасность, оборона, культура, образование, строительство, сельское хозяйство, энергетика), распыляя средства и не доводя предлагаемые проекты до завершения, что наносит ШОС и моральный ущерб, и материальный», – считает Владимир Пластун.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики